Под чужими знаменами
Шрифт:
Другому гитлерчуку — архиепископу Мстиславу (он же адъютант Петлюры Степан Скрипник) — в Канаде повезло меньше. Слава о его близких отношениях с гитлеровцами переплелась с рассказами о любовных похождениях высокопреосвященного Мстислава, столь заметных, что даже кидавшие виды мракобесы ахнули. Все это заставило прихожан прогнать этого, как они его назвали, «божьего бугая» и гестаповского шпика, преосвященного Мстислава за пределы Канады. Но Мстислав-Скрипник не унывает. Он переметнулся в Соединенные Штаты Америки и помогает сейчас архиепископу националисту Теодоровичу — главе украинской православной церкви (УПЦ) в США — обманывать верующих американцев украинского происхождения. Под личиной смиренных святош в облачении иерархов УПЦ действует, таким образом, троица отъявленных националистов — Илларион, Мстислав и Теодорович.
Несмотря на всякого рода догматические расхождения с греко-католическими попами, их усилия становятся едиными и на редкость сплоченными, когда надо действовать против прогрессивного движения заокеанских украинцев.
Отнюдь не случайно, что украинские националисты из перемещенных лиц, прибывая из Европы за океан, сразу и прежде всего объявляют себя ярыми сторонниками католицизма. А ведь до этого многие из них в своей националистической пропаганде никак не затрагивали эту сторону «идеологии». Теперь же стало ясно, что пропаганда католицизма стала обязательной в общей системе враждебной деятельности украинских националистов, потому что ею они должны отрабатывать пособия, получаемые также и из ватиканской кассы.
Не от хорошей жизни понесло в Канаду и Ярослава Стецька. Разоблачение его аферы с радиостанцией «антибольшевистского блока народов» в Бельгии, вещавшей от имени националистов, якобы орудующих на Украине, вынудило Стецька-Карбовича попытать счастья на других континентах.
Стецько-Карбович приехал в Канаду с поручением от Си-Ай-Си «профильтровать националистические кадры» в городах, где живут украинцы, присмотреться, как ведут себя перемещенцы, найти знакомых, прощупать их сегодняшние настроения и затем навербовать из наиболее надежных националистов-бандеровцев добровольцев в шпионские школы. Но вербовщик шпионов обладает манией величия. Двавдатичетырехчасовой «премьер» Стецько-Карбович дал интервью о своем прибытии в Канаду репортеру газеты «Ивнинг телеграмм», самой реакционной газеты страны.
Стецько-Карбович не предполагал, что репортер изобразит его перед читателями газеты далеко в не приглядном свете, как «потасканного человечишку с носом врожденного алкоголика и усами Гровго Маркса — автора дешевеньких кинотрюков». Ясно, что после такой «блестящей» рекламы в «Ивнинг телеграмм» Ярослав Стецько-Карбович сумел лишь один раз выступить публично в Торонто, да и то под охраной канадской полиции. О его приезде пронюхали антагонисты бандеровцев — мельниковцы и, вооружившись длинными ножами, устроили на бывшего «премьера» засаду по всем правилам, усвоенным ими из американских гангстеровских фильмов. Стецько-Карбович едва унес ноги живым из Канады, так и не сумев выполнить из-за своей прирожденной болтливости задание своих высоких покровителей из Центрального разведывательного управления США.
Что может быть отвратительнее и подлее разглагольствований предателей, торгующих интересами своей родины и навсегда продавших чужеземцам свою совесть, свое человеческое достоинство?
Ничто не сравнимо с глубиной падения и морального вырождения, характерными для нравственного облика тех отщепенцев украинского народа, кого сегодня их американские опекуны называют «скитальцами».
Все им давным-давно постыло, позади тянется шлейф кровавых злодеяний и обмана, впереди — полная бесперспективность. Так и коротают они сейчас свои дни в заокеанских инкубаторах шпионов, грызясь друг с другом из-за министерских портфелей в кабинетах несуществующих «правительств». Множество споров ведется над разложившимся уже трупом так называемой УПА (Украинской повстанческой армии).
УПА давно нет. Она стала фикцией, миражем. Это отлично понимают даже ярые покровители украинского националистического отребья. Еще в 1949 году военный обозреватель «Нью-Йорк Таймс» Болдуин, закоренелый враг Советского государства, писал, что «УПА не представляет собою ровно никакой опасности для советского режима».
С тех пор прошло пять лет.
Открытые судебные процессы над бандитами-оуновцами во Львове, Тернополе, Дрогобыче, Стрые, Черткове и других городах западных областей Украины еще раз показали трудящимся хищное обличье недобитков из УПА, тех, кто по болезненному воображению недругов украинского народа должен представлять собою мощную вооруженную силу.
Вытянутые из своих вонючих нор, где они скрывались от народного гнева и правосудия, эти «уписты» оказались самыми заурядными бандитами.
Украинский писатель Юрий Смолич в своей книге «Враги человечества и их наемники», изданной в 1953 году в Киеве, пишет об отобранных лицах из числа «упистов»:
«Их только кучка, и, кроме американского доллара, они не имеют ничего за своей убогой душой.
Моральный облик этих выродков говорит сам за себя: убийцы, провокаторы, грабители, отбросы рода человеческого.
Они способны истязать людей, издеваться над родителями и резать ножами детей…
…Один бандит подозревал другого, каждый бандит боялся всех остальных… Они не верили друг другу, потому что всем вместе им не во что верить. Они не доверяли друг другу, потому что знали, что каждый не имеет веры. Ори подозревали друг друга, потому что все — предатели, и верили только предательству».
Вся эта мораль людоедов особенно типична для вожаков ОУН, все еще разгуливающих на свободе, размахивая похожими на вылинявшие портянки штандартами давно не существующей УПА.
Все более разжигаемые алчностью и стремлением перещеголять друг друга в добывании средств к своему презренному существованию, эти обер-бандиты становятся все откровеннее во взаимных разоблачениях. Сторонники Мельника называют бандеровцев не иначе, как «братоубийцами», «каинами и немецкими доносчиками», «наволочью» и «шантрапой». Бандеровцы, по словам мельниковцев, и сейчас муштруют специальные отряды карателей, которые готовы душить людей арканами, рубить секирами и топить в колодцах.
Мельниковский листок «Неділя», что выходит на американские доллары, пытаясь обелить мельниковцев, скулит:
«Если бы бандеровцы не боялись сегодня чужой власти, то они, не издавая никаких декретов, а так попросту, безо всякого декрета взяли бы да постреляли нас всех. Они сажали бы нас на колы, вешали бы, сдирали живьем кожу с людей. В отношении этого у нас нет никаких сомнений, ибо у нас есть опыт жестоких лет последней войны».
В свою очередь, некий бандеровский графоман, скрывающийся под кличкой «Осип Орленко», в брошюре, напечатанной на средства американской разведки, обливает помоями мельниковцев.
И те и другие разоблачители с одинаковой настойчивостью прочат себя в освободители украинского народа.
Новые хозяева украинских националистов — чины из американской шпионской службы в белых гетрах и с золоченым орлом на фуражке цвета хаки — лениво следят за мышиной возней суетящихся карликов, иронически прислушиваются к их стенаниям о «самостийной Украине», пожевывая резинку. Время от времени, в случае надобности они повелительным кивком подзывают к себе из сборища разодравшихся бандитов того, кто половчее, кто сохранил «спортивную форму», кто сможет прыгать с парашютом, работать с американской рацией, и дают ему соответствующее задание.
Известно, для того чтобы повести за собой хотя бы сотню людей, их вожаки должны обладать какой-нибудь положительной идеей.
Какая же может найтись сейчас идейка у сборища выродков — бандитских атаманов и их борзописцев? Обанкротившаяся уже неоднократно басня о «самостийной Украине»?
Вряд ли! Американским банкирам плевать на какую-то «самостийну». Да ведь и сами-то националисты уже давно в нее перестали верить! Далеко не случайно упомянутая нами газетка «Гомиїн Украины» часто скорбит о том, что очень трудно подбросить Западу «концепцию раздела России, ибо эта концепция колоссального размаха и как таковая требует от государственных мужей, которые бы хотели ее осуществить, огромного дара предвидения, большой политической отваги, умения заглядывать в будущее и руководиться далекими целями, а не текущими нуждами дня. Для этого нужны люди большего формата, мысли и воли».