Чтение онлайн

— Если дело обстоит так, как говорит Арлин, то проблем быть не должно. — Родерик задумчиво потер подбородок. — Стандартная формула изгнания души — и мой отец, хочет он того или нет, отправится в мир мертвых. Где ему самое место.

«Эй, Арлин, — вдруг забормотал Кеннет, который все это время помалкивал, видимо внимательно слушая разговор, — быть может, мы сумеем договориться? Поверь, я могу принести тебе очень много пользы».

Пользы? Забавно слышать это от своего рода паразита, который без зазрения совести выкачивает из меня энергию. И из-за которого я в любой момент могу лишиться дара.

«Не лишишься, поверь, — самоуверенно заявил Кеннет. — Ты, как верно сказал Артен, медиум. То бишь мне практически не надо потреблять энергию, чтобы оставаться в этом мире».

Ага! Успокоил, что называется. Другими словами, эдак я весь остаток жизни рискую пробыть гостьей в собственном теле.

«Ладно, признаюсь, я был несколько деспотичен, — тут же заюлил Кеннет. — Но пойми, неожиданное возвращение из мира мертвых немного ударило мне по мозгам. Захотелось насладиться всеми радостями жизни. Поверь, теперь я предоставлю тебе полную свободу действий. Будешь изредка отпускать меня поразвлечься — большего я и не прошу».

Прям разбежался! Напьется по своему обыкновению, натворит каких-нибудь непотребств, а мне потом за него отвечать и краснеть. Нет, это даже не обсуждается. Не хочу делить свое тело ни с кем другим.

«Я могу быть тебе очень полезен, — не унимался Кеннет, который упорно не оставлял надежды переубедить меня. — Очень! Как было верно сказано, ты уникум, Арлин. Неограненный алмаз, который при должном усердии и мастерстве превратится в прекраснейший бриллиант. Я помогу тебе».

Артен и Родерик тоже обещали помочь мне. Правда, я не поняла, о каком блоке они говорят.

«Вот видишь! — обрадовался Кеннет и вкрадчиво зашептал: — Арлин, не обижайся, но ты очень… наивная. Наивная и юная, совершенно неискушенная в житейских интригах. Я хорошо знаю как Артена, так и своего сына. Готов поклясться, что они собираются использовать тебя в своих целях».

Поклясться? О, не стоит. У меня отличная память, и я запомнила, какое отношение у Кеннета к клятвам.

«Арлин, не дури! — В голосе Кеннета прорезались отчетливые истерические нотки. — Мне нет нужды тебя обманывать. Сейчас я полностью завишу от тебя. Если ты позволишь мне остаться в твоем теле, то вместе мы достигнем таких высот, что даже страшно представить. В кратчайший срок ты станешь сильнейшей магичкой всего Герстана. Деньги потекут к тебе рекой. Я помогу тебе…»

— Все в порядке? — спросил Родерик, встревоженно сдвинув брови. — Арлин, ты как-то странно притихла.

— Да, все хорошо, — быстро сказала я. — Говорите, какую формулу я должна произнести. Я согласна.

«Арлин!» — взвыл Кеннет.

— И побыстрее, — добавила я. — А то кое-кому очень не хочется уходить обратно в небытие.

— Просто повторяй за мной, — проговорил Родерик. — Готова?

«Арлин, а ты уверена, что он не обманет тебя? — плачущим голосом воскликнул Кеннет. — Ты ведь не знаешь язык мертвых! Кто знает, что Родерик заставит тебя повторить! Готова рискнуть?»

Я засомневалась. Глядя в темные спокойные глаза Родерика, я вдруг с тоскливым ужасом осознала, что действительно понятия не имею, говорит ли он правду.

А вдруг в итоге я попаду в еще большую беду? Что Родерик, что Артен — суть отличные маги. Вдруг они наложат на меня какие-нибудь чары подчинения? Вдруг…

Ай, да мало ли может быть этих всяких «вдруг»! Но, с другой стороны, зачем им это? Вот Кеннет в моем теле может принести им множество проблем. Слишком он… неугомонная и экстравагантная личность. Мягко говоря. А я… Обычная студентка, с превеликим трудом закончившая первый курс. Зачем им городить огород на пустом месте, обманывая меня для непонятных целей?

— Арлин? — настороженно протянул Родерик. — Так как, приступаем?

— А это заклинание — оно точно просто выгонит душу вашего отца? — спросила я на всякий случай.

— А что оно еще должно сделать? — с таким изумлением вопросом на вопрос ответил Родерик, что мне стало невольно стыдно за мои сомнения.

«Не верь ему, — прошипел Кеннет. — Арлин, я не прошу тебя идти на конфликт с ними. Простая хитрость — и я останусь с тобой, а они будут уверены, что все прошло должным образом. Честное слово, так будет лучше для всех. И прежде всего — для тебя».

Вот же привязался! А самое интересное — с какой готовностью сыплет клятвами, хотя не так давно утверждал, что не относится к ним серьезно. Ну уж нет.

— Начинайте, — сурово проговорила я, старательно не вслушиваясь в уговоры Кеннета, которые становились все более отчаянными.

Родерик ободряюще улыбнулся мне. Наклонился ближе, и с его уст сорвалось первое слово.

На какой-то момент почудилось, будто яркий солнечный свет в комнате померк. От знакомых свистящих звуков нахлынули непрошеные воспоминания. Как будто я вновь очутилась в усыпальнице академии. Но неимоверным усилием воли я сосредоточилась. И медленно принялась повторять за Родериком.

После первого же слова мне показалось, что мой язык распух во рту, словно его покусала тысяча пчел. В висках заворочалась боль, острыми вспышками простреливая глазницы. В ушах зашумело так сильно, что голос Родерика доносился до меня словно через каменную стену. Гулкими ударами молота заухало сердце, замедляя ритм.

Слово. Еще одно. Я будто ослепла и почти оглохла, лишь каким-то чудом угадывая, что именно мне надлежит произнести. На лбу выступил обильный пот, не хватало воздуха. Внезапно сердце сократилось в последний раз — и замерло. Одновременно наступила тишина. Я широко раззявила рот в тщетной попытке сделать еще один вздох.

А затем меня выгнуло дугой от мучительного спазма. Будто невидимая исполинская рука решила переломить меня пополам в области поясницы. Но что самое ужасное — я даже застонать при этом не могла. Горло намертво перехватило спазмом.

Перед ослепшими глазами замелькали радужные круги. Понятия не имею, сколько времени это продлилось. Наверное, не больше минуты, быть может двух, потому что никакой человек не сможет прожить дольше без воздуха. Но мне это показалось настоящей вечностью. И я мягко погрузилась в черное небытие.

— Она точно не умерла?

— Да нет, сказали же, что живая.

— Мало ли что сказать могли. По-моему, все-таки мертвая. Вон даже не дышит вовсе.

Сознание медленно возвращалось ко мне. В теле разливалась такая слабость, что совершенно не было сил открыть глаза и сказать что-нибудь своим друзьям. А именно их голоса я слышала над своей головой. По-моему, это София и Бернард переговариваются.