Почему Древний Киев не достиг вершин Великого Древнего Новгорода
Шрифт:
После убийства мужа древлянами возникла реальная угроза подчинения Киева этому племени. Однако, опираясь на поддержку киевских воевод Свенельда и Асмуда, Ольга сумела удержать в своих руках (а формально в руках своего сына – младенца Святослава) и Киев, и, в конечном итоге, власть над всей Русью.
После усмирения древлян варварским способом Ольга принялась за реформу управления Русью. Она ввела строго упорядоченный сбор оброков и даней на особых княжеских погостах. За это в летописях назвали Ольгу «Мудрой правительницей».
Но главным в ее жизни стало принятие ею христианства.
К христианству Ольга приглядывалась еще в Киеве. О нем ей рассказывали купцы из другиз стран, проезжавшие мимо Киева по «пути из враг в греки».
Русские летописи приводят красивую легенду об обстоятельствах, при которых Ольга крестилась. В Константинополе, куда она прибыла в очередной раз, Ольга явилась для беседы к византийскому императору. Тот будто бы настолько был поражен красотой и умом русской княгини, что захотел взять ее в жены.
Ольга поняла помыслы царя и захотела перехитрить его. И обратилась она к царю с такой смиренной речью:
«Я язычница. Если хочешь, чтобы я стала христианкой, то крести меня сам, то есть будь мне крестным отцом. Если не сделаешь так, то я не крещусь».
Император исполнил все, о чем просила княгиня. И крестилась Ольга в соборе Святой Софии. Была названа она в крещении Еленой в честь первой христианской царицы, матери равноапостольного императора Константина Великого. Император же стал ей крестным отцом.
После крещения царь снова позвал к себе Ольгу и стал уговаривать ее:
«Стань мне женой!»
Ольга ответила ему:
«Как же я могу стать женой тебе, если ты сам крестил меня и назвал крестной дочерью? Нельзя этого делать по закону христианскому».
Одумался царь и так ответил:
«Переклюкала (то есть перехитрила) ты меня, Ольга!»
Одарил княгиню богатыми дарами, и отпустил домой с честью.
Конечно, это легенда. Но эта легенда показывает незаурядный ум княгини.
К рассказанному следует добавить, что согласно Иоакимовской летописи у княгини вначале было имя Прекраса (по летописи Иоакима). Ольгой вроде-бы так назвал девицу князь Олег в честь своего имени. А Еленой княгиня стала при крещении в Константинополе. Кроме того в Иоакимовской летописи записано, что она происходила из княжеского дома, будучи внучкой брата Рюрика Трувора. Он был при призвании братьев в Великий Новгород распределен в Изборск. Поэтому, в летописи того-же Иоакима она идет, как родственница Гостомысла. И если это так, княгиня Ольга была его праправнучкой. Вероятно, от того и характер у нее был языческо-императорский.
В свою «императорскую маму» пошел и ее Сын Святослав.
По возвращении в Киев Ольга старалась избавиться от своего языческого «фашистского» нрава, стала повсюду проповедовать христианскую веру. Она построила несколько церквей в Киеве, Пскове (по преданию, основанном ею) и некоторых других городах.
По свидетельству иностранных записей, спустя два года после своего возвращения из Константинополя княгиня предприняла попытку сделать христианство государственной религией в Руси.
Помочь ей решил германский король (впоследствии император) Оттон I. Он направил в Киев в 959 году монаха Адальберта. Тот прибыл в Киев в 961 году, будучи поставленным в Германии «епископом руссов». Но русский народ его не принял. Ему милее было все же язычество. Немецкому епископу Адальберту пришлось спасаться из Киева бегством, а некоторые из его спутников погибли.
Отнюдь не все в Киеве разделяли христианские пристрастия княгини. Горше всего, наверное, было для Ольги непонимание со стороны собственного сына, Святослава.
Летопись не скрывает противоречий, существовавших между матерью и сыном. Слишком долго Ольга правила страной, не подпуская Святослава к власти. А между тем, ее сын давно вырос и превратился в настоящего князя – сильного, волевого и решительного.
Несмотря на увещевания матери, Святослав оставался убежденным противником христианства. Много раз предлагала Ольга ему креститься, рассказывает летописец, но Святослав не хотел даже слышать об этом и продолжал жить по языческим обычаям.
«Как приму я веру новую? – отвечал он на просьбы матери. – Станет дружина моя насмехаться надо мною!»
Впрочем, если кто хотел креститься, Святослав не воспрещал, но только бранил и укорял того.
Однако, попыткам матери сделать Киевское княжество христианским яро протестовал. К тому была веская причина. Святослав хотел сделать Русь центром торговой Европы. Об этом читатель узнает в следующей главе.
В 961 году Святославу исполнилось девятнадцать лет.
Между тем, к княгине пришла старость. Святослав в те годы редко бывал в Киеве, но больше воевал в чужих землях. Он почти победил хазар, подчинил своей власти славян-вятичей, а затем устремился на Дунай – перекресток торговых путей из Европы в Азию и на Север, к Ладоге и Ильменю.
29. ДУНАЙСКИЙ ПОХОД – ГЕНИАЛЬНОЕ ПРОЗРЕНИЕ КНЯЗЯ СВЯТОСЛАВА!
Мать Святослава княгиня Ольга была мудрой правительницей. Но сын оказался мудрее матери!
Чем же привлек Дунай Святослава?
О походе Святослава на Дунай наши историки вспоминают вскользь. Их более интересуют его частое отсутствие в Киеве, объясняя тем, что мать Святослава княгиня Ольга не давала ему развернуться в столице княжества.
Историки увлечены тем, что Святослав питался вместе со своими дружинниками, не делая заранее никаких припасов. Питались тем, что могли поймать в степи – косуль, лис, зайцев, или речной рыбой. Спал в степи, подложив под голову конское седло.
Украинские историки умиляются тем, что на голове у Святослава была прядь. А вокруг нее череп был выбрит. Ну прямо таки – запорожский казак! Из-за этой святославовной особенности родилось на Украине утверждение, что Святослав был родоначальником Запорожского казачества. Забыли украинцы, что прядь на выбритой голове – это свойство всех степняков – конников от древних турок, татар, половцев и хазар до степняков наших дней в Азии.
Устремлению Святослава на юго-запад Европы до сих не обращают особого внимания исторический светилы. Впервые раскрыл эту особенность Святослава Олесь Бузина в своей книге «Докиевская Русь»:
«Дунайский поход – гениальное прозрение Святослава, как вспышка молнии, озарившее всю последующую судьбу Руси, России и нынешней Украины. Из него родится и «греческий проект» Екатерины Великой, и русско-турецкая война Александра II Освободителя, и славянофильская мечта о кресте над святой Софией. Последнее особенно парадоксально. Сам Святослав как убежденный язычник ни о каком кресте не мечтал, но похозяйничать в тех местах, где византийцы его водрузили, был не прочь…
…Блестящая идея Святослава идея – перекрыть путь всему европейскому товарообороту на Дунае («Тут все блага сходятся!» – сказал он.) слаба лишь тем, что не воплотилась. В противном случае мы получили бы совершенно фантастическую Русь, захватившую все главные восточноевропейские речные пути – по Днепру, Дону, Дунаю и Волге. Венгрия, Чехия и Византия были бы для этой империи всего лишь сателлитами. Святослав знал, что делал: оголяя свой тыл против степи, мобилизуя все силы в одном месте против греков, он шел ва-банк. В случае удачи ему все бы простилось. Но, видимо, в ином был промысел Божий.