Чтение онлайн

Йессен сделала еще один телефонный звонок, после чего сообщила:

— Он будет здесь через несколько минут. Его офис находится на противоположной стороне «Котла».

— Котла?..

— Машинного зала. — Жест в сторону окна на ту часть здания, из которого вырастали трубы. — Там производится пар для генераторов.

Валь тем временем просматривал более короткий список:

— Наши рабочие, по отношению к которым за последние шесть месяцев принимались дисциплинарные меры вплоть до увольнения за различные нарушения. Несколько с явными психическими отклонениями, те, кто не смог пройти тест на наркотики, и те, которые приходили пьяными на работу.

— Всего восемь, — заметила Йессен.

Амелии показалось, что в голосе начальницы послышалось нечто похожее на гордость.

Сакс сравнила оба списка. Ни один из включенных в короткий список не имел доступа к компьютерным паролям. Ее снова постигло разочарование. Она полагала, что хоть здесь она сможет что-то найти.

Йессен поблагодарила Валя.

— Если я вам чем-то еще могу быть полезен, детектив, просто позвоните мне, — сказал тот.

Амелия также поблагодарила его, и он удалился. Затем, обращаясь к Йессен, она сказала:

— Мне бы хотелось получить копии их резюме. Всех, кто перечислен в данном списке. А также биографии и характеристики. В общем, все, что у вас на них есть.

— Да, конечно, я все это могу организовать.

Йессен попросила секретаршу сделать копию списка и собрать информацию по всем включенным в него лицам.

В кабинет вошел еще один мужчина, который явно очень спешил, так как, входя, тяжело дышал. Лет около сорока пяти, сразу же прикинула Сакс. Немного рыхловатый, с непослушными каштановыми волосами с проседью. Таких мужчин обычно называют «обаяшками», подумала Сакс. В нем было что-то мальчишеское. Блестящие глаза, подвижные брови, слегка суетливые манеры. Рукава полосатой рубахи, явно давно не глаженной, были закатаны до локтей. На брюках виднелись крошки от еды.

— Детектив Сакс, это Чарли Соммерс, менеджер отдела специальных проектов, — познакомила их Йессен.

Соммерс пожал руку Амелии.

Начальница взглянула на часы, встала, подошла к большому шкафу, достала оттуда куртку и надела ее. Смахнув с плеч то ли частички перхоти, то ли пылинку, она сказала:

— У меня встреча с нашей пиар-фирмой, а затем мне предстоит пресс-конференция. Чарлз, ты не мог бы проводить детектива Сакс в свой офис? Ей нужно обсудить с тобой кое-какие вопросы. Помоги детективу всем, чем сможешь.

— Конечно, буду рад.

Йессен смотрела в окно на свое наследство: огромное здание, сложное строение из башен, кабелей и лесов. На фоне мерцавшей вдали Ист-Ривер она производила впечатление капитана большого корабля. Йессен потерла указательный и большой пальцы правой руки — движение, свидетельствующее о сильном стрессе. Сакс сразу узнала его, так как сама часто делала то же самое.

— Детектив Сакс, сколько провода он использовал для совершения преступления?

Амелия ответила.

Руководитель компании кивнула, продолжая смотреть в окно.

— У него еще осталось достаточно для шести или семи таких акций. Если мы не сможем остановить его.

Энди Йессен не ждала ответа. Собственно, она и не обращалась ни к кому из находившихся в комнате.

После окончания рабочего дня в парке на Томпкинс-сквер в Ист-Виллидж резко меняется настроение и стиль гуляющих. Молодые пары, кто-то в одежде от «Брукс бразерс», кто-то с пирсингом или броскими татуировками, прогуливаются со своими малышами. Музыканты, влюбленные, двадцатилетние клерки, спешащие домой со столь презираемой ими службы и преисполненные надежд на удовольствия, которые обещает им приближающийся вечер. Здесь все полно ароматами хот-догов, карри и выпивки.

На скамейке под большим, широко раскинувшим свои ветви вязом сидел Фред Дельрей. Он взглянул на табличку, прикрепленную к дереву. На ней значилось, что здесь в 1966 году основатель движения «Харе Кришна» впервые пропел эту мантру за пределами Индии.

Упомянутого факта Дельрей не знал. Он всегда предпочитал светскую философию богословию, однако изучил все основные религии, и ему было хорошо известно, что члены секты «Харе Кришна» старались следовать четырем основным правилам дхармы — праведного пути: милосердию, самоконтролю, честности и чистоте тела и духа.

Он размышлял над перечисленными добродетелями и над тем, где следуют им больше: в Нью-Йорке или в Южной Азии, — когда вдруг у него за спиной послышались шаги.

Его рука не успела проделать и половину знакомого пути по направлению к оружию, когда раздался голос:

— Фред.

Дельрея не на шутку расстроило, что кто-то мог застать его врасплох. Уильям Брент в данной ситуации ему ничем не угрожал, но во многих других мог представлять реальную опасность.

Еще один признак того, что он утрачивает профессионализм.

Кивком головы он предложил Бренту сесть. В черном костюме, давно пережившем свои лучшие дни, Уильям представлял собой человеческий тип, трудно поддающийся описанию. Двойной, начинающий отвисать подбородок, пронзительные глаза под зачесанными назад волосами, покрытыми лаком сильной фиксации. Очки в металлической оправе, которые были не в моде уже тогда, когда Дельрей впервые с ним столкнулся. Однако им нельзя было отказать в практичности, что было весьма типично для Уильяма Брента.

Секретный агент скрестил ноги и уставился на дерево. На Бренте были носки с ромбовидным рисунком и поношенные кожаные туфли.

— Как поживаешь, Фред?

— Нормально. Весь в делах.

— У тебя так всегда.

Дельрей не стал спрашивать Брента о том, чем тот сейчас занимается, какое имя носит в данный момент, о планах. Все подобные вопросы были бы пустой тратой времени и сил.

— Джип. Странное создание, верно?

— Верно, — согласился Дельрей.

— Сколько времени он, по-твоему, еще протянет?

После паузы Дельрей дал вполне искренний ответ:

— Три года.

— Здесь. Но, быть может, в Атланте ему удастся протянуть и подольше. Если, конечно, не возьмется за старое.

Дельрея обнадежил объем познаний собеседника. Даже агенту ФБР было неизвестно, куда конкретно направляется Джип.

— Итак, Фред, должен тебя проинформировать, что теперь у меня есть работа. Вполне законная. И я жду объяснений сегодняшнего твоего приглашения.

— Ты умеешь слушать.

— Слушать?

— Почему мне нравилось работать с тобой? Потому что ты всегда внимательно слушал. И очень многое слышал. И у меня есть ощущение, что ты не утратил своей способности и сейчас.