Чтение онлайн

Амелия ни при каких обстоятельствах не нашла бы обратной дороги. Вверх по лестницам, потом снова вниз — по другим лестницам. Следуя за Соммерсом, она отправляла и получала текстовые сообщения по своему мобильному, но когда они стали спускаться все ниже и ниже, ей пришлось сосредоточиться на цели их пути. Коридоры становились все менее уютными и приобретали все более индустриальный облик. Наконец связь на мобильном и вовсе пропала, и телефон пришлось убрать.

Температура поднялась еще выше.

Соммерс остановился у толстой двери, рядом с которой располагалась полка для шлемов.

— Беспокоитесь за свои волосы? — спросил он, пытаясь перекричать сильный грохот по другую сторону двери.

— Мне бы не хотелось их потерять, — ответила Амелия. — И только.

— Им предстоит немного взлохматиться. Здесь самый короткий путь в мой кабинет.

— Чем короче, тем лучше. Я тороплюсь.

Она схватила шлем и нахлобучила на голову.

— Готовы?

— Думаю, что да. А что там за дверью?

Соммерс задумался на мгновение, а потом сказал:

— Ад.

И кивком пригласил ее войти.

Сакс вспомнила тело Луиса Мартина, испещренное крошечными ранами словно горошинами. Дыхание у нее участилось, и она вдруг почувствовала, что рука, потянувшаяся было к дверной ручке, вдруг застыла. Однако Амелия сделала над собой усилие, крепко сжала ручку и открыла тяжелую стальную дверь.

Да уж, действительно ад! Все в наличии: огонь, сера и прочее.

Температура в помещении зашкаливала. Она явно перевалила за сорок градусов, и Сакс почувствовала не только болезненное покалывание на коже, но и неожиданное уменьшение боли в суставах, так как жара немного успокоила ее артрит.

Время было уже довольно позднее: около восьми часов вечера, — но здесь оказалось много рабочих. Потребность в электричестве в течение дня меняется, но полностью никогда не исчезает.

Тускло освещенное огромное помещение примерно двести футов высотой было заполнено лесами и бесчисленным количеством самого разнообразного оборудования. В центре находилось несколько массивных машин светло-зеленого цвета. Самая большая из них была довольно крупной, с закругленным верхом и напоминала здоровенный дом из гофрированного железа. Из нее выходило множество труб, трубок и проводов.

— Это наша МОМ, [4] — сообщил Соммерс, указывая на нее. — М-О-М. Мидвестский операционный механизм. Изготовлен в 60-е годы в Гэри, штат Индиана.

Он прокричал свои слова с явным почтением к механизму. Соммерс добавил также, что МОМ — самый крупный из пяти электрических генераторов в их комплексе в Куинсе. А когда его установили, МОМ был самым большим электрическим генератором в стране. Дополнительно к другим генераторам, у которых имелись только номера, но не было имен, имелось четыре устройства, производивших сверхнагретый пар для всего региона Нью-Йорка.

Амелию Сакс потрясла вся эта громадная машинерия. Она замедляла шаг, глядя на огромные части механизмов и пытаясь понять их функции. Поразительно, чего только не придумает человеческий разум, чего только не создадут человеческие руки…

— Вот котлы. — Соммерс показал на то, что Сакс приняла за отдельное здание внутри здания. Котлы поднимались на высоту десяти-двенадцатиэтажного дома. — Они вырабатывают пар, более трех тысяч фунтов на один квадратный дюйм. — Он перевел дыхание. — Затем пар идет в две турбины, одну с высоким давлением, другую с низким. А потом в генератор. Он непрерывно вырабатывает тридцать четыре тысячи ампер, восемнадцать тысяч вольт, но на выходе напряжение возрастает до более чем трехсот тысяч.

Несмотря на нестерпимую жару, Амелия почувствовала, что ее пробирает дрожь. Она слушала Соммерса, и в ее памяти мелькал Луис Мартин с кожей, пробитой горячим металлическим дождем.

Соммерс добавил с гордостью в голосе, что общий выход их энергоблоков — МОМ плюс нескольких других турбин — приближается к двум с половиной тысячам мегаватт. Примерно четверть всей потребляемой городом энергии.

Он указал на несколько других емкостей.

— Здесь пар конденсируется в воду и откачивается обратно в котлы. И цикл начинается заново. — И снова с гордостью в голосе, пытаясь перекричать шум, Соммерс продолжил: — В ней триста шестьдесят миль труб разного диаметра и миллион футов кабелей.

Но тут, несмотря на все восхищение величием окружающего, Сакс почувствовала, что ее вот-вот охватит обычный для нее приступ клаустрофобии из-за нестерпимого грохота и страшной жары.

Соммерс, по-видимому, все понял.

— Пойдемте. — Жестом он предложил Амелии следовать за ним, и через пять минут они вышли через другую дверь и сняли шлемы.

Сакс тяжело дышала. Коридор, в котором было довольно тепло, после нескольких минут, проведенных в аду, показался ей прохладным.

— Вам стало не по себе?

— Да, немного.

— А теперь вы в порядке?

Она рукой стерла пот со лба и кивнула. Соммерс протянул ей бумажное полотенце, специально предназначенное для подобной цели.

— Пройдемте сюда.

Пройдя еще по нескольким коридорам, они вышли в другое здание. Еще несколько лестниц — и вот Сакс со спутником у его кабинета. Амелия с трудом подавила смешок, увидев жуткий беспорядок. Помещение было заполнено компьютерами и незнакомыми ей инструментами, сотней различных видов оборудования, проводами, какими-то электронными компонентами, клавиатурами, металлическими, пластиковыми и деревянными предметами самой разной формы и размеров.

И еще всякого рода дешевой и вредной едой. Тоннами. Чипсами, солеными крекерами и газированной водой, шоколадными батончиками, печеньем с начинкой и пончиками, посыпанными сахарной пудрой. Крошки от них и заметила на одежде Соммерса Амелия.

— Извините. Вот так мы и работаем в Спецпроектах, — сказал Соммерс, сбрасывая с офисного кресла компьютерные распечатки, чтобы Амелия могла сесть. — По крайней мере вот так я работаю.

— А чем конкретно вы занимаетесь?

Он ответил, немного смутившись, что занимается изобретательством.

— Я понимаю: звучит как-то в духе девятнадцатого столетия или какого-нибудь пошлого рекламного ролика, — но именно этим я и занимаюсь. И я, наверное, самый счастливый человек на свете, так как делаю то, о чем мечтал, еще будучи ребенком, когда изобретал динамо-машины, моторы, электрические лампочки…

— Вы что, создавали свои собственные лампочки?

— Да, и в результате дважды устроил пожар у себя в детской. Даже трижды, но пожарных вызывали только два раза.