Чтение онлайн

– Это означает, что мы практически разорены. Со счета пропали все средства, речь идет о многомиллионном ущербе. Бертон меня четвертует!

В ногах у меня неприятно покалывало. Я сменила позу и сделала еще один глоток бурбона.

– А может, – нерешительно начала я, жуя кубик льда, – смерть Хейлшема быть как-то связана с пропажей денег?

Декстер поджал губы, а Камасаки склонил голову, словно обдумывая мой вопрос.

– В его личном деле ничего необычного не нашлось. Титула у него нет, в «Бертоне» он сам никогда не учился, в городе у него своя квартира. К школьному совету никакого интереса не проявлял, не в пример другим учителям. Не представляю, откуда он мог получить данные о счете и что планировал делать с деньгами.

– Может быть, ему надоело жить на учительскую зарплату, и он решил обеспечить себе безоблачную жизнь на Мальдивах? – предположила я.

– Возможно. Но тогда я скорее всего смог бы отследить транзакцию, – возразил Камасаки. – И как с этим вяжется самоубийство?

– Может, его туалетный дух прикончил? – Дориан насмешливо пожал плечами. – Покарал.

Декстер бросил на него строгий взгляд.

– В любом случае эта история дискредитирует школу. Самоубийство – это трагедия, а убийство – это катастрофа.

– Но исключать его нельзя, – отметила я. – Ведь если Хейлшем действительно имел какое-то отношение к деньгам и при этом оказался убит, значит, в этом замешан кто-то еще.

Не знаю, почему, но все глаза одновременно устремились на Дориана. Он раздраженно моргнул.

– Что вы на меня смотрите? Меня от одного вида крови тошнит!

– Крови там не было, только веревка, – возразила я.

Дориан показал мне средний палец.

– Хватит, – вмешался Декстер, взъерошив себе волосы.

– Завтра поговорю об этом с Бертоном. На необходимое вытащим деньги из него. Остальное подождет. – Он огляделся. – А теперь давайте праздновать пополнение в наших рядах!

– Слушаюсь и повинуюсь, – крикнул Эзрик, снова исчезая за барной стойкой, и остальные одобрительно загалдели.

Дориан подался вперед и посмотрел на меня сверкающими глазами.

– Давайте посмотрим, как много ты в состоянии выпить.

– Как думаешь, что они там делают? Все-таки ты тут чаще бываешь и многое видишь. Зачем они ходят в склеп? – спросил я, откусывая бутерброд, который предусмотрительно стащил из кухни.

Арахисовое масло вылезало по краям. Мраморный ангел продолжал молчать, удерживая в руке пакетик с чипсами и глядя в пустоту.

– Остроумно. Может, мне Йосеф расскажет. – Я кивнул на соседнее надгробие, под которым был погребен некий Йосеф Толлштейн. Директор «Бертона» почти век тому назад. Я проглотил последний кусочек бутерброда и вздохнул. – В этой школе все-таки все сумасшедшие.

Я достал телефон и напряженно уставился на него. Было почти четыре часа утра. А это значит, что я уже битых четыре часа сижу на этом гребаном кладбище и жду, когда принцесса Новой Шотландии снова выпорхнет из склепа. Вот уж событие так событие. Поколебавшись с минуту, я все-таки набрал номер, надеясь, что мне не оторвут за это голову.

– Что? – донесся из трубки раздраженный заспанный голос.

– Ван Клеммт, – сказал я, упершись подбородком в ладонь. – Ты случайно не знаешь местное кладбище?

Ворчание стихло, и в трубке тихо зашуршало.

– Знаю. Что случилось?

– Ева уже который час торчит в склепе с этими идиотами из совета. Есть повод беспокоиться?

Алекс засмеялся, и я услышал, как он… справляет нужду?

– Эй, ты там отливаешь, что ли?

– Отстань. Я когда просыпаюсь, мне сразу надо в туалет. И не волнуйся, Скотти и Уильям тоже постоянно пропадали в этом склепе. Они раздувают из этого невесть что, а на самом деле просто сидят там внизу в каморке и напиваются. Скоро вылезут на поверхность. Пусть Эвелин сразу идет к себе в комнату, она будет изрядно пьяна.

Заерзав на надгробии, на котором до этого момента вполне удобно сидел, я стиснул зубы.

– Они там алгоколь пьют?

– В том числе. Увидимся на занятиях, – сказал Алекс и повесил трубку.

Я выругался и, сунув телефон в карман, забрал пакетик с чипсами из холодных ангельских рук.

– Что? Не смотри на меня так, я… Ладно, держи, – проворчал я и засунул ангелу чипс между неподвижных губ.

Он выглядел довольным. Я как раз высыпал в рот оставшиеся от чипсов крошки, когда дверь склепа распахнулась, и оттуда, пошатываясь, вышли несколько темных фигур.

– Ну, наконец-то, – пробормотал я, чувствуя, что у меня будто камень с души свалился.

Я скомкал пакет и сунул его в карман брюк, а затем снова спрятался за скульптуру ангела. Члены совета, наверное, и без того были слишком пьяны, чтобы заметить меня, но я не хотел рисковать. Если все пройдет гладко, я просто незаметно провожу Еву обратно в ее комнату.

Я услышал ее смех до того, как смог различить ее фигуру среди остальных. Все еще в этой дурацкий мантии, правда, со спущенным капюшоном, она шла, пошатываясь, между рядами могил вместе с Дорианом Уэствингом. У меня невольно сузились глаза, когда эти двое, хихикая, прошли мимо меня, спотыкаясь, покачиваясь и держась друг за друга. Что-то внутри меня всколыхнулось. Горькое, сладкое и абсолютно неуместное. Ева вольна делать все, что пожелает: когда, где и с кем она этого пожелает. Было бы даже лучше, если бы она обратила внимание на другого парня. Просто шикарно было бы!

Черт, кого я обманываю.

Проклиная себя, я проглотил свою ревность, запер ее в ящик, забил его гвоздями, опутал его цепями и погрузил глубоко-глубоко на дно морское.

– Последний бокал был явно лишним, – пролепетала Ева и рассмеялась, когда Дориан споткнулся о надгробие и упал на землю.

Он застонал.

– Последний был лучше всех, – сказал Дориан и с ее помощью поднялся на ноги.

Ее руки обвились вокруг его талии. Его ладони улеглись ей на бедра. Мои руки сжались в кулаки, сердце заколотилось. Слишком громко. Слишком часто. Он прижимал ее к себе слишком близко. Но Еву это как будто ничуть не беспокоило. Она только рассмеялась и подтолкнула его вперед. Я тихо выругался.

– Ты это слышал? – прошептала Ева.

– Наверное, кладбищенский дух, – отозвался Дориан.

Они хихикнули и, спотыкаясь, поковыляли дальше. Дышать. Вдох. Выдох. Я заставил себя разжать кулаки, обошел ангела и молча последовал за ними.

– Спасибо, что провожаешь меня, – пробормотала Ева. – Здесь жутко.

– Ну как я тебя оставлю одну, если у нас тут завелся потенциальный убийца, – ответил Дориан.

– Как будто ты сможешь меня защитить, – поддразнила его Ева.

Дориан фыркнул и тут же споткнулся.

– Да уж смогу, не сомневайся. Я вообще-то секретный агент, только никому ни слова, ладно?

Ева рассмеялась, и Дориан рассмеялся вместе с ней. Я раздраженно наблюдал за тем, как они идут, качаясь, будто находятся не на земле, а в открытом море. Тут Дориан ударился головой о ветку.

– Ай!

– А-а!

– Что такое?

– Это был убийца?

– Нет… Я думаю, просто ветка.

– О… А ты, Дориан…

Он тихо рыгнул.

– Что я?

Они остановились, пошатываясь. Я отступил в тень и заставил себя отвести взгляд. Дыши спокойно. Я просто присматриваю за ней. Я здесь для ее защиты. И ни для чего другого.