Под долгом королевской крови
Шрифт:
Ансгар откинувшись продолжал смотреть на принцессу, что сидела к нему полубоком. Она была очень красива под прозрачным лунным светом.
И нет Далия, народ вовсе не приукрашивал. Всё в точности так. Ты оказалась далеко не той, что я ожидал встретить. В тебе собраны все надлежащие качества настоящей принцессы: ты начитанна, грамотна, умеешь поддержать любую беседу и еще ты — сильна. Не говоря уже о твоей внешней красоте. Казалось, что я ранее и не видывал женщин до тебя, не разговаривал с ними, все словно стерлось, сгинуло. Ты рушишь мои глупые, но твердые убеждения о том, что все девы наивны и глупы по силе возраста и воспитания своего. С тобой можно поговорить, как с давним другом и вовсе не стараться казаться другим человеком.
Ты сильно ты ранена, Далия и как упорно идёшь дальше, — мысли проносятся шустро в голове, пока его глаза в тени ветвей, скрытно наблюдают за ней.
— Думаю, они во всем правы. Не твердите себе об обратном, и не уверяйте в этом других.
Ветер ласково обдувал её волосы, и они щекотали лицо. Далия то и дело откидывала их назад, но они не желали слушаться, передние пряди, падали прямо на щеки.
Она наконец повернулась к нему, и в тени смогла увидеть его глаза. От этого взгляда у девушки пошли мурашки, хорошо, что они не заметны под одеждой. Пальцы тихо коснулись предплечий, легонько сжав ткань.
— И все же, спасибо, что не оставили нас, пока ваш брат уехал на охоту. С вами намного спокойнее.
Эти слова по тёплому задели Ансгара. Словно он впервые почувствовал свою нужность кому-то.
— Да, побуду пару дней. Мало ли Вальгарду хватит смелости явиться и сюда.
— Ну по крайней мере вы научили меня пользоваться кинжалом, — она искоса с улыбкой глянула на принца, лицо, которого находилось в полумраке. — И я бы с удовольствием применила это на практике, пусть только Вальгард встанет на моём пути.
Она всё больше восхищала принца.
— Только будьте аккуратны Далия. Не хочу, чтобы вы поранились, — он сказал это и вдруг замолчал, словно жалея о сказанном.
— Я не позволю ему забрать ещё чью-либо жизнь. Мою или же дорогих мне людей, — принцесса посмотрела в глаза парню.
— Вы довольно храбрая. Но не беспокойтесь, я не позволю этому случится. Он не сможет пройти сюда и навредить кому-либо.
Вдалеке послышался лошадиное ржание.
— Кстати, а как зовут вашу лошадь?
— Рунзо. Я назвал её в честь первой лошади отца. Большой любитель яблок, — губ коснулась усмешка.
— Да, я видела вас сегодня вместе. Он очень забавный и вероятно любит вас.
— Заметил вас днем, — он сделал краткую паузу и продолжил: — И то верно, мы вместе с самого начала, его мать была любимой лошадью королевы.
— Она ездит верхом на лошади?
— Раньше, когда-то очень давно. Но прошу не выдавать этот секрет, королева не любит говорить об этом. Но в молодости тоже была своенравна. Не смотрите, что сейчас она само благоразумие, — он улыбнулся и девушка смущенно усмехнулась в ответ.
— Она мне сразу показалась приятной женщиной. Не ожидала, что сама королева — любитель кататься верхом, — она была приято удивлена. Ведь женщинам из высшего общества непозволительно было вскакивать на лошадь. Это считалось дурным тоном.
— Да, королева порой умеет удивлять, — губы скривились в усмешке.
— А ваша лошадь… Рунзо, вы с ним и правда так кажется близки.
— Да, я очень ценю её. Только она знает, через что мне приходилось пройти, — взгляд скользнул в сторону.
Девушка заметила задумчивый взгляд принца и отвела глаза. Каждый смотрел по разным сторонам и думал о своем.
— Я тоже всегда мечтала о лошади, — вдруг вновь тихо заговорила Далия. — Чтобы рано по утрам мы могли скакать по лесу, обгоняя ветер. Но родители посчитали это опасным для меня. А мама и вовсе ругала за подобные мысли у маленькой принцессы.
Принц наконец взглянул на неё и одарил своим теплым взглядом.
— Они лишь старались вас уберечь. Это действительно может быть слишком опасно. И не с каждой лошадью можно найти общий язык и подружиться. А вы единственная наследница, и представляю, как родители боялись и опекали вас. Вы не только их дочь, но и наследие всего королевства, — его голос был уверенным и негромким. Словно трель птиц растекался по воздуху.
— Да, мама часто мне говорила о том, что я родилась не простым ребенком, поэтому не могу вкусить все прелести и радости обычного ребенка. Мне не разрешалось многое: гулять с ребятами при дворе, которые играли в различные игры, названия, которых я даже и не знала. Петь песни с долей непристойных слов, — она широко улыбнулась и смутилась. — Лишь стояла в своем шелковом платье и смотрела на них веселящихся с окна, а затем шла к своему учителю и меня ожидало несколько часов Шольгардской поэзии.
Далия встрепенулась от нового порыва ветра.
— Мы с вами росли в разных жизнях. Я часто не слушал родителей, и продолжаю это делать сейчас, хоть и доставляю матушке столько неудобств. Она кажется уже очень устала бороться со мной, но я увы, непреклонен, — он тяжело выдохнул и резко оказался перед принцессой, протягивая её ладонь. — Думаю, пора идти, Ваше Высочество. Вы замерзнете, да и поздно уже.
— Вы правы, — она осторожно коснулась пальцами его шершавой ладони, но такой теплой, что по телу едва заметно пробежались мурашки. — Погода еще обманчива. Нужно позаботится о том, чтобы не заболеть.
Они возвращались почти молча, лишь изредка обмениваясь фразами. Вновь говорили о разном, будто два давних знакомых. Делились многим, что с ними случалось ранее. И едва перекидывались взглядами.
Девушке было значительно легче, хоть немного с кем-то поговорить. Она поняла, что Ансгар довольно приятный собеседник, если подобрать к нему правильный ключ.
Парень тоже был в смятении. Все его бывшие представления о девушке растворились. Она была довольно интереснее, чем он ожидал. Все беседы с ней обретали краску, разговор сложно сам по себе оживлялся, наполнялся смехом и вовсе не пустой болтовней.
Зайдя в свои покои, девушка бросилась снимать свою верхнюю одежду и сидя у зеркала расчёсывала свои шелковистые волосы. Они ручьем стекали по её плечам, груди. Медленно закинув их за спину, Далия, положив локти на стол, задумалась смотря на пламя свечи. Оно тонко извивалось под влиянием ветра.
В её душе образовалось тепло. Кажется, она нашла здесь то, на что уже и вовсе утратила надежду. Человека, с которым можно поговорить обо всем, причем открыто и без лишних масок. Он так добр и открыт для неё, возможно, они смогут быть друзьями, в чем оба нуждались. Казалось, что здесь они совпали, такие закрытые для остальных, но открыты навстречу друг другу. Конечно ещё рано говорить об этом, но с Ансгаром было неплохо проводить время. С этими мыслями она умиротворённая залезла под одеяло и закрыла глаза.