Чтение онлайн

Какой бы неразрешимой ни казалась поведенческая проблема, исследования в области нейрофизиологии и поведения человека показывают, что ребенок способен освоить необходимые навыки, исправить поведенческие привычки и стать лучшей версией самого себя: сохранить свою необычность и уникальные особенности, но в то же время комфортно чувствовать себя в обществе и уметь налаживать контакт с окружающими. В следующих главах я покажу, как направлять ребенка по этому пути с помощью тренерских принципов и упражнений программы «Будь другом», но мы будем двигаться по порядку: сначала ребенок должен сделать первый шаг – потом вы.

Знаете ли вы, почему ваш ребенок испытывает трудности в общении? Какова истинная причина?

Причина социальной изолированности ребенка может быть вполне очевидной. Возможно, он просто отличается от других и его интересы не пересекаются с интересами сверстников. Или он настолько одержим компьютерными играми, что редко играет на улице и практически не встречается с другими детьми. Быть может, он из тех, кому сложно переключиться с одного вида деятельности на другой или справиться с разочарованием, не устраивая истерики. Или он из тех, кто своим поведением с ранних лет завоевывает определенную репутацию, выделяющую его на фоне остальных детей: «плакса», «задира», «хулиган», «одиночка», «чудик». Возможно, он испытывает неловкость в общении, нервничает в присутствии других детей или настолько увлечен объектом своего интереса, что все время кажется погруженным в собственный мир.

Но должны быть и другие причины, скажете вы: ведь порой кажется, что ребенок попросту не пытается общаться, а если пытается, то с неизменно печальным финалом.

Чтобы помочь ребенку освоить новые социальные навыки, нужно сначала выяснить, что мешает его успешному взаимодействию с окружающими. Чем он отличается от тех детей, которые легко и естественно усваивают нормы поведения и учатся правильно реагировать в различных ситуациях общения? Нейробиология, исследования в области человеческого поведения и мой личный опыт работы с детьми указывают на то, что со временем отношение ребенка к себе и окружающим превращается в его внутреннюю правду, которая искажает его представление о механизмах поведения в обществе и о том, как налаживать конструктивное взаимодействие с окружающими. Это внутреннее видение окружающего мира и себя в нем влияет на восприятие каждого контакта с социумом, каждой прогнозируемой или, может быть, избегаемой ребенком ситуации. По мере закрепления в сознании это внутреннее убеждение превращается в фильтр, через который мозг воспринимает происходящее, обрабатывает полученную информацию, интерпретирует опыт и извлекает из него уроки. Через призму негатива или защитной реакции мозг с высокой долей вероятности интерпретирует пережитый опыт негативно, что в свою очередь оказывает волновой эффект, усиливая отрицательные эмоции, приглушая положительные и еще больше снижая вероятность успешного развития социальных сценариев.

Негативный фильтр окрашивает не только восприятие текущей ситуации, но и ожидания по поводу будущих социальных контактов.

Если позволить ребенку думать: «Когда я злюсь, я говорю все что угодно, а остальные пусть подстраиваются», – то со временем он привыкнет считать нормой бесконтрольное выплескивание эмоций, невзирая на влияние такого поведения на других и его последствия. А ведь на месте этой мысли могла быть другая, более конструктивная: «Когда я злюсь, я умею следить за своими словами и действиями, а не просто взрываться».

Внутренние убеждения ребенка также формируют его понимание своей роли в обществе, часто мешая ему заводить друзей и распознавать ошибки в своем поведении. «Я никогда не подхожу первой. Это другие дети должны звать меня с собой», – услышала я от одной девятилетней девочки. Эта мысль мешает ей прийти к пониманию того, что порой она сама должна сделать первый шаг, что другие дети не позовут ее только потому, что она стоит и ждет приглашения. Ее убеждения по поводу устройства мира ошибочны, но, пока девочка этого не поймет, такие взгляды продолжат влиять на ее отношение к подобным ситуациям и своей роли в них. И даже понимая умом, как устроен социум и что от нее требуется, девочка не сможет ничего изменить, пока не усвоит необходимые навыки для совершения правильных действий и не поверит в себя. Эта вера изменит ее внутреннюю правду, и вместо «я не могу» она научится говорить «я могу».

Бывает, что ребенок сам не замечает, как оправдывает свои проблемы в общении. В процессе занятий с вами как с тренером он научится наблюдать, анализировать, делать выводы из ситуации, использовать ее для разработки новой стратегии и новых сценариев поведения, которые в конечном итоге приведут к новым успехам в общении. Только с этими навыками у него получится добиться ощутимых перемен, и данный тренинг ему в этом поможет.

Дважды в год – летом и зимой – родственники Патрика собирались большой семьей в арендованном загородном доме, чтобы весело провести выходные на природе, вместе посидеть за столом и устроить долгожданный киновечер, когда дети выбирали фильм и удобно устраивались в креслах-мешках перед экраном. Однажды работа занесла меня к жившему неподалеку клиенту как раз ко времени ужина и меня как близкого друга семьи пригласили на такой кинопросмотр.

Семеро девочек и мальчиков в возрасте от шести до десяти лет проглотили ужин за тридцать секунд и умчались вниз, в комнату отдыха, где их родители расставили кресла-мешки перед большим телевизором с плоским экраном. Пока готовился ужин, некоторые родители рассуждали о том, как тяжело даются такие ситуации семилетнему Патрику, особенно когда две двоюродные сестры мальчика, его ровесницы, вынуждают Патрика согласиться с их выбором фильма. Он начинал спорить, сопротивлялся, и дело неизбежно заканчивалось либо слезами, либо приступом ярости. Все остальные по привычке обзывали Патрика плаксой или обвиняли в том, что он портит всем веселье. Печальный опыт прошлых лет не позволял мальчику ждать ничего хорошего от этих семейных сборищ. С такими же ожиданиями на них приезжали и его двоюродные братья и сестры, и Патрик «не подводил».

После нескольких таких инцидентов родители мальчика, устав краснеть за сына и смотреть, как он портит всем настроение, начали принимать превентивные меры. В день кинопросмотра они заранее отводили его в сторонку и напоминали о том, чтобы вечером при выборе фильма он «вел себя хорошо». Патрик недовольно морщился, а ближе к вечеру родительские напоминания превращались в предупреждения. «Помни, – грозно говорили они, – ты не должен спорить». В прошлые годы предупреждения мало помогали, и теперь надежды на них было мало, но ничего лучшего родители не придумали. Патрик становился все более встревоженным. Меня одолевало любопытство: хотелось понять, что с ним происходит. Я успела заметить, что мальчик не может найти себе место в компании родственников, он никак не может им угодить, но явно хочет дружить с остальными детьми. Я попросила у родителей мальчика разрешения побеседовать с ним и попробовать разобраться в причинах его поведения во время выбора фильма.

Мы с ним немного поболтали, и, когда выяснилось, что он тоже хочет иного развития ситуации и готов для этого постараться, согласовали план. Мы договорились, что он пойдет играть с детьми и постарается со всеми ладить, но, если что-то пойдет не так, подойдет ко мне и мы вместе найдем решение.

Первая ссора вспыхнула, когда все дети – кроме Патрика – дружно выбрали определенный фильм. Он хотел смотреть другой, который и он сам, и остальные дети видели уже миллион раз. Мы с Патриком отошли в сторонку и устроились в пока еще пустой комнате отдыха. Здесь ему не грозили ничьи осуждающие взоры.

– Патрик, – произнесла я, – думаю, мы можем сделать так, чтобы вы не ссорились во время выбора фильма. Что скажешь?

Его лицо просветлело, но он тут же нахмурился, вспомнив о прежних неудачах.

– Не получится, – ответил он.

– Конечно получится! – возразила я. – Чем тебе так нравятся фильмы, которые ты уже много раз видел? – спросила я с искренним интересом.

Он на секунду задумался.

– Мне нравится знать, что будет дальше, – ответил он.

– А что с тобой происходит, когда ты этого не знаешь?

– Я беспокоюсь, – ответил он.

Выяснилось, что непредсказуемость будущего вызывала у Патрика дискомфорт. Даже мультфильм про семейку Флинтстоунов оказал бы на него такое воздействие, если бы он смотрел его впервые. Неизвестность тревожила Патрика. И от этого ему становилось физически некомфортно. Вдобавок ему приходилось иметь дело с негативной реакцией других детей. Патрик не мог справиться с собственными эмоциями, не говоря уже о чужих, и под этим давлением начинал спорить о вещах, которые для других детей не имели смысла.