Чтение онлайн

На это он громко рассмеялся.

— Ну, не то чтобы ты так уж и доступна. У нас не было секса три недели.

— Опять же, это не только моя вина, — заметила она. — Ты расписываешь наши вечера, но бизнес всегда остается на первом месте. Этот вопрос не ко мне.

— Но факт, что мы не живем вместе, на тебе.

Грейс почувствовала, как её кровь начинает закипать.

— Ты себя слышишь сейчас? Разве это моя вина, что я не лежу в твоей кровати, ожидая, чтобы ты разбудил меня, когда придешь из ресторана? У меня тоже есть работа, ты знаешь. Ты приходишь домой между полуночью и часом ночи, а я встаю в пять утра. Я думаю, понятно, почему мы спим в разных кроватях.

— Раньше мы справлялись с этим, — указал он.

— Человек может продержаться всего несколько недель, если будет спать всего по четыре часа, а потом отсутствие нормального сна сделает свое дело. Я пила так много кофе, что у меня стала образовываться язва.

— Нам нужно было отступить, — согласился он. — Но мы отступили слишком далеко. Я хочу видеть тебя чаще, чем раз или два в неделю, Грейс. Я хочу видеть тебя хотя бы в два раза чаще и хочу, чтобы ты каждый раз оставалась у меня. Я хочу, чтобы ты сказала, что тебе не хочется идти сейчас к себе домой, а хочется поехать ко мне.

Грейс подавила вздох.

— Мне нужно вставать через пять часов, Фил.

— А я хочу быть для тебя важнее, чем одна ночь сна, — надавил он. — Выпьешь завтра немного кофе, зато сможешь побыть со мной сегодня.

Грейс закусила губу, чтобы удержать те слова, что она хотела сказать. Это не хорошо. У Филиппа были веские причины, чтобы обижаться. Они уже некоторое время отдалялись друг от друга. Грейс просто не была уверена, что с этим делать.

Они ехали в тишине, пока Филипп не свернул на дорогу, ведущую к её дому. Он больше не заводил разговор, пока не заглушил двигатель.

— Грейс?

Она выдохнула, не замечая до этого, что задержала дыхание.

— Да?

— Пригласи меня к себе.

Это не такая уж и необоснованная просьба. Прошло уже три недели, и это всего одна ночь. Она могла бы все сгладить, пригласив его и удвоив завтрашнюю дозу кофе, но она не хотела этого. Она хотела, чтобы он ушел.

Пора принять решение.

— Я не хочу лгать, Грейс, — произнес он, поворачиваясь к ней. — Я не нанимаю уродливых официанток. Они молоды, горячи, и я им нравлюсь. Это соблазн.

Подождите. Он думал, что, рассказывая ей все это, поможет делу?

— Мне нужно чувствовать себя ближе к тебе, чтобы помнить, что они того не стоят.

Он шутит? Филипп был тем, кто ходил на работу каждый день, чтобы сладить с менеджерами. Если он и проводил время с горячими молодыми официантками, то только потому, что был там, где и хотел быть. Он бросал ей свои решения в лицо, и от этого её кровь закипела.

— А мы стоим того? — спросила она. — Ты и я, с нашими несовместимыми расписаниями, с моими взглядами на совместную жизнь? Давай будем честны. Это то, чего ты на самом деле хочешь?

Он смотрел вперёд, губы сурово поджаты, и не отвечал пару секунд.

— Мы оба знаем ответ на этот вопрос.

Грейс позволила этим словам осесть, зная, что они были тяжелее тех, которые она готовилась услышать этой ночью.

В конце концов, Филипп тяжело вздохнул.

— Если ты не собираешься меня приглашать, мы можем сделать это и сейчас.

Это привлекло её внимание.

— Сделать сейчас что?

Впервые за этот вечер Филипп повернулся и посмотрел на неё — по-настоящему посмотрел.

— У нас больше не получается, Грейс, — произнес он голосом, лишенным эмоций. Может, это было впервые, а может, он уже на ком-нибудь практиковался, но его речь не была импровизацией. — У нас не получается уже несколько месяцев. Единственная причина, по которой мы остаемся вместе, заключается в том, что это проще расставания.

Грейс осторожно подбирала следующие слова.

— И для ясности, когда ты сказал «мы можем сделать это и сейчас», то подразумевал, что планировал произнести эту речь сегодня или завтра утром?

Он послал ей флиртующую улыбку, от которой, обычно, её сердце замирало.

— Я был бы ненормальным, если бы не попробовал в последнюю ночь.

Её сердце не замерло. Оно свирепствовало.

Грейс вцепилась в дверную ручку — чтобы открыть дверь и удержать себя от того, чтобы не ринуться через машину и сделать непонятно что с мужчиной, которому она отдала три года своей жизни.

Грейс открыла дверь.

— Тебе нужно уйти. Прямо сейчас.

— Гре…

Она подняла руку.

— Не говори. Не прикасайся ко мне. Не делай ничего, уезжай отсюда так быстро, как только возможно, пока я не сделала то, о чем мы оба будем сожалеть.

Филипп раздраженно вздохнул.

— Грейс, ты все неправильно поняла. Я не хочу, чтобы мы расставались на такой ноте.

Она вышла из машины, злая настолько, что даже не почувствовала боли в ногах.

— И все же, все именно так, как есть, — она наклонилась и посмотрела на него. — Веселись со своими милыми маленькими официанточками, Фил.

Грейс даже не успела сделать шаг, когда дверь Филиппа открылась.

— Дело не в этом, ты же знаешь, — крикнул он ей. — Было глупо с моей стороны заходить с этого угла. Уже поздно, и мы не можем закончить все ссорой, Грейс. Мы должны друг другу больше, чем это.

Грейс шла так быстро, как позволяла ей боль в ногах.

— Правда? Ты думаешь, что я должна сделать происходящее удобным для тебя?

Он пошел за ней.

— Грейс, я серьезно. Если отношения можно спасти, то ты должна переехать ко мне. Вот, что я пытаюсь сказать.

Она резко развернулась на каблуках лицом к нему.

— И я говорю, что это ничего не изменит, Фил. Раз это для тебя переломный момент, тогда…

— Да, это так, — произнес он без колебаний. — Мы уже три года вместе. Пора съезжаться или разбежаться.

— Пока все наши свидания — это деловые мероприятия?

Он поднял подбородок.

— Что? Сейчас у тебя проблемы с хорошей едой и профессиональными клиентами?

— Когда это всё, что мы делаем? — продолжила Грейс. — Да, Филипп. У меня с этим проблема. Если бы я переехала к тебе, я бы видела тебя чаще, чем сейчас, лишь тогда, когда ты бы ложился в постель каждую ночь. Так объясни мне, в чем же преимущество.