Чтение онлайн

Покрывало на кровати, где я лежала, расшито золотой тесьмой и райскими птицами, явно ручная работа. Пол-Китая целый год вышивали. Я приподнялась на локте и осмотрелась. Можно сказать только одно — роскошь, а-ля восемнадцатый век. Здесь явно поработала команда дизайнеров интерьеров. Все дорого и со вкусом. Лишней в этой нарядной комнате выглядела только я в своей нелепой ночной рубашке и растрепанным узлом волос на затылке. Из узла во все стороны торчали шпильки, как иголки из ежа. Для этой обстановки подошла бы очаровательная барышня в кружевах, а не такое замызганное недоразумение. Что же, я сюда в гости не просилась.

На ощупь цветы оказались искусственными. Есть примета — чем больше в доме искусственных цветов, тем меньше там денег. Дизайнеров я переоценила.

На меня очень плохо действует наркоз. Никогда не забуду, как наркоз подействовал через два часа после операции по удалению гланд, а не до нее. Врач сказал, что впервые видит такое чудо, и посоветовал больше на операционный стол не попадать. Сейчас я, скорее всего почему-то раньше очнулась. Надо что-нибудь предпринять, пока ко мне не пришли. В том, что ко мне придут обязательно, я ничуть не сомневалась. Иначе, зачем меня сюда принесли? Сначала хотят поговорить по-хорошему, а то сидела бы я в подвале, а не в роскоши. Они мне душевно что-нибудь пообещают, я поверю, сделаю, что они хотят, тут и конец мой придет.

Пошатываясь, я подошла к двери и подергала ручку. Закрыто. Разумеется, а чего я ожидала? Окно тоже закрыто. Разбить стекло? Тогда сюда сбежится вся охрана. В том, что дом охраняют, я тоже не сомневалась. Пришлось снова отправляться к двери. Замок не поддавался.

Я потерла лоб и решила прибегнуть к своим многочисленным талантам. Вытащив из волос шпильку, я принялась ковыряться в замке. Через минуту что-то щелкнуло, и дверь открылась. Надо будет при случае сказать папе спасибо за то, что научил открывать шпилькой простые замки. Он начинал трудовую деятельность в милиции и приобрел там кое-какие полезные навыки, которыми поделился с единственной дочерью.

Длинный коридор, по которому я шла, пошатываясь после наркоза, сворачивал вправо, и за углом я заметила окно. Если попробовать его открыть? Я спряталась за длинные темные шторы и попыталась это сделать. Ничего не вышло. Наверное, в этом доме вообще окна не открываются, гвоздями их, что ли, забили. Надо искать дверь. Хорошо еще, что камеры слежения в коридорах не стоят, или я их не заметила.

По коридору раздались шаги. Я осторожно выглянула в щель между шторами и увидела хорошенькую девушку-брюнетку с модной стрижкой. Она, озираясь по сторонам, шла прямо к двери, из которой я только что вышла. Девушка постучала в дверь и позвала:

— Есть здесь кто-нибудь? Я в этом доме впервые, наверно заблудилась. Куда мне идти?

Я хотела выйти к ней, но не успела. Услышав голос, из-за угла появился здоровый как танк мужик. Выходить я не стала и притаилась за шторой, глядя в щелочку.

— Ах ты, стерва, — злобно сказал он при виде стоявшей у двери девушки. — Куда это ты собралась? Как ты дверь открыла?

Он не стал слушать ее объяснения, с силой стукнул девушку головой о стену и швырнул обмякшее тело в комнату. Потом закрыл дверь и встал рядом.

Я в ужасе выбралась из-за шторы и тихо побежала вниз по лестнице. Внизу я свернула в боковой коридор и сразу же натолкнулась на другого мужчину. Только взглянув на него, я сразу вспомнила и его, и того типа со второго этажа, который ударил девушку. Именно эти двое приходили к нам на кафедру, переодетые в форму.

Мы с мужиком смотрели друг на друга, и у меня мурашки побежали по спине. Ноги не слушались и в глазах начали мелькать звездочки. Все, я труп.

— Ты что, заблудилась? — поморщившись, спросил он, разглядывая меня.

Я молчала. А что тут скажешь? Тем более, от страха язык онемел.

— Ты от Матильды? Первый раз? Чего возле лестницы стоишь? Тебе не на второй этаж, а на первый. На второй этаж тебе нельзя. Поняла?

Я продолжала молчать. Лучше с ним не спорить. Я вообще по жизни покладистая.

— Ладно, пошли, я тебя сам отведу.

Он взял меня за локоть и потащил по коридору. Я не сопротивлялась, да и незачем. Худшей ситуации даже представить себе нельзя.

— Почему Матильда тебя прислала? Хозяин любит синеглазых брюнеток, а ты…

А я шатенка. И глаза у меня карие. И ростом я не вышла. У хозяина плохой вкус. Джентльмены обычно предпочитают блондинок. Наверно он это хотел сказать.

— Постой-ка, что у тебя за вид? — остановился вдруг мой тюремщик, и уставился на мою пожилую ночную рубашку. — Зачем ты вырядилась в это тряпье? Так не пойдет! Сначала ты переоденешься, а то Хозяин испугается. Надеюсь, ты хорошо танцуешь стриптиз?

Да, я хорошо танцую… Что?! Стриптиз?! Он шутит? Не похоже… Мой провожатый толкнул какую-то дверь, и я очутилась в маленькой темной комнате без окон.

— Жду пять минут, переодевайся.

Мужик встал в дверях, и отворачиваться не собирался.

— Не подглядывайте!

— Ты что, застенчивая?

— Вы за просмотр не платили.

Мужик захлопнул за собой дверь. Я стала думать, во что переодеться. Возле стены стояла круглая кровать под черным атласным покрывалом. На кровати валялись наручники, веревки, хлыст. По полу разбросаны детали женской одежды. Я открыла встроенный шкаф. Опять какие-то железяки, женский корсет и несколько прозрачных пакетов с очень откровенными трусиками.

Значит, та хорошенькая брюнетка — стриптизерша? Она заглянула в открытую комнату, из которой я убежала, и нас перепутали. Получается, что меня в этом доме никто в лицо не знает? Это их ошибка. Может быть, если я исполню стриптиз, то меня отпустят? Если я не умею танцевать стриптиз, то это не значит, что я его не станцую. Чему-то же меня учили семь лет в хореографической школе! Я вспомнила большой зеркально-паркетный зал и Марию Сергеевну, которая не уставала повторять, что у всех ее учениц кривые ноги растут из задницы, и что танцуют они как коровы на льду.

Я скинула ночную рубашку и тапки, вытащила шпильки из волос и натянула трусики, которые вытащила из прозрачного пакета. Трусами эту вещь можно было назвать с большой натяжкой, так, шнурки и кружева. Со стула свисали несколько полупрозрачных ярких шарфов, и я соорудила из них некое подобие древнегреческого хитона. Отлично, теперь макияж. Елена учила меня правильно краситься, но мне редко приходилось это делать из-за аллергии на косметику. Сейчас как раз подходящий случай, придется потерпеть. После этого я смело вышла из комнаты к моему тюремщику.