Чтение онлайн

После этих слов я протягиваю руку, чтобы утешительно положить ее на плечо Киприана. Из-за этого потерянного маленького мальчика у меня самой сердце рвется на части.

– Я думал, что окончательно потерялся и больше никогда не смогу вернуться домой, но потом вдруг возле меня остановился человек, – продолжает он, рассеянно проводя большим пальцем по ручке своей кружки. – У него были добрые глаза и вымазанные разноцветными красками и чернилами кончики пальцев. Помню, я тогда подумал, что он был каким-то волшебником или магом. Хотя в какой-то степени так и было. Присев, чтобы мы могли смотреть друг на друга, он спросил, почему я плачу. Я сказал, что заблудился и не могу найти дорогу домой.

– Тебе, наверное, было до ужаса страшно.

– Да, и, вспоминая об этом сейчас, я думаю: мне правда повезло, что меня никто не похитил, – признается Киприан. – Я ясно понимал, что он был занят своей работой, у него в руках была целая куча свертков, но все же он без раздумий бросил все свои дела, чтобы помочь мне. Он угостил меня обедом и все это время крепко держал меня за руку. Я целый день пытался вспомнить дорогу, и лишь только под вечер мы вышли на правильный путь. Когда мать открыла входную дверь, она даже не поняла, что меня не было и я куда-то уходил.

– Ох… – вздыхаю я, слишком хорошо понимая его чувства в тот момент.

– Естественно, она вошла в роль заботливой матери и изобразила сцену горести и скорби в ту же секунду, как он рассказал ей о том, что произошло. Мой отец все еще был в отъезде по делам, но она настояла, чтобы человек зашел и выпил ее фирменного чая несмотря на то, что он всячески пытался отказаться. Пока мама готовила чай, он спросил меня, люблю ли я книги. Я покачал головой, и тогда он сказал мне, что скоро это изменится. До сих пор помню блеск в его глазах, когда он полез в карман пиджака и вытащил оттуда маленький сверток, аккуратно перевязанный красной ленточкой.

Я молча смотрю на него, как вдруг до меня доходит, что Киприан рассказывает об отце, моем отце.

– И что дальше? – спрашиваю я, сосредотачиваясь на его истории, несмотря на тупой гул в голове.

– Он отдал этот сверток мне, и внутри оказалась самая красивая детская книжка с картинками, которую я видел в жизни. Я тогда еще не умел читать, но и не нужно было. Картинки говорили больше, чем могли бы сказать любые слова.

Киприан прочищает горло и принимается ерзать на скамье, пытаясь добраться до кармана брюк, затем достает что-то и осторожно кладет на стол крошечную потрепанную книжечку.

– Ты хранил ее все это время? – ахаю я и протягиваю руку, чтобы нежно провести по красивым линиям на обложке, которые с годами стерлись и потеряли былой яркий цвет.

– Конечно, я хранил ее, – тихо отвечает он, рассеянно глядя вдаль. – Твой отец за один день проявил ко мне больше доброты и заботы, чем кто-либо за всю мою жизнь.

Несмотря на боль в сердце, на моем лице появляется легкая улыбка. Услышав эту милую историю о моем отце, я ни капли не удивлена, ведь он, добрая душа, действительно никогда бы не смог пройти мимо маленького ребенка, плачущего в одиночестве на улице.

– Есть еще кое-что, – говорит Киприан, заставляя меня взглянуть в его печальные глаза. – Смотри.

Он открывает книжечку на первой странице.

Там располагается прекрасная иллюстрация, на которой изображена маленькая девочка с каштановыми волосами и голубыми глазами, держащая в руках цыпленка… а под ней надпись.

«Моей дорогой Хейзел. Желаю самого счастливого дня рождения, люблю тебя».

Я вглядываюсь в эту картинку и надпись, толком не осознавая то, что вижу.

– Я… я не понимаю. Никогда в жизни не видела эту книгу.

– Думаю, он подарил мне то, что должно было стать твоим подарком на день рождения, – говорит Киприан. Его челюсть на мгновение напрягается, как будто ему даются с трудом эти слова. – Я думаю, он не мог допустить, чтобы у ребенка не было любви к книгам.

– Это и правда похоже на него, – тихо говорю я, нежно обводя пальцами строку с моим именем.

– Я знаю, это звучит глупо, но эта книга изменила мою жизнь. Твой отец изменил мою жизнь, Хейзел… и…

– О боже, – перебивает его румяная женщина, опускаясь на лавку напротив нас. – Он умер?

– Что? – потрясенно спрашиваю я, глядя на нее, пока Киприан благополучно убирает крошечную книжечку обратно в карман.

– Твой отец, он умер?

– Не… не думаю, – отвечаю я, и все внутри меня сжимается лишь от одной этой мысли.

– О, хвала небесам, – вздыхает она, практически распластываясь на столе от облегчения. – Я уж распереживалась, подумала, что твое присутствие здесь означает… ну, ты понимаешь.

Женщина продолжает болтать, перескакивая с темы на тему так резво, что я едва поспеваю за ней. Я все крепче сжимаю стакан в руке, пока слушаю, как она рассказывает историю за историей о моем отце и о том, как же ужасно ей жаль, что он заболел.

– Ты допила? – спрашивает Киприан, когда женщина, наконец, покидает нас, отойдя по нужде.

Заглянув внутрь стакана, я с удивлением обнаруживаю, что он пуст.

– Да, – говорю я в ответ, кивая.

– Хорошо, давай налью еще. Если бы я знал, что тебя здесь будет донимать почти каждый посетитель, отвел бы в более тихое местечко.

– Меня не волнует шум, – отвечаю я. – Он, наоборот, заглушает бурный поток моих мыслей.

– Ну хорошо, я вернусь через минутку, – говорит он.

Судя по тому, как у меня уже кружится голова, возможно, ему не стоит нести мне второй стакан, но я не останавливаю его, когда он направляется к бару. Я наблюдаю, как он прислоняется к барной стойке в дальнем конце таверны, фамильярно болтая с барменом.

Однако в этот момент краем глаза я кое-что замечаю.

Сначала я думаю, что это игра света или, возможно, моего разума… но все выглядит слишком реально: клянусь, я вижу, как нечто, похожее на гигантскую чернильную тень, проскальзывает в таверну.

Мурашки пробегают у меня по спине, когда я вглядываюсь в дальний угол комнаты. Медленно тени вихрятся и стягиваются вместе, будто пытаясь принять форму огромного рогатого существа.

Мои глаза расширяются, сердце бешено колотится в груди, и я уже открываю рот, чтобы что-то сказать.

– Вот ты где, Хейзел, – восклицает другая женщина, пугая меня, когда я отвожу взгляд от теней и вижу ее, стоящую рядом со столом. – Я уже начала переживать, что не успею найти тебя вовремя.

– Простите, мы знакомы? – спрашиваю я, бросая взгляд обратно в угол и обнаруживая, что там и следа не осталось от тех теневых монстров.