Чтение онлайн

Они не пошевелились. Стояли плечом к плечу в двух метрах от него.

— С дороги! — сказал он.

— Потрогай цепь позади себя, — сказал Лео.

— Убирайтесь с дороги!

— Потрогай цепь позади себя!

Он глянул на каменное лицо Лео, затем медленно повернулся.

Ему не надо было трогать цепь. Ему достаточно было на нее взглянуть: металлическое ушко на стойке было разогнуто и похоже на букву «С». Цепь едва держалась за него первым звеном.

— Мы поднялись сюда, когда Отто показывал тебе завод, — сказал Лео. — Потрогай ее.

Берт протянул руку и потрогал цепь. Она упала с разогнутого ушка. Свободный конец цепи лязгнул, ударившись об пол, соскочил с края мостков и повис, качаясь и стукаясь о перегородку.

В двадцати метрах под ним колыхался пол цеха.

— Не так далеко падать, как Дороти, но достаточно, — сказал Гант.

Берт повернулся к ним лицом. Он стоял, вцепившись в стойку, стараясь не думать о пустоте, зияющей у него под ногами.

— Вы… не посмеете… — прохрипел он.

— У меня что, мало оснований? — спросил Лео. — Ты убил моих дочерей!

— Лео, клянусь Богом, я этого не делал…

— Поэтому ты вспотел и затрясся, как только я заговорил о Дороти? Именно поэтому ты не принял это за шутку дурного вкуса, как это сделал бы невинный человек?

— Лео, клянусь душой покойного отца…

Лео холодно смотрел на него.

Берт передвинул руку на стойке — под ней было влажно.

— Ничего вы не сделаете… вам это не сойдет с рук…

— Не сойдет? — повторил Лео. — Думаешь, ты один можешь точно спланировать убийство? — Он показал на стойку. — Мы обернули плоскогубцы тряпкой, так что на ушке нет ничьих отпечатков пальцев. Просто несчастный случай — ужасный несчастный случай: под воздействием жара старое железо размягчилось и разогнулось, когда о цепь споткнулся высокий тяжелый человек. Ужасный несчастный случай. И как ты можешь его предотвратить? Закричишь? Никто тебя в таком шуме не услышит. Начнешь размахивать руками? У рабочих хватает своих дел. И даже если они поднимут на тебя глаза, что они увидят на таком расстоянии, да еще в дымке? Набросишься на нас? Один толчок — и с тобой все кончено. — Он помолчал. — Так почему мне это не сойдет с рук? Почему? — Помолчав минуту, он продолжал: — Конечно, мне не хочется этого делать. Я с большим удовольствием передал бы тебя в руки полиции. — Он посмотрел на часы. — Так что даю тебе три минуты. Мне нужен довод, который убедил бы присяжных. Ведь они не смогут застать тебя врасплох и увидеть, как весь твой вид выдает вину.

— Скажи, куда ты дел револьвер, — потребовал Гант.

Они стояли плечом к плечу. Лео поднял левую руку, а правой отвернул манжет, чтобы видеть часы.

— Как ты заставил Дороти написать записку? — спросил Гант.

Руки Берта, которыми он держался за перегородку и стойку, затекли.

— Вы не посмеете, — тихо проговорил он. Они наклонились вперед, чтобы лучше его слышать. — Вы хотите напугать меня и заставить признаться в том, чего я не совершал.

Лео медленно покачал головой и посмотрел на часы:

— Осталось две с половиной минуты.

Берт резко развернулся к людям, работающим у конвертеров.

— Помогите! Помогите! — изо всех сил кричал он, размахивая правой рукой, а левой держась за стойку. — Помогите!

Рабочие были так далеко внизу, что казались нарисованными фигурками. Все их внимание было сосредоточено на конвертере, из которого выливали медь.

Он повернулся обратно к Лео и Ганту.

— Видишь, — сказал Лео.

— Вы хотите убить невинного человека!

— Где револьвер? — повторил Гант.

— Нет никакого револьвера! У меня никогда не было револьвера!

— Две минуты, — сказал Лео.

Да блефуют они! Конечно, блефуют. Берт в отчаянии посмотрел по сторонам: мостки, крыша, рельсы крана. Окна… Рельсы крана!

Украдкой, чтобы они не разгадали его замысел, он опять посмотрел направо. Конвертер откатился на место. Стоявший рядом с ним чан был полон меди и курился дымом. Канаты, идущие к кабине, еще не натянулись. Сейчас начнут поднимать чан. Кабина, до которой сейчас добрых шестьдесят метров, понесет чан вперед, двигаясь по рельсам, которые проходят почти прямо над ним. А крановщик будет всего в четырех метрах над ним. Он наверняка услышит! И увидит!

Как бы протянуть время? Протянуть до тех пор, пока не приблизится кабина!

Чан приподнялся над полом.

— Полторы минуты, — сказал Лео.

Берт глянул на своих врагов. На секунду он встретился с ними глазами. Потом опять рискнул посмотреть направо — осторожно, чтобы они не разгадали его план. (Да, план! Даже сейчас у него есть план!) Чан висел довольно далеко между полом и мостками. Канаты туго натянулись и, казалось, вибрировали в раскаленном воздухе. Кабина оставалась неподвижной, потом начала двигаться вперед, неся чан и постепенно увеличиваясь в размерах. Слишком медленно! Быстрее! Ради всего святого, быстрее!

Он обернулся к Лео и Ганту.

— Это не блеф, Берт, — сказал Лео. — Одна минута.

Он опять посмотрел на кабину. Она приближалась. До нее оставалось метров пятьдесят. Или сорок. Он уже различал бледную тень в черном окошке кабины.

— Тридцать секунд.

Как несется время!

— Послушайте, — отчаянно воззвал он. — Я хочу вам что-то сказать — о Дорри. Она… — Он отчаянно пытался придумать что-нибудь правдоподобное и вдруг заметил в полумраке на противоположном конце буквы «Т» какое-то движение. Кто-то идет! Он спасен!

— Помогите! — закричал он, размахивая одной рукой. — Эй, вы! Идите сюда! Помогите!

Движение ускорилось. Фигура приближалась.

Лео и Гант в растерянности обернулись.

Господи, благодарю Тебя!

И тут он разглядел, что это — женщина.

Марион.

— Что ты здесь?.. — закричал Лео. — Уходи! Ради бога, Марион, спускайся вниз!

Она его как будто не слышала. Подошла и встала у них за спиной. Через их плечи Берту было видно ее пылающее лицо и расширенные глаза.

Она вгляделась ему в лицо, потом ее взгляд опустился ниже. У него опять задрожали ноги… Если бы у него был револьвер…

— Марион, — взмолился он, — останови их! Они сошли с ума! Они хотят меня убить! Останови их! Они тебя послушают! Я все объясню про этот список. Все! Клянусь, что не обманывал тебя…

Она не отводила от него глаз. Потом сказала:

— Так же не лгал, объясняя, почему не сказал мне про Стоддард?

— Я тебя люблю! Клянусь, я тебя люблю. Верно, поначалу я думал о деньгах. По потом полюбил тебя! Ты же знаешь, что это правда!

— Откуда мне это знать?

— Я тебе клянусь!

— Ты так много раз клялся… — Ее пальцы появились на плечах мужчин — длинные белые пальцы с розовым маникюром. Казалось, она подталкивала мужчин вперед.

— Марион, неужели ты на это способна? Когда мы с тобой… после того, как мы с тобой….

Ее пальцы вдавились в плечи мужчин, толкая их вперед…

— Марион! — тщетно воззвал он.

И вдруг ощутил, что к грохоту цеха прибавилось еще какое-то рокотание. С правой стороны до него дошла волна жара. Кабина! Он резко повернулся, держась за стойку обеими рукам. Вот она — до нее осталось не больше пяти метров. Она, скрежеща, ехала по рельсам, а из брюха у нее тянулись канаты. Через окошко впереди кабинки ему была видна голова в серой шапке с козырьком. Крановщик смотрел вниз.