Чтение онлайн

Чуть заметная улыбка исчезла. Розалинда задалась вопросом, что думает Кристофер о таких языческих празднованиях. Он когда-либо участвовал в резне ее людей во время одной из церемоний, как делали его римские предки? Он смаковал мысль об убийстве друидов во время совершения ими священных обрядов?

Розалинда дрожала. Она слышала леденящие кровь истории об убийцах друидов, но не могла представить Кристофера в центре подобного насилия. Однако она должна быть осторожной и не раскрыть местоположение святого места постороннему.

И надеяться, что завтра ночью Кристофер будет слишком занят, преследуя вампиршу, чтобы не волноваться о ней и ее народе в течение нескольких часов.

— А, вот вы где, мастер Уорнер, — сказал Кристофер, найдя Элиаса в одном из шумных внутренних дворов, примыкающих к королевскому дворцу. — Я искал вас весь день.

— Я редко встаю раньше полудня, и с тех пор занят, устраивая небольшое первомайское музыкальное представление для королевы и ее гостей. — Элиас поднял лютню, в его золотистых глазах светилась сама простата. — Вы играете и поете, не так ли?

— Немного. — Кристофер поглядел на декоративный инструмент и затем на толпу придворных, которые носились туда-сюда между помещениями дворца, как занятые муравьи. Несмотря на то, что солнце все еще светило, выложенный камнем внутренний двор уже был полон теней.

— Но сначала я должен спросить у вас одну вещь.

Элиас сделал многострадальный вздох и опустил лютню.

— Конечно. Чем я могу быть полезен?

Кристофер привел его в более тихий угол и убедился, что они одни.

— Та, которую мы ищем, говорила со мной вчера вечером.

— Говорила с вами?

— В моем уме.

Брови Элиаса поднялись от удивления. Вампир внимательно изучил Кристофера.

— Но это невозможно.

— Почему? Вампиры часто используют волшебство, заставляя людей дать им кровь.

— Она питалась от вас?

— Нет.

— Тогда это не то же самое, не так ли? — Элиас выглядел задумчивым. — Кажется, в конце концов, Совет поступил правильно, попросив вашего дядю послать за вами.

— Я не понимаю.

— Если вы можете слышать мысли этого вампира, вы должны быть вовлечены в пророчество.

— Каким образом?

— Если вы связаны с вампиром, то сможете помочь Розалинде Ллеуэллин разыскать ее и победить прежде, чем она сможет убить короля.

— Я начинаю осознавать себя частью всего этого, но почему у меня может быть эта связь?

— Единственное объяснение, которое я могу себе представить, состоит в том, что она так или иначе связана с вашей семьей. — Элиас пожал плечами. — Она показалась вам знакомой?

— Она говорила как… испанка.

— Ах, со стороны матери. Это имеет смысл, хотя несильно сужает наш поиск. По крайней мере, дюжина дам королевы и пятьдесят ее слуг приехали из Арагона.

Кристофер вздохнул.

— Думаю, что могу спросить своего дядю, есть ли у меня родственники из Арагона, прислуживающие при дворе, хотя он отказывается говорить о семье моей матери. — По правде говоря, он сам всегда отказывался спрашивать своего дядю о них — или о вещах, которые могли пошатнуть его уже и так сомнительное положение в семье Эллиса. По крайней мере, у него нет причины притворяться перед Элисом, что он не ладит с дядей. Поскольку Вампир напомнил ему, что жил достаточно долго, чтобы узнать все печальные тайны Элиссов.

— Но одну вещь я хочу спросить у вас: если она может говорить со мной в моем уме, я могу делать то же самое?

— Я понятия не имею. Я никогда не слышал о вампире, общающемся с 'человеком'.

Подняв лютню, Кристофер рассеянно попытался настроить ее.

— Тогда я должен буду попробовать и увидеть, что произойдет.

Элиас рассмеялся, в его глазах были видны искорки веселья.

— Желаю удачи.

Посмотрев собеседнику в глаза, Кристофер ответил с высоко поднятой головой.

— Она мне пригодится.

— Тогда, возможно, если мы закончили, вы могли бы помочь мне отнести эти музыкальные инструменты в покои королевы?

— Конечно. — Мужчина прошел вместе с Элиасом к горе инструментов, которые слуги достали из телеги. Он поднял изящный псалтерий [18] и арфу и осторожно, словно сокровище, понес их вместе с лютней во дворец.

Когда он вошел в покои, довольно мрачное лицо королевы засветилось от радости. Кристофер подошел и поклонился ей. Женщина отложила вышивку.

— Вы будете играть для нас, сэр Кристофер?

— Конечно, Ваше Величество.

Она соединила руки и улыбнулась. От удовольствия, написанного на ее лице, она выглядела моложе своих сорока четырех лет.

— Я уже с нетерпением этого жду. Вы прекрасно играете.

Кристофер вновь поклонился и, отступив, увидел, как Розалинда и ее подруга Маргарет появились в дверном проеме.

Без сомнения Розалинде не терпится услышать то, что он узнал от Элиаса Уорнера, хотя вампир был менее чем откровенен. Кристофер остановился. Почему его дядя настаивал на том, что у него не было никакой роли в пророчестве, кроме обольщения Розалинды? Элиас счел его намного более важным, и Кристофер должен был верить ему. Поистине его способность общаться с вампиром могла бы оказаться неоценимой.

Кристофер поднял лютню, которую королева протянула ему. Он сел у окна и сосредоточил свое внимание на настройке лютни к более точной высоте тона флейты, на которой играла Маргарет. Он вдохнул теперь уже знакомый аромат розы и увидел, что Розалинда села рядом с ним. Вместо своей старой зеленой амазонки она надела золотисто-коричневый украшенный вышивкой киртл [19] , который очень шел к ее глазам.

Юноша улыбнулся ей.

— Вы играете, моя леди?

Розалинда пожала плечами, и это движение привлекло его внимание к ее груди и янтарному кресту, спадающему на нее. Он задавался вопросом, заметит ли кто-либо, если он наклонится вперед и прочертит языком путь к мягкой ложбинке…

— У меня нет таланта к музыкальным инструментам, но я немного пою.

Он взял мелодичный аккорд.

— Тогда мы вместе создадим прекрасную музыку, моя леди?

Она подняла подбородок.

— Я буду петь, так как королева приказала мне, сэр.

Кристофер посмотрел на королеву, которая улыбнулась и кивнула ему.

— Ваше Величество? Начать ли нам с воодушевляющей песни в честь первого мая?

— Начните, сэр Кристофер. Тогда мы все к вам присоединимся. — Королева захлопала в ладоши, и небольшой двор уселся вокруг нее, некоторые — на полу, другие — прислонились к стенам. Один человек взял барабаны, другой — псалтерий. Они выжидающе посмотрели на Кристофера.