Чтение онлайн

— Нихан, к сожалению, сегодня я никак не могу сопроводить тебя, возможно, завтра, — Кадер с надеждой взглянула на меня, но я отрицательно покачал головой, несколько дней за ней понаблюдают врачи, да и куда ей идти, рука, в которой она держит телефон, трясется, и приходится придерживать ещё и плечом. — Хотя и тогда не получится. Прости. Это очень срочно? Я понимаю, тебе надоело сидеть в четырех стенах, но… У Тюркан сегодня дежурство, мы уже говорили с ней об этом. А ваши родители? Повезли Айлин в Стамбул? Нихан? Послушай, у меня есть один вариант, не думаю, что он тебе понравится, но тогда ты сможешь погулять вне больницы. Тебя заберет друг Биркана, Анри, ты видела его, он заходил к нам в кафе. Что? Я ведь не замуж тебя прошу выйти, это так, чисто по-дружески. Да, конечно, ему нечем заняться, ты не утомишь его. Хорошо, тогда позвоню завтра.

— Получилось? — С неиссякаемой надеждой спросил друг, подойдя к кровати.

— Она согласилась. Только прошу, не усердствуй, пока просто общайтесь.

— Да, я понимаю, она согласилась на мою компанию, потому что не было другого выбора, но поверь, Кадер, ей это понравится.

— Анри, я ведь попросила, не пугай её. После случившегося ей сложно общаться даже с семьей, не говоря уже о романтических знакомствах.

— Не переживай, романтические знакомства и Анри, вещи несовместимые, — протянул Озгюр, потом поднял глаза на брата, и добавил. — Тоже самое, как Джан и хорошее настроение. Почему лицо, как на похоронах?

— А это вполне могли быть похороны, не так ли, Кадер? — Ответил вместо друга я.

— Могли быть, — пожала плечами девушка. — Почему ты смотришь на меня так, будто это моя вина?

— А чья? — Начал закипать я.

— Тише, — остановил меня Джан, подходя к больничной койке. — Тебе не стоит этого говорить, следи за словами.

Но меня уже нельзя было остановить:

— Для чего ты сделала это? Разве не могла просто поговорить со мной? Чем ты думала?

— Мне неприятно, что ты так обо мне думаешь.

— А что мне думать? Есть результат.

— Йетер хотела убить меня, — за этой шокирующей новостью последовало не менее шокирующее объяснение.

— Я ведь говорил тебе, — обратился ко мне Джан.

— И я повторю тебе, Йетер не самый лучший человек, но и не убийца.

— Я знаю Шекер с детства, когда то она была милым ребенком, с которым мы все дружили, якобы дружили, нас она терпела только из-за тебя, Биркан. Но сейчас она неуправляемая, не дающая себе отчет, ни в каких действиях, девушка. Я на стороне Кадер, для чего ей лгать? — Высказал свое мнение Анри.

— Для чего? Может, потому что она захотела навредить себе? А теперь, осознав глупость своих действий, пытается исправить ситуацию, — стоял на своем я, злость не собиралась утихать. Удивительно, вчера я больше всего на свете боялся её смерти, а сегодня ругаюсь, и обвиняю её в том, что она, по сути, не умерла.

— Лучшее, что ты мог сказать, — хмыкнул Джан, недоуменно приподняв бровь.

— Слушай, Биркан, — вдруг вмешался Озгюр. — Я не так хорошо общался с Кадер, как Джан, или даже Анри, но я хорошо общался с Йетер. Мне не хотелось бы обвинять её, и, скорее всего, если дело дойдет до полиции, я промолчу, не буду брать такую ответственность на себя, но между нами кое-что скажу. Я знаю многих людей, и их мнения, знаю и саму обсуждаемую особу, и могу заметить, время от времени у Йетер сносит крышу, бывают вспышки гнева, агрессия. Не думаю, что она хотела убить Кадер, но навредить, и не рассчитать дозу, очень даже могла.

— Хорошо, и для чего ей это? Чтобы всё наше внимание припало к Кадер, а её саму обвиняли бы во всех смертных грехах?

— Ты не веришь мне, да? — Без капли сомнения, поставила вопрос в конце своего утверждения девушка.

— Не верю. Если тебе угодно, пусть полиция во всем разбирается, ищет доказательства, отправляет Йетер в тюрьму, и уже тогда, пойму, кто был прав.

— Я не пойду в полицию, — тихо сказала Кадер, опустив глаза, чем заставила меня уверовать в её ложь.

— Боишься ложных обвинений? Правильно, ведь такими делами не шутят, ох, извини, ты уже этим занимаешься, — никак не мог остановиться я, так сильно был зол, но на себя, не стоило допускать этого, надо полностью контролировать её.

— Замолчи, или уйди отсюда, — указал пальцем на дверь Джан, ещё секунда и он выставил бы меня сам.

— Идем, Биркан, как раз подбросишь меня, — вовремя уловил настрой брата Озгюр, замял тему, и увел меня из палаты.

— Не стоило кричать на неё, да? — Уже в машине спросил я, нервно потирая лоб, сидя на заднем сидении машины друга, хотя это он попросил подбросить его, но это была просто причина вывести меня на улицу.

— Да. Тем более, если ты думаешь, что она сделала это сама, то крик и обвинения были обязательны. Чтобы в следующий раз она сделала это наверняка, без права на ошибку.

— Не говори так.

— Я просто не понимаю тебя, чего ты добивался?

— Я разозлился, боялся потерять её.

— А, теперь понятно, решил сразу потерять, чтобы не бояться. Это ненормальное поведение, Биркан, ненормальное. Я не хочу этого говорить, но…

— Продолжай, — хмыкнул я, делая глоток воды из бутылки, уже зная, что сейчас ответит Озгюр.

— Примерно таким ты был после смерти отца, обвинял его самого в смерти, и всех остальных, а потом просто закрылся ото всех, и на протяжении стольких лет мы наблюдали чуть высокомерного, часто молчаливого, скрытного Биркана, думающего только о себе и немного и бизнесе. Знаешь, если бы я знал Кадер не как девушку рядом с тобой, она могла бы и не понравиться мне, но моё отношение полностью изменилось, когда ты стал меняться для неё, будто бы тот забытый, старый друг вернулся из долгого путешествия. Но сейчас всё возвращается, как второй круг.

— Это только сейчас, я перенервничал из-за этого случая, — пытался я найти оправдания.

— Нет, последнее время опять нервный, дерганный, не доверяющий никому. Если дело в отношениях — закончи их, не позволяй себе возвращаться в то состояние. Моя ошибка, что не помог тебе тогда, видел, как тонешь, но не подал руки.

— Спасибо, — искренне сказал я, и выдохнул. Мне совсем не стало легче, наоборот, я задумался обо всех событиях последнего времени.

Что же изменилось? Я встретил Кадер, она ненавидела меня, и я чувствовал себя прекрасно. Я приблизил её к себе, она стала ненавидеть меня ещё сильнее, мне было нормально. Долгими шагами, и будто подействовал стокгольмский синдром, отношения стали теплее, она почти терпела меня, я чувствовал себя ещё лучше. Но что случилось потом? Что заставило меня оттолкнуть её, когда она сделала полшага навстречу? Из-за чего я перестал быть другом и стал маньяком, насильно сажающим в машину, везущим несчастную в своё темное логово?

Над этим вопросом я размышлял несколько дней, так и не найдя ответа. За это время я успел встретить родственников, и перевести их в дом, где все уже были предупреждены нераспространяться, о случившемся с Кадер, для всех кроме Ферхата это был небольшой приступ.

Кадер даже успела познакомиться с бабушкой Мехтебер, как и следовало ожидать, она хорошо отнеслась к ней, а к моему удивлению, даже не толкала речей о недопустимости жить вместе до свадьбы. Как это вышло мне до сих пор не понятно, да и задумываться мне не хотелось.

За эти несколько дней до выписки девушки из клиники, я встретил Йетер, она сидела в кафе расположенном рядом с нашим офисом.

Разместившись на уличной площадке, максимально близко к дороге, с чашкой кофе в руках, она, будто намерено, выглядывала меня. И вот, когда я вышел из машины, она побежала ко мне.

— Биркан, я волновалась, думала, вдруг что-то произошло, — взволнованно проговорила она, поглаживая рукой по складке на моей рубашке, будто бы выпрямляя её.

Я решил воспользоваться моментом, надеясь, что Йетер выдаст себя, и рассказ Кадер не окажется ложью.