Чтение онлайн

Булочник ходил кругами по горнице. Он был крайне возмущён наглостью предложения, но высокий ранг гостей не позволял ему дать волю эмоциям. Воевода Всеволод, настоятель прихода Батюшка Онуфрий это не просто голытьба, сам молодой Княжич их слушает, такие люди просто так в гости не приходят.

– Так мы ж не за приданое речь ведём. – попытался уладить спор Воевода.

– Да нельзя же так, с бухты барахты.

– Так зови Варьку, и давай спросим: – люб ей Волька или нет…?

– Мала она еще.

Отец Онуфрий хлебнул чая с малиной и тихим ровным голосом продолжил:

– Все в руках Господа, и на все воля его. Кто мы такие, что бы решать пришло время или нет? Любить нам или умирать решает не наш разум. Не умом человек жив, а сердцем. И ежели в это смутное время господь одарил любовью молодые сердца в праве ли мы противиться ему?

– Да завтра монголы вырежут всех и что?

– Зачем печалиться о том, что не в нашей власти? Но в нашей власти соединить возлюбленных. Может вороги наши и имеют власть убить нас, но лишать нас жизни можем лишь мы сами, обрекая себя на существование. Осада не заключение. Тюрьма наша в наших сожалениях. Радость любовь и счастье, вот что должны мы искать в этом мире.

– Город в осаде, грядёт голод. Какие могут быть застолья и празднования.

– Князь благословит молодых и ради такого дела , сам пир закатит. – добавил воевода.

Булочник махнул рукой.

– Нет , я сказал. Не отдам. Ишь чего удумали. Нет.

Всеволод нахмурился.

– Жених не люб?

– Да кому он может быть люб? Голодранец. Батька его, как по зиме в прорубь упал, так они из долгов и не вылазиют.

– Этот голодранец, на стене с мужиками дозор несёт . Я за него тебе.. – Ярость волной накатила на Всеволода. Отец Онуфрий похлопал его по деснице.

– Промысел Божий угрозами не делается.

– Прости Батюшка, голову горячую.

Всеволод повернулся к булочнику.

– Верно ты глаголишь, время военное и скверное. Мне на стене бойцы надобны. Именем Князя требую тебя завтра на стене.

– Да и пусть полезу – неунимался булочник – кто вам хлеб то печь будет?

– А вот Варька и испечёт. А Вольку, я к ней в помощники назначу. Враг у ворот, Ангелы Божие на нас с небес глядят, а ты о мошне печёшься.

– Буть по вашему. Не надо на стену. Все одно без меня сговорились. Я согласный.

* * *

Третью ночь зарево пожаришь освещали небо. Монголы грабили окрестности. К стене подскакивали лишь самые лихие наездники, с улюлюканьем и бравадой выпускали пару, тройку горящих стрел в сторону защитников и тут же ретировались опасаясь ответного залпа. Всеволод запретил стрелять в ответ и вскоре всадников стало больше. Они подходили почти в плотную и выкрикивали грубости и слова срамные. Защитники молчали. Молчал и Волька, хотя очень сильно хотелось выкрикнуть в ответ что нибудь поганое, или выстрелить с лука.

– Во первых, стрелы надо беречь, рано или поздно они пойдут на штурм.– Словно прочитав мысли мальчишки вставил мясник Вакула. Он пришёл на стену вместе со своим огромным топором.

– А ежели ты им чего обидное крикнешь, так они ж не поймут и тебя же этим словом и доставать станут. Слово не клинок, ранит только если ты сам это позволишь. Не обращай внимания и все.

– Тяжко не обращать.

– Да не слушай и все. Я вот например, о доче думаю. Она у меня такая шебутная. Балунья равных нет. – Мясник улыбнулся . – Нежили тебе не о ком мысль добрую лилеять?

– Есть. – Волька разогнул спину и расправил плечи.

– Вот, совсем другое дело. А то нашёл на чего внимание обращать. Тем более закат скоро. Сегодня штурма не будет. Ещё чуток и по домам. А дома жинка горячих пирогов напекла, пойдём к нам? Пироги у неё знатные, с капустой квашеной, мясом, яйцами. Вкусные, мочи сдержаться нет. За уши не оттащишь.

– Спасибо, я в другой раз.

– Ну смотри, Волька. Надумаешь забегай.

Тяжелая размашистая поступь возвестила о приходе Воеводы.

Всеволод улыбался.

– Ну чего малой? Танцуй. Сосватали мы тебе Варьку. В пятницу отец Онуфрий, обряд проведёт, а Княже столы накроет, пировать будем.

У Вольки дыхание сперло от радостных вестей он не знал верить им или нет.

– На держи. Твой Батя плёл. – Воевода протянул мальчишке кольчугу. Металл блестнул багрянцем в свете уставшего светила.

– Ты теперь мой дружинник, и Княжий стременной. С жалованием и довольствием. – и полушепотом добавил – Коня то оседлать сумеешь?

Волька мотнул головой. Воевода гаркнул во всю мощь:

– Верой и правдой служи земле Козельской ратник!!!

Гул одобрения полетел над стеной. Застучала сталь о дерево щитов. Троекратным ура приветствовали русичи нового Варяга.

Не поняв что происходит монголы, мельтешащие у стены, поспешили отступить на безопасную дистанцию. А Волька вновь со всех ног летел к Варьке, получив официальную увольнительную.

* * *

Шёл десятый день осады. На штурм монголы пока больше не поднимались. Страхи перед неменуемой гибелью немного улеглись и отошли на второй план. Свадьба Вареньки и Вольки по хитроумному замыслу Воеводы должна была растормошить русичей и отвлечь их от мрачных мыслей. После венчания весь город собрался на площади, за накрытыми Юным Князем столами. Еды и вкусностей было вдоволь, по чаркам полилось вино. И громкие крики «Горько!!!» огласили окрестность. Чуть позже зазвучали застольные песни. Вольными птицами они летели над осажденным городом. Наперекор злой воле супостатов, наполняя души слушателей тёплом, а жизнь смыслом.

Обрывки песен долетели до монгольского стана. Великий хан потребовал выяснить что за шум и звуки несутся со стен Козельска . А когда он узнал, что это свадебный ритуал, то ярости его не было предела. Он воспринял свадьбу как прямое оскорбление.

– Всех рабов в хашар, атаковать не медля.

Барабанная дробь и щелчки кнутов заглушили мотив песни летящий со стороны Козельска. Вслед им зазвучал набат тревоги. Прямо из за столов русичи бросились на стены.

Бледные, голодные, израненные и истекающие кровью, жители окрестных деревень шли впереди монгольской армии неся на себе вязанки хвороста и тяжелые лестницы.

Хашар живой стеной закрывал атакующих от стрел защитников.

Волька в красной свадебной рубахе свесился со стены.

– Дядьки, мы веревки скинем, бросайте хворост и к нам. Не бойтесь, мы втащим вас на стену. Ещё повоюем!!!

Первый ряд поднял головы на мальчишку. Надежда блеснула в глазах пленных.