Чтение онлайн

Я не могу.

Не сейчас, когда я так близок к финалу.

Мои глаза встречаются с глазами Карсона, и он на секунду замирает, словно завороженный этой сценой.

Все идет согласно моему плану, так почему, черт возьми, сама мысль о том, что он не будет ждать меня в конце, выжимает из меня всю душу?

Глава 16

Гарет

Пока я уставился в свой телефон, вокруг меня разносится негромкий гул разговоров друзей.

Я не могу сдержать улыбку, которая появляется на моих губах, и один из моих друзей – фальшивых друзей – говорит, чтобы я перестал копаться в телефоне.

Я никак на это не реагирую и продолжаю заниматься своим делом, но они этого не знают, потому что на экране у меня наклеено стекло антишпион.

Они захотели провести групповое занятие сегодня вечером в местной кофейне, и я обычно присоединяюсь к ним, просто чтобы опустить их на землю и заставить почувствовать, что они никогда не смогут достичь моего уровня. При этом я даже ничего не говорю. Однако им все равно нравится моя компания, что неудивительно, ведь я самый интересный человек из всех, кого я знаю.

Ну, я не показываю все свои интересные стороны, но они по-прежнему очарованы моим образом, который сам по себе является суперспособностью.

Я отвечаю на несколько сообщений от Рейчел – да, той самой, которая является мамой Кейдена. Два дня назад я ездил попрощаться с ними в аэропорт и попросил ее номер, несмотря на попытки Кейдена помешать этому. На что Джина потребовала дать ей и мой номер, что я с радостью сделал.

Мы регулярно переписываемся в групповом чате, который я создал для нас троих. Хотя в основном на сообщения отвечает только Рейчел. А Джина читает. Все. За исключением тех случаев, когда я говорю о стрельбе из лука. Тогда самой разговорчивой в чате становится Джина, а Рейчел просто присылает гифки, которыми намекает, что ей скучно.

Мне больше нравятся мамы Кейдена, чем он сам, но я также понимаю, почему ему не нравится, что я пытаюсь выудить из них информацию как тогда на ужине неделю назад.

То есть, цель действительно такая, но он не должен был так быстро это понять.

Или попытаться вбросить какие-то завуалированные намеки, пока его родители были рядом.

Так или иначе, пару дней назад он вернулся в кампус и писал мне с тех пор, как его мамы уехали. Сообщения, которые я игнорировал, но сейчас перечитываю.

Дьявол: Ты закончил строить из себя недотрогу, маленький монстр?

Дьявол: Если да, то я бы с удовольствием продолжил с того места, на котором мы остановились.

Дьявол: Я имею в виду на девственности моей киски.

Дьявол: Не игнорируй меня, малыш. Ты так сильно меня возбуждаешь, что это уже даже не смешно.

Дьявол: Мне снилось, как ты своим хриплым голоском умоляешь меня тебя трахнуть, и я проснулся с огромным стояком.

Дьявол: Хочешь знать, как я решил эту проблему?

Дьявол: Рад, что ты спросил. Я закрыл глаза и представил, как моя киска сжимается вокруг моего языка. И сразу же кончил. М-м-м. От одной мысли об этом мой член начинает пульсировать.

Дьявол: Почему бы тебе не перестать избегать неизбежного и не прийти ко мне, пока я еще вежливо прошу?

Дьявол: Но, с другой стороны, ты ведь не фанат всего приятного, да? Ты возбуждаешься только при мысли о боли и принуждении.

Дьявол: Пусть будет по-твоему. Посмотрим, как долго ты сможешь убегать.

Последние два сообщения вывели меня из себя, но остальные вполне приемлемы.

Приятно видеть его на грани.

Мечтающим обо мне, желающим меня, сходящим по мне с ума, но не имея возможности обладать мной. Он ничем не отличается от всех остальных профессоров, которые хотели меня трахнуть.

Пусть встанет в очередь.

Мои друзья болтают о всякой ерунде, когда на экране моего телефона высвечивается сообщение.

Папа: Как прошел твой день?

Гарет: Потрясающе. Получил 5+ за тест.

Папа: Ты продолжаешь удивлять меня. Горжусь тобой, сын.

Гарет: Спасибо, пап.

Я широко улыбаюсь. Мне нравится быть источником его гордости – кем-то, кем Киллиан никогда не сможет стать.

И кем бы я не стал, если бы он знал, что у нас с Киллом больше общего, чем он думает.

Гарет: Я скучаю по нашей совместной охоте, пап.

Папа: Тогда тебе не следовало уезжать. Ты всегда можешь вернуться и закончить учебу здесь. И брата своего притащи заодно. Твоя мама терпеть не может, когда ее мальчики уезжают, а страдаю от этого я.

Гарет: Как насчет того, что вместо этого мы приедем к вам в гости?

Папа: Недостаточный компромисс.

Гарет: Ограниченное предложение. На определенных условиях.

Папа: Вижу, ты испытываешь свою судьбу. Полагаю, это влияние Килла. Кстати, о нем, как у него дела?

Гарет: Не можешь спросить его сам?

Папа: Ты же знаешь, он почти не общается со мной. А я не хочу давить на него.

Потому что папа сказал, что Килл – дефективный ребенок, когда тот был еще в юном возрасте, и мой брат это услышал.

Он пришел поговорить со мной об этом. Мне тогда было одиннадцать.

— Гари, — позвал он меня по прозвищу, которое я ненавижу больше всего, а он использует его просто потому, что знает, что я его ненавижу.

Я был в саду, упражнялся в стрельбе из лука, когда он подошел и сел на траву передо мной.