Чтение онлайн

– Правда?- Спрашиваю я, поворачиваясь и глядя на него.
– Ты, правда, думаешь, что так будет лучше для меня?

– Конечно, но сначала я хотел бы поговорить с тобой о том, почему ты так стремишься уехать?

Я приношу ему его латте и отворачиваюсь приготовить кофе для себя.

– Ммм, Эйлин, чертовски вкусный кофе, ты сама себя переплюнула.

Ощущаю прилив гордости от того, что сделала Доминика счастливым.

По-другому я никогда не смогу этого сделать.

Беру свой латте, сажусь в бежевое кресло, в котором сижу всегда, и делаю глоток своего кофе.

Он прав, это лучший кофе, какой я когда-либо варила.

– Что заставило тебя решиться искать Утопию?
– делая еще один глоток, спрашивает он.

– У меня снова был кошмар ночью, и когда я наконец-то проснулась, то поняла, что это не та жизнь, которую я должна была прожить. Большая часть меня умерла в тот день, а сейчас ничего кроме уродства не осталось, - говорю я с легкостью.
– Мне следовало двигаться дальше, но я не смогла.

– О чем был этот сон?

– Тот же, что и всегда. Он говорит Мику «заткнуть уже эту суку» и продолжает все с той же жестокостью, словно я ничто, никто, не человек вовсе, будто у меня нет сердца, нет крови, которая течет по венам.
– Я уставилась в одну точку на столе и просто концентрируюсь на ней. Я, правда, больше не желаю вспоминать тот кошмар.

– И что случилось после того, как ты проснулась?

– Я решила, что собираюсь улететь отсюда. Мой друг, голубая сойка, покажет мне путь. Смотри, у меня тут есть ее перышко.
– Я лезу в карман, но перышка там нет. Блин, я должно быть, забыла его рядом с кроватью.
– Подожди, оно наверху.
– Я подскакиваю и несусь принести мое перо.

Волна горя захватывает меня, как только мои пальцы касаются почти невесомого пера на моей прикроватной тумбочке.

Не уверена, как долго я стояла, зачарованная пером цвета индиго.

Должно быть долго, потому что Доминик входит в мою комнату.

Я не вижу его. Я чувствую его.

Тепло его тела манит меня.

Не говоря ни слова, он становится позади меня и кладет руку мне на плечо.

Слезы бегут из глаз и с каждым новым вдохом, мое дыхание становится все более поверхностным.

– Эйлин, - его глубокий баритон умоляет меня, но я качаю головой. Я не готова повернуться и встретиться с ним лицо к лицу.

– Я здесь, я рядом. Я не оставлю тебя, - говорит он низким, уверенным голосом.

– Я только хочу, чтобы все это закончилось, - сквозь слезы шепчу я, мой голос надломился.

– Это не закончится. Нам только нужно найти для тебя способ справляться с этим. Видеть красивые сны по ночам, и чтобы дни были наполнены солнцем, не позволять мрачным сумеречным кошмарам причинять тебе боль.

Позволив перу упасть на пол, от отчаяния и стыда, я закрываю лицо руками.

– Что я могу сделать?
– спрашиваю я Доминика, наконец повернувшись к нему лицом.

– Для начала, ты снова ляжешь спать, а я собираюсь устроиться на ночь в этом вот кресле.
– Он указывает на то же кресло, в котором спал, когда я болела.
– Утром, ты представишь меня своей лучшей подруге Фейт.
– Он идет к моей кровати и расправляет покрывала.
– А в понедельник, мы вместе пойдем туда, где тебя нашли.

Холодок пробегает по всему моему телу. Плечи напрягаются, и мой желудок сжимается от одной только мысли, что я выйду наружу. Даже думать не хочу о том, что он собирается отвезти меня туда, где меня нашла та пара, где я должна была умереть, но выжила.

Не говоря ни слова, я долго трясу головой.

– Это необходимо сделать, чтобы открыть в себе способность находить выход, Эйлин.

Доминик возвышается надо мной, его напряженный взгляд проходит сквозь барьеры, которыми я окружила себя. Он глядит не с унижением или жалостью, а с беспокойством и заботой. Он хочет помочь мне, хочет, чтобы я доверяла ему, и я ему доверяю.

Безусловно.

Но пойти туда, где я была брошена умирать, наверняка подтолкнет меня за грань. Разве он не понимает этого?

Может это как раз то, что мне необходимо.

Посмотреть прошлому в лицо, для того, чтобы двигаться дальше.

Но…

Смогу ли я?

Открыв глаза, первое что я вижу - это кресло в котором спал Доминик.

Но его там нет.

Сложенное одеяло и подушка заменяют собой мужчину, который должен быть там.

Я глубже зарываюсь в одеяла, зная, что он где-то поблизости. Он не может быть далеко; он всегда рядом.

– Ты еще спишь или притворяешься, что спишь? Как по мне, оба варианта хороши, потому что, если ты еще спишь, я съем за тебя твой завтрак, - говорит Доминик, входя в комнату.

Я поворачиваю голову и вижу, как он несет серебряный поднос моей бабушки с чашкой и тарелкой.

– Что это?
– садясь на постели и облокачиваясь на спинку кровати, спрашиваю я.

– Не радуйся так сильно, это всего лишь тост с медом и чашка чая. Я не мог разобраться, как работает эта твоя навороченная кофемашина, поэтому нашел пакетики с чаем.
– Он делает несколько шагов и ставит поднос мне на колени.

– Спасибо большое. Никто и никогда не приносил мне еду в постель.
– Я беру чашку и делаю глоток чая.

Слабый, слишком слабый чай. Но я совсем не хочу ранить его чувства, поэтому пью.

– Фейт будет здесь через пару часов. Мне бы хотелось заскочить домой, принять душ и переодеться, потом я вернусь. Договорились?

– Да, конечно, - говорю я, откусывая по кусочкам тост.

– Хочешь поехать вместе со мной?

Я перестаю жевать и смотрю на Доминика, сидящего в своем кресле. Во мне загорается маленький огонек страха.

– Нет, не думаю, что смогу.

– Завтра мы едем на пруд, где тебя нашли, ты же помнишь? Это важно.

– Я знаю.
– Я не хочу ехать, но понимаю, мне необходимо самой увидеть, что место, где меня обнаружили, не несет в себе зла. Оно не навредит мне; это просто место, где меня бросили. Я не могу винить географию за такие обстоятельства. Это так же глупо как ненавидеть любимого автора за то, что в своей последней книге, он убил любимого тобой персонажа.

Просто это так.

– Я знаю, - снова подтверждаю я.
– Я знаю, - говорю в последний раз, больше для себя, чем для Доминика.

– Когда позавтракаешь, не хочешь спуститься вниз и запереть за мной дверь?

Я ставлю поднос на прикроватную тумбочку и встаю с кровати.

– Я сделаю это сейчас, у тебя будет больше времени и тогда не придется торопиться .

Доминик спускается следом за мной по лестнице и, открыв дверь, я выпускаю его наружу.

– Я вернусь до того как приедет Фейт, - выходя на крыльцо, говорит он