Чтение онлайн

Ребенок не только автономная личность, отдельный от нас, родителей, человек, живущий своей жизнью, но и самовоспитатель. Американские психологи сравнивают личность ребенка с черным ящиком, где на входе мы имеем одинаковые или сопоставимые воспитательные воздействия родителей, педагогов, а на выходе – совершенно разные, порой непредсказуемые ответные реакции детей. Просьба о помощи со стороны старших, требование прекратить делать нечто, мешающее окружающим, вызывает адекватную перестройку поведения у одних детей, агрессивную реакцию протеста у других, обиду и сопротивление со стороны третьих. Соответственно, если этими первыми, вторыми и третьими являются дети, воспитывающиеся в одной семье и являющиеся родными братьями и сестрами, то один из вариантов поведения будет восприниматься взрослыми как отклоняющееся поведение, как своеобразная аномалия или психическое уродство.

Сказанное не означает, что тот или иной поступок ребенка, его ответная реакция на происходящее действительно является свидетельством ненормальности его характера и поведения. Ненормальными они являются лишь в глазах тех, кто запрограммирован на иную социальную норму и соответственно воспринимает происходящее как недопустимое, чуждое, ненормальное. А значит, меняться нужно не ребенку, а наблюдателю, чей консервативный, ригидный взгляд порождает соответствующую психологическую проблему в его же сознании.

Своевременное изменение установки на характер и поведение детей разного возраста или своих детей и их сверстников из других семей позволит гармонизировать отношения внутри своей семьи.

Чтобы сохранить любовь и уважение детей, остаться для них доверенным лицом, а не «строгим судией», решающим, чему быть, чему не быть, кто прав, а кто не прав, следует предоставить каждому ребенку возможность выбирать свой путь развития, обеспечить ему право реагировать на происходящие события и ситуации так, как он или она считают нужным, приемлемым или естественным для них.

Другой аспект этой же проблемы связан с психологическим взрослением детей, которое чаще всего приходится на подростковый период, но может произойти и раньше, или отодвигается в сторону старшего школьного и юношеского возраста.

Психологическое взросление человека связано с обретением автономии и независимости от окружающих людей, даже если это самые близкие и родные люди.

Единственно возможный способ обретения самостоятельности – это выбор поведения, которое противоречит ожиданиям окружающих. Эпатаж, бурный протест, стремление к внутреннему перерождению, когда сегодняшние поступки молодых людей являются полной противоположностью их сложившихся вчерашних привычек – все это действия, означающие для них проявление все более полной независимости.

Зная ребенка с малых лет, занимаясь его воспитанием, что называется, с пеленок, родители и другие взрослые члены семьи нередко болезненно реагируют на такую перестройку. Да, наверное, все современные родители слышали про подростковый кризис, имеют больший или меньший опыт восприятия и понимания его проявлений (подростковый негативизм, падение авторитета родителей и других взрослых, скрытность и т. п.), но одно дело слышать, а другое – столкнуться с этим в стенах своего дома. Открытые и доверчивые существа, не имевшие тайн от родителей, уважавшие их мнение, вдруг начинают вести себя странным и непонятным образом. Если в такой ситуации не проявить терпимость и понимание, то соответствующие формы поведения могут закрепиться, стать негативными чертами характера, превратиться в акцентуации (такие формы поведения, с которыми сам человек не может справиться, даже осознавая их неприемлемость и страдая от этого внутренне).

Герой рассказов Р. Киплинга о Маугли сказал: «Нелегко менять кожу». Взросление сопряжено с внутренней перестройкой поведения личности, трансформацией представлений человека о себе. Если такая перестройка укладывается в общую картину представлений о развитии личности человека, то процесс этот происходит достаточно гладко как для развивающегося индивида, так и для окружающих. Если же имеет место обратное, а причин этому две: слишком ригидная статичная картина представлений или необычный оригинальный путь развития и самовоспитания, процесс этот протекает болезненно для обеих сторон, то есть воспитанников и воспитателей. Неординарность или непредсказуемость картины развития конкретной личности и есть та причина, по которой близкие начинают воспринимать его как «кукушонка» или «урода» в своей семье, где все более или менее сходны по своим поведенческим реакциям, а кто-то один отличается от прочих.

Попытки перевоспитаниям обычно заканчиваются ничем. Своеобразная «холодная война» с позиционными «боями» может длиться годами. Пожалуй, единственный эффективный способ в этой ситуации – обращение к семейному психологу.

В этом разделе хотелось бы обратить внимание читателей на очень непростую проблему – отношение родителей к приемному ребенку и выстраивание его отношений с другими членами семьи, прежде всего детьми, через призму оценки черт характера и темперамента ребенка, выбора им моделей поведения в новой семье.

Типичные ситуации.

Марина растет в нашей семье с двух лет. Мы с женой никогда не акцентировали внимание дочери на факте ее удочерения. Но чем старше становится девочка, тем сильнее мы убеждаемся в том, что это не родной ребенок. Чего таить, Марина любит и может приврать. Приглашать гостей мы стали все реже. Были случаи, что у них пропадали вещи и мелкие предметы. Чтобы кто-то из нас взял что-то чужое, такого никогда не было. Дочь обеспечена всем необходимым. Конечно, не всем ее просьбам и капризам мы потакаем, ведь мы не миллионеры и не олигархи. Но и она уже не маленькая, должна понимать, что деньги с неба не падают. Дурные гены или что-то еще, но с этими ее привычками мы не в силах справиться!

Восемь лет назад в автокатастрофе погибла моя двоюродная сестра. Она не была замужем. В 29 лет родила сына. На момент смерти матери мальчику было три года. На сегодняшний день мы – опекуны Эдика. Он растет и воспитывается у нас, вместе с нашими детьми. Сейчас их у нас трое – Борис, Эдик и младшая Танюшка. Она родилась уже после того, как мы взяли племянника. Мальчику, пережившему такую травму, я старалась уделять больше внимания. Надеялась, что он будет называть меня мамой. Но Эдик с ревностью относился к моим заботам о родном сыне. Отнимал у него игрушки, нередко дрался и хулиганил. И раньше, и сейчас в запальчивости может сказать: «Ты мне никто!». Между мальчиками до настоящего времени натянутые отношения. Боря очень хотел сестренку. С ее появлением он всячески старался помочь мне. Мог погулять с ней, пока она спала в коляске. Обязательно присутствовал при купании девочки. Никогда не отказывался сходить в аптеку или на молочную кухню. Эдик подчеркнуто агрессивно отнесся к появлению в семье нового ребенка. Задавал вопросы типа «А чего она так кричит?», «А что, она сама не может?». В общем, проблем много. И прежде всего это вопрос, как наладить отношения между детьми, сделать так, чтобы они росли одной семьей, стали поистине родными?

Дети остаются без попечения родителей по разным причинам. Самая распространенная причина – дети-отказники. От них мамы, чаще всего матери-одиночки, отказываются еще в роддоме, считая себя неготовыми или неспособными к выполнению материнских обязанностей. Ребенок может потерять родителей из-за серьезной или неизлечимой болезни взрослого, в результате его смерти в катастрофе или гибели от несчастного случая. Реже, но все же случаются моменты суицида, то есть самоубийства людей, имеющих несовершеннолетних детей. В любом из перечисленных случаев ребенок остается сиротой, и заботу о нем берет на себя государство.

Но в домах малютки, детских домах и интернатах помимо детей-сирот воспитываются и другие дети. Сироты при живых родителях, или социальные сироты – таково их официальное название. Это ребята из неблагополучных семей. Их родители были лишены родительских прав из-за жестокого обращения с малолетними детьми, полного пренебрежения своим родительским долгом, асоциального образа жизни (разврат, пьянство, дебоширство) или временной невозможности заниматься своими детьми по причине отбывания уголовного наказания. Так в стенах государственных учреждений могут оказаться несколько несовершеннолетних ребятишек из одной семьи, братьев и сестер, родных или рожденных от разных отцов.

Значительная часть воспитанников детских домов и учреждений интернатного типа попадает в семьи. Государство строго следит за тем, чтобы будущие родители – усыновители или опекуны – обладали хорошим здоровьем, материальным достатком, не вели антиобщественный образ жизни, хорошо характеризовались по месту работы или службы. Значение имеет и возрастной ценз, ведь воспитание ребенка – дело долгое. Так, если ребенка хотят усыновить родные бабушки и дедушки, то им в этом может быть отказано.

Информация о прошлом ребенка, которого хотят взять на усыновление или под опеку, является в значительной мере конфиденциальной. Будущие родители знакомятся с ребенком заочно через Интернет или посредством отбора фотографий детей. Затем им может быть предоставлено право на несколько непродолжительных встреч-знакомств. После чего следует подписание документов, и родители (опекуны) получают ребенка как «оплаченный товар» на руки.