Чтение онлайн

Я быстро скидываю последний сырник со сковородки, ставлю её в раковину, не обращая внимания на клубы пара, появившиеся от столкновения горячего металла и холодной воды.

– Сумасшедшая, что ли?
– Рычит возле моего уха Яр, выхватывая шипящую сковороду из моих рук.
– Я не собираюсь отвечать за твои травмы! У нас есть посудомоечная машина!

Он отталкивает меня, чтобы добраться до техники, встроенной в нижний шкаф, открывает машинку, закидывает туда сковородку, после чего со всей силы захлопывает. Я наблюдаю за ним сквозь пелену непролитых слёз. Как только он вновь смотрит на меня, поворачиваюсь, быстро обхожу островок барных стоек, чтобы скрыться в комнате.

Я плачу словно маленький ребёнок, размазывая сопли по лицу. Прошли всего сутки после того, как я с радостью выпорхнула из родительского гнезда, и уже была бы не против вернуться обратно.

– Нет!
– хриплю я.
– Нет! Я не буду звонить маме!

Рассказать маме, попросив у неё помощи - это равносильно признанию того, что сама я ничего не могу. Мама не станет мне помогать, она просто заберёт меня домой. Я навсегда останусь под её мягким крылышком. Осознание этого не даёт мне сдаться - я отбрасываю от себя телефон, затем делаю глубокий вдох, вытирая слёзы ладошками.

Ася Баброва не сдастся!

Папа всегда говорил, что бобры не только добры, но ещё и сильны!

И никакие слова мажорчика меня больше не зацепят!

– 5-

POV Скиф

Это существо, я даже не могу назвать её девушкой, будет похлеще похмелья.

Да, да, Лёха пытался вчера объяснить, что у девушки проблемы с общагой и всё такое, но мне-то какое дело?

Таких девушек дофига, и я вижу их насквозь. Они прикидываются бедными овечками, но на самом деле это лисы, выбравшиеся из ледяной избушки, чтобы попасть в лубяную. То, что Лёха этого не видит - не значит, что и я слепой. Эта затравленная деваха себя ещё покажет.

– Я сам предложил ей здесь переночевать, - говорит мне Лёша, как только мы вышли из комнаты, где осталась незваная мною гостья.
– Если надо будет, то она здесь останется, пока не разберётся с общагой, или пока не найдет другое нормальное жилье.

– С чего это?
– возмущённо пыхчу я.

– Эта комната всё равно пустует.

– Но ведь я...

– А ты можешь начать чпокать кукол в своей кровати. Не обязательно использовать эту комнату.

– С чего это ты мне указываешь?

– Яр, послушай, я просто хочу помочь этой девочке. Она впервые в столице, попала в такую беду. Не мог же я оставить её там, в общаге.

– Почему? Именно так и следовало поступить! А не тащить в квартиру не пойми кого!

– Иди спать, Яр! То, что эта девочка будет здесь, решено.

– И кто это решил?

– Я.

А вот это мы ещё посмотрим. Я не собираюсь мириться с такой несправедливостью. Почему это я должен терпеть неудобства в своей собственной квартире? Не порядок!

Аська... Ну, надо же! Давно не слышал таких смешных имён. Она вся такая неряшливая - ну на, прям вылитая деревенщина.

Блондинистые волосы растрёпаны, чуть ниже плеч. Никакой ухоженности, укладки, никаких признаков косметики - мда, у такой шансов устроиться в столице нет и быть не может. Это огромный город, который и встречает, и провожает, глядя на твою внешность.

Я остаюсь на кухне, когда девчонка убегает в слезах. Либо она умело манипулирует своими эмоциями, либо её действительно зацепили мои слова. Второй пункт может, наоборот, сыграть мне на руку.

Ася недолго остаётся в комнате. Девочка решает принять душ. Хм, попробуй. Я слышу, как хлопнула дверь, зажурчала вода, затем жду минут пять. Уверен, она уже успела намылиться. Я открываю дверь шкафчика, скрывающего газовый котел, нажимаю кнопку, отключая подачу горячей воды.

Жалко только, что ледяная вода не мгновенно окатит её. Она будет постепенно остывать, пока не станет совсем холодной.

Я подхожу к двери ванной комнаты. Ничего не слышно. Я ожидал хоть какой-то реакции. Не знаю, там, писк или визг, но нет. Вода продолжает литься, словно ничего не произошло. Я уже даже хотел вернуться на кухню, чтобы проверить, действительно ли отключил котел. Но вместо этого прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди, ожидая, что будет дальше.

Вот девочка выключает воду - не сладко мыться в ледяной воде, и тут же вылетает из ванной комнаты, по пути сбивая меня. Я отшатнулся, покачнувшись на месте, преграждая ей дорогу. Ася останавливается, быстро вскидывая голову, сильнее вцепившись в полотенце, обёрнутое вокруг её худобы.

С её волос стекает вода, превращая пряди в склеенные сосульки. Бледная кожа сейчас порозовела от циркуляции крови. Глаза широко открыты так же, как и вчера. Рот тоже приоткрыт - я могу увидеть, как зуб не попадает на зуб. Да она вся дрожит от холода... но молчит, словно так и надо.

Я как ошалелый стою и пялюсь на её пальцы, сжимающие край полотенца. Какие длинные и тонкие они у неё... Я делаю шаг ей на встречу, девочка делает несколько шагов назад.

– Как водичка?
– невинно спрашиваю я, но в моих глазах блестит победа.

– Тонизирует, - говорит она, едва справившись со стуком зубов.

– Понравилось, значит?
– уже недовольно напираю я.

– Очень бодряще.
– Она растягивает дрожащие губы в улыбке.
– Каждое утро бы так. Всем советую.

Я презрительно усмехаюсь. Советует она! Я ещё раз окидываю взглядом её фигуру - ничего интересного. Даже глазу не за что зацепиться. Она переминается с ноги на ногу, поглядывая на дверь комнаты у меня за спиной. Я делаю ещё пару резких шагов ей навстречу, она шарахается.

Боится? Я что, похож на маньяка? Ещё было бы, что хотеть!

Я быстро сворачиваю в сторону лестницы, ведущую на второй этаж, слыша, как девочка облегченно выдыхает. Секунда, и её подростковое тельце, прикрытое лишь мокрым полотенцем, скрывается в спальне.

Я не остаюсь дома. Привычно уложив волосы, надеваю дырявые джинсы, майку, подхватываю ключи от машины, чтобы быстрее убраться отсюда.

Я залезаю в свой Гелик черного цвета. Папа подарил мне его год назад на день рождения, когда я заявил, что мне надоело шкрябать столичный асфальт своей жопой - у всех предыдущих машинок были до жути низкие посадки. Я наигрался, обычные гонки меня больше не интересуют, сейчас у меня другие увлечения.