Чтение онлайн

Насколько часто в Вашей практике Вы видели, чтобы человек благодаря литературному произведению или произведению искусства приходил к Богу?

O. АЛЕКСАНДР: Вы знаете, здесь кроется величайшая тайна. Приведу один пример. Я уже упоминал о. Сергия Булгакова — многие из вас, вероятно, знают, что он одно время был экономистом, до революции — легальным марксистом, и потом, в начале нашего столетия пришел к христианству и умер во время Второй мировой войны в Париже. Он сам описывает переворот, который в нем произошел, когда ему открылись совершенно другие горизонты жизни.

Что же стало стимулом? Это происходило в начале века. Он приехал на конференцию социал-демократов в Дрезден и в перерывах между заседаниями ходил в Дрезденскую галерею, где выставлена Сикстинская Мадонна. Он часами стоял перед ней, и в это время что-то ему открывалось. Это был первый толчок в его повороте к христианству. Потом, много лет спустя в эмиграции, будучи уже известным богословом и глубоким мистиком и философом, он захотел прийти и вновь посмотреть на эту картину, но когда пришел, она его совершенно не взволновала. Тогда через нее он получил какой-то импульс, а потом — нет.

Художественные произведения, живописные или скульптурные, — это элемент диалога Вечного с человеком; они не существуют сами по себе, здесь есть какая-то связь с судьбой человека. Я даже знаю людей, которых потрясали и глубоко меняли их внутреннее состояние произведения, художественно не очень высокие. Все прекрасное божественно. И известный рассказ «Выпрямила» [51] , в котором человек духовно воспрял, посмотрев в Лувре на Венеру Милосскую, хотя, может быть, далеко не все восхищаются ею, тоже говорит об этом.

Красота — она причастна божественности, и если вы выносите эту красоту из своего сердца, не думайте, что вы ее творцы. Те, кто занимается искусством, являются проводниками некоего духовного поля, которое Бог вкладывает в них. Поэты, художники называют это вдохновением. Вдохновение позволяет мастеру создать произведение, порой превосходящее его уровень, уровень его сознания, его возможностей! Многие писатели сами удивлялись тому, что смогли написать то, что вышло из-под их пера. Отсюда пафос известного стихотворения Алексея Константиновича Толстого: «Тщетно, художник, ты мнишь, что твоих ты творений создатель». Это очень глубокое стихотворение.

Поэтому не важно, что изображено на картине, но важно, какой дух проходит через вас. Дух Божий может проходить, но не всегда. Это подобно прохождению солнечного света через стекло. Дух Божий — это солнце, стекло — это наша душа. Но если стекло закопченное, запачканное, много ли света пройдет? Очевидно, надо, чтобы это стекло было подходящим. Но шанс всегда есть.

Как Вы понимаете страх перед Богом?

O. АЛЕКСАНДР: Тут есть два аспекта. Один аспект — это высочайшее благоговение человека перед Вечностью, трепет, который может вызвать, например, огромное море, звездное небо, мысль о космосе, высокая гора со сверкающей вершиной. Человек в эти минуты переживает трепет и даже страх! Кто из вас бывал в горах, тому, может быть, знакомо такое чувство: когда смотришь вверх — и вот это молчание, безлюдное, безжизненное, и бывает, что мурашки по коже… Такое же чувство испытываешь иногда, когда слушаешь музыку. Вот это и есть трепет, трепет перед великим, перед величайшим!

Это первый аспект. А второй — это страх потерять… потерять любовь к Богу; она может быть потеряна так же, как любовь к человеку. Она как цветок, как растение: вот вы любите человека (я имею в виду мужчину или женщину), а потом вдруг это прошло — вы испортили, засушили растение, его нельзя восстановить, произошел необратимый процесс. Это страшно.

То же самое с отношением человека к Богу: надо его беречь, надо его культивировать, для этого вся религия существует — чтобы культивировать и оберегать видение Вечности, любовь к Вечности. «Привлечь к себе любовь пространства, услышать будущего зов» [52] . Нельзя бросаться этим, нельзя думать, что это все человеку дается легко! Это как высшее познание, как дар, как талант. Вот почему должны быть бережность и боязнь потерять, нарушить... Знаменитый американский психолог и философ Вильям Джеймс признавался, что в юности, в студенческие годы в нем было чувство реальности какого-то Высшего Начала, его присутствия рядом, хотя он и не был ортодоксальным христианином; но потом он это чувство потерял. И он пишет о том, какую испытывал горечь, какая была пустота в его жизни, когда это пропало.

Перед любым объектом может стоять вопрос о жизни и смерти или о смысле жизни, в частности, и перед Богом. И как Он может ответить на такой вопрос?

O. АЛЕКСАНДР: Видите ли, я вам сразу скажу, что в науке есть такая серия вопросов, которые называют некорректными, то есть они не соответствуют природе предмета, который мы изучаем. Почему? Потому что у нас нет оснований полагать, что мы можем даже вообразить себе этот объект. Когда говорят об искривлении пространства или об относительности времени — мы даже этого до конца не понимаем. А ведь это, в конце концов, творение Божие; но когда речь идет о Боге, мы знаем только то, что нам открыто; а такие вещи нам не открыты.

Бог есть любовь. Неужели Господь оставит Свое любимое творение, человека, навечно? Ведь однажды, после потопа, Он раскаялся, что уничтожил род человеческий. Чем больше возрастает во мне любовь к людям, тем больше возрастает сомнение, что муки в аду вечные.

O. АЛЕКСАНДР: Все правильно. Не надо путать вечность во времени и вечность как понятие духовное. «Мука вечная» означает «мука потусторонняя», а не миллиард лет. «Жизнь вечная» и «мука вечная» — то есть не здешняя, а иная.

Бог сотворил Вселенную. Кто создал Бога, или Он существовал вечно?

...Если кто-то Его создал, то Богом был Тот, Кто Его создал...

O. АЛЕКСАНДР: Существовал вечно? Человек, который меня спросил, имеет в виду бесконечность времени. Но мы должны помнить, что даже из физики известно, что время возникло вместе с пространством. Я думаю, что многим из вас этот тезис знаком. Значит, до того как мир был создан, времени не было, и поэтому вообще нельзя ничего сказать.

Как объяснить существование Бога в трех Лицах?

O. АЛЕКСАНДР: Меня всегда об этом спрашивают. Мы сразу слишком высоко пытаемся взлететь. Но все-таки я не хочу отказываться хотя бы от самого краткого ответа. Эту тайну можно воспринимать с самых разных сторон. Бог, Который открывается через природу, через Иисуса Назарянина и через действие Церкви — вот три аспекта Бога. Бог, Который открывается в Ветхом Завете, в Новом Завете и в грядущем. Бог, Который является Абсолютом, — это первый аспект Бога. Бог, Который выходит из молчания Абсолюта, — это уже Его второй аспект, действующий, Логос. И Бог, Который связывает эти два аспекта, — это Дух Святой.

Само по себе это не только не удивительно, а естественно, потому что тайна природы, тайна материи уже включает в себя парадоксы и антиномии. Если кто-нибудь из присутствующих знаком с физикой или с математикой, он знает, что простая логика, которая утверждает, что «А равняется А и больше ничего» и что параллельные линии никогда не соединяются, — это лишь частные случаи. На самом деле для описания многих явлений природы требуется так называемый принцип дополнительности, который, если говорить упрощенно, означает, что некоторые явления невозможно свести к одной формуле, их надо описывать с двух точек зрения. Поэтому и Источник мировой реальности должен также иметь парадоксальную и многоликую природу.