Под чёрным бархатом небес
Шрифт:
– Ты хочешь всё бросить?
– голос собеседницы тих, словно она не желает чтобы даже крохотный поток воздуха коснулся реки.
– Не то чтобы бросить...
– старик с болью смотрит в безмолвную черноту неба, - А хочу найти себя.
– А ты не нашёл?
– Не то, чтобы... Но хочу узнать о себе больше.
– Серьёзно?
– в тоне девушке просыпается удивление, - Тысячи лет ты над этим не задумывался.
– А теперь вот задумался!
– решительность начинает брать верх.
– И к чему пришёл в своих раздумьях?
– Решил сменить род деятельности.
– Что, прости?
– девушка внимательно вглядывается в глаза старика.
– Решил стать спасателем, - старик произносит это невероятно тихо, словно стыдясь собственного выбора.
– Кем?
– Спасателем! Насмотрелся, знаешь ли... Теперь хочу спасать.
– И как ты это себе представляешь?
– на мраморно бледном лице изумлённо изогнулась бровь.
Старик молчит. Долго молчит. Но его собеседница умеет ждать.
– Устал слушать плеск волн, - собрав всё, что осталось в бездне, когда-то называемой душой, старик улыбнулся, - Пожалуй, сменю его на шуршание шин...
***
Холодало. Эдуард брёл по ночному городу, застегнув лёгкую куртку до самого подбородка. Посиневшие пальцы были сжаты в кулаки и безжалостно засунуты в тесные карманы узких брюк. Глаза бесцельно блуждали по калейдоскопу вертящихся вокруг картинок. Шумная радость неугасающих ресторанов сменялась мрачной нищетой. Яркие витрины центральных улиц перетекали в непроглядную тьму подворотен. Прохожие смеялись или угрюмо молчали, от одних веяло роскошью, другие тонули в смраде отчаяния...
Эдуарду не было до всего этого ровным счётом никакого дела. Завернув за очередной угол, он неожиданно остановился. Голова ещё недавно пухнущая от неподъёмного груза нерешаемых проблем внезапно опустела. И тут же пришло чёткое понимание, что с крушением надежд рухнули и давящие на него заботы. Парень отупело оглядел совершенно неизвестный район и неожиданно для самого себя рассмеялся. Этот смех потерявшего всё человека куда больше походил на вой отчаяния. Вот только распознать это мало кто мог. Но Эдуарду повезло.
– Эй, парень! С тобой всё нормально? Может, подбросить куда?
Эдуард обернулся. Из окошка иномарки на него смотрел мужчина средних лет.
Спокойные глаза, усталое, но чисто выбритое лицо, расслабленная поза... В голове крутились уже дежурные слова вежливого отказа, когда холод, наконец добравшийся до костей заставил изменить решение.
– Спасибо! Буду рад, если подвезёте, - и Эдуард уселся рядом с водителем.
– Ого! Да, ты совсем продрог. Сейчас обогрев включу. Ну, поехали!
Авто бесшумно вырулило из переулка и в несколько секунд взяло приличный разгон.
– Так куда тебя доставить?
– Честно говоря, сам не знаю...
– Хм... Зато я знаю, - сказано это было со странной смесью грусти и уверенности.
– Знаете?
– Эдуарду стало неуютно.
– А то! Тебе надо не куда, а откуда. Так?
– Что?
– Да не пугайся ты! Я сразу понял, что тебе просто надо убраться. Убраться отсюда. Так?
– А вы всех так, на раз, раскалываете?
– Так уж повелось. Всем, кого я подвожу, надо убраться. Только большинству надо не место менять, а прибраться в своей голове.
Эдуард замолчал, разглядывая загадочного водителя. Затем осмотрел салон.
– Шикарное у вас авто. Но не подходит, чтобы таксовать.
– Это почему же?
– Ну, кто будет таксовать на родстере? Невыгодно возить по одному пассажиру.
– Невыгодно? Как сказать. Я вот только по одному и вожу.
– И хорошо платят?
– Именно! Но деньгами я не беру.
– Что? Почему?
– парню стало совсем не по себе.
– Потому, что вожу людей не по городу.
– А куда?
– По просторам времени.
Эдуард вгляделся в водителя. Но тот и не думал шутить.
– Как это понимать?
– А вот сейчас увидишь. Глянь-ка на часы.
– 04:16.
– А теперь смотри вон на ту витрину...
– и водитель указал на громадное мерцающее стекло какого-то бутика.
Эдуард было решил, что ожидание может затянуться, но всего через пару секунд улицу разорвал рёв мотора. И в ту самую витрину с грохотом влетел снизу до верху тонированный джип.
– Видел?
– водитель совершенно безэмоционально вздохнул и дал газа, - Этот алкаш постоянно врезается сюда.
Машина уже летела по другой улице. Затем поворот, ещё поворот.
– Что значит “постоянно”? Он сумасшедший?
– Эдуард никак не мог взять в толк, что хочет сказать ему водитель.
– Нет, он просто выпил. А я неверно выразился. Это я постоянно вижу, как он влетает в эту витрину. Я же вижу его только в это время.
– Что это за бред?
– Эдуард фыркнул, решив наконец, что шофёр просто псих.
– Бред, говоришь? Вот мы сделали кружок и опять вернулись. Видишь витрину?
– Да. Но... Она цела?
– парень удивлённо хлопал глазами, - Ничего не понимаю. Или это другая?
– Увы, та самая. Глянь на часы.
На хронометре по прежнему было 04:16. Эдуард уже открыл было рот, но повторный грохот обрушившейся витрины не дал возгласу удивления вырваться наружу. В голове тут же взвился целый шквал вопросов. Но сформулировать корректно получилось только один:
– Это что... правда?
– Конечно.