Чтение онлайн

— То есть? — не понял я.

— Какой у тебя сейчас курс? Второй? А наша цель учиться на четвертом. Вот и задумайся.

Я задумался, но не слишком успешно. Ну четвертый так четвертый, в чем проблема-то? На это Эскель выдала мне целый ряд аргументов, и некоторые из них добрались даже до моего затянутого пленкой похмелья разума.

— Проблема только в разнице курсов? — уточнил я.

— М-мм, да. — С заминкой протянула Эскель, но по ее виду я сразу же понял, что она может выдать мне еще с десяток подобных проблем, из-за которых я не могу участвовать в предстоящей операции. — И это довольно существенно. Она вряд ли станет общаться с подозрительным типом, страшим ее по возрасту и младшим по иерархической лестнице.

— Она? — удивленно перебил я.

— Да, — Эскель обнажила зубки в улыбке. — Девушку зовут Жанна Элидеганс и у нее очень интересные родители.

— Родители?

— Именно. Нас интересуют ее родители. И пожалуйста, не спрашивай кого это «нас»!

— А если я переведусь на четвертый курс?

Девушка чуть склонила голову и лишь большим усилием воли не постучала пальчиком по виску.

— Это невозможно, — сказала она.

— Почему же? А как же мгновенный переход?

Эскель промолчала, но вскоре на ее лице заиграла самодовольная улыбка. Может быть, она что-то знает такого, чего не знаю я? Что ж, это возможно, но Гардинг когда-то сама говорила, что в Академии Королей есть возможность шустро перескакивать с курса на курс, сдавая экзамены экспромтом. В этом нет ничего необычного, а с медальоном Дархана — и ничего сложного.

— Что ж, — лидер Тройки что-то решила для себя и ее голос изменился, набирая тембр сладкозвучного шипения змеи, — если переведешься на нужный курс — считай мы договорились.

— Вот так и сразу бы!

Я отправил начальству воздушный поцелуйчик, от которого оно скривилось, встал и покинул бывший кабинет Пейна. Сейчас первоочередная задача это поиск питьевой воды и зубной пасты. А уже потом можно задуматься о других проблемах, в том числе и о переводе.

Натали Гардинг попыталась убежать от меня, но на каблуках оторваться от крутого архимага (особенно если он бывший сапер) невозможно. Я догнал своего декана и в который раз за сегодняшний день, начал ныть:

— Ну почему?? Что это за ерунда такая… мгновенный переход он ведь для всех, разве нет?

— Нет, — отрезала Гардинг, протискиваясь в дверь и стараясь шустро закрыть ее за собой; я вовремя подставил ногу и у Натали ничего не получилось. — Это невозможно. Да и вообще, с чего это ты неожиданно заинтересовался переходом на новый курс?

— Ну-у, — протянул я, не зная, что сказать, — нужно же расти над собой. Третий курс это конечно не нулевые подготовительные, но все же… там очень скучно! Не с кем поговорить, да и обучением занимаются там кое-как.

Я загнал Гардинг в тупик. По своей глупости женщина вбежала в кабинет, где выход был только один. И его заслонял своей могучей спиной я. Декан тяжело вздохнула, глядя на меня, и поняв свое положение, пошла в бой.

— Учат кое-как? — с сарказмом повторила она. — А может быть дела обстоят по-другому? Может учат хорошо, но кое-кто этим не пользуется? Из девятнадцати лекций ты был всего лишь на пяти! Твоя успеваемость самая низкая среди твоих однокашников и это достаточный аргумент для того, чтобы оставить тебя на третьем курсе. Скажи спасибо, что тебя еще не выперли с Академии…

Я невесело натянул губы, изображая недовольную улыбку: могли бы выкинуть — давно бы уже выкинули. И, не смотря на то, что мне начала нравится здешняя жизнь, обрести свободу я был совершенно не против.

— Но я архимаг, черт возьми! У меня же есть медальон: экзамены на четвертый курс я сдам без всяких проблем!

— Да, но по правилам Академии, — с самодовольством возразила Гардинг, — к подобного рода экзаменам допускаются лишь круглые отличники и одаренные гении. Ни тем, ни тем ты, Тод, не являешься, так что извини…

Натали Гардинг направилась к двери, но выпускать ее я не собирался. Слишком много времени ушло на то, чтобы загнать ее в глухой угол, откуда деваться просто некуда. Если сейчас дать деканше уйти, то потом выловить ее будет намного сложнее.

— Это нечестно! — воскликнул я, ненароком становясь так, чтобы проскочить к двери было невозможно. — Я упорно учился, можете меня проверить! Я управляю потоком не хуже чем вы!

— Это что такое? — удивленно спросила Гардинг. — Ты хочешь напасть на меня, своего декана?

В ее голосе читалась насмешка, но где-то в глубине зеленых глаз я заметил и угрозу. Среди всех запретов Академии Королей, запрет на нападение на преподавателей самый строгий. Выгнать меня не выгонят — до сих пор действует постановление Храма Суда — но взбучку устроят знатную.

— Нет, — все осмыслив, наконец выдал я, сгибая напряженный палец и убирая барьер. — Просто хотел вам кое-что напомнить.

— В самом деле? Ну давай.

Она глядела на меня взглядом победителя, которого невозможно ничем пронять или достать. Несмотря на все мои уловки, Гардинг была абсолютно уверена в своем решении, и менять, судя по всему, его не намеревалась. Декан готовилась к любому новому фокусу, но то что я выкинул, ее поразило.

Уйдя в сторону я перестал заслонять дверь, освобождая женщине дорогу. Та приподняла бровь, и уже хотела воспользоваться возможностью сбежать, но в последний момент мои губы растянулись в гадкой ухмылке. Самым невинным голосом, я тихо произнес:

— Кгхм, леди Гардинг? А вы не забыли… о Королеве Доне?

Декан резко повернулась ко мне, взмахнув шелковой гривой волос. Когда я выполнял просьбу Дархана, рассказывая все Натали, мы условились, что этот вопрос больше подниматься не должен. Инцидент с Королевой Доной как и бунт древних до сих пор находился под грифом «совершенно секретно». Об этих, уже таких давних событиях, знали лишь единицы.

Так почему не воспользоваться и не надавить? Отличная идея как по моему, особенно если я не требую золотых гор, а просто хочу получить допуск к экзамену. Убивать меня, в таком случае, нецелесообразно.

— Мы же договаривались, разве ты забыл? — с прищуром напомнила мне Натали Гардинг.

— Да, конечно, — нарочито громко, прикидываясь дурачком сказал я. — Но с тех пор прошло много времени, вам не кажется? Наш контракт теряет силу…

— Я тебе сейчас покажу, что он теряет! — зашипела Гардинг. Она схватила меня под локоть и поволокла глубже в кабинет, чтобы не дай бог нас не подслушали. Когда я оказался припертым к подоконнику, мне в лицо уткнулся палец увенчанный устрашающим красным ногтем. Я содрогнулся — длинные женские ногти всегда меня пугали. — А теперь поясни мне, будь добр, что все это значит! Разве мы не заключили сделку, когда я обещала простить тебе все провинности? Или ты хочешь вновь вернуться к уборкам кладовых?