Чтение онлайн

– Нет, пусть она малость освежится - ну и подумает кое над чем. Хотя ее необходимо наказать за то, что допустила до себя Парлана. Принеси мой кнут - тот, из сыромятной кожи. Как уже сказал, я не могу позволить ей умереть.

Сначала она должна побывать на собственной свадьбе. Поторопись. Я хочу, чтобы кнут был у меня в руках, прежде чем она очнется.

Эмил пришла в себя и выругалась. Боль во всем теле мгновенно напомнила ей, где она и что происходит. Меньше всего ей хотелось возвращаться к реальности. В беспамятстве был хотя бы слабый лучик надежды.

Холод, который она ощутила, заставил Эмил сначала сморщиться в недоумении, потом ахнуть. Одного взгляда на собственное тело было достаточно, чтобы подтвердить ее догадку: она лежала нагая. Она взглянула на собственные руки и увидела, что запястья привязаны к изголовью кровати. Эмил попыталась освободиться, но тут услышала тихое хихиканье.

Вперед выступил Рори.

– На твоем месте я бы не стал растрачивать силы, что у тебя еще остались, моя маленькая шлюшка. Джорди надежно завязал узлы.

Она заставила себя отвести взгляд от небольшого кнута, которым Рори с видимой беспечностью похлопывал себя по ноге.

– За это ты умрешь, Рори Фергюсон, можешь не сомневаться, - с ненавистью произнесла Эмил.

– Неужели? И кто же станет за тебя мстить? Твой дражайший отец? Да он и смотреть на тебя не хочет. Тогда, может быть, храбрец Лейт? Он еще ребенок, и, если твой отец не позаботится оградить его от поединка со мной, я изрублю его на куски. Тогда, может быть, этот сын шлюхи Черный Парлан? Вряд ли. Скорее всего его уже нет на свете.

– Нет, его рана не была смертельной.
– Она, скрывая отчаяние, пыталась возражать Рори.

– Да брось ты. Стрела пронзила ему бедро. Даже ребенок вроде тебя, который и войны-то почти не видел, знает, насколько опасна такая рана кровотечение подчас трудно остановить.
– Рори пожал плечами.
– Ну а если он и остался жив, с какой стати ему думать о тебе? У него полно таких, как ты, шлюх - только выбирай. Он заботится о своих людях и не станет рисковать их жизнями только ради того, чтобы снова заполучить себе в постель маленькую потаскушку из долины. Это при всем том, что ты была с ним очень мила - а ведь ты была, верно? Тут и сомнений быть не может, ведь тебе удалось так долго удерживать при себе Черного Парлана! Тебе придется показать мне все, чему он тебя научил. Но не сейчас. Как твой суженый и твой хозяин в глазах закона, я решил наказать тебя за несовместимое с моралью поведение.

Он нанес удар кнутом так быстро и ловко, что она едва смогла сдержать вырвавшийся из горла крик. Эмил сжалась, чтобы встретить второй удар, но его не последовало. Вместо того чтобы бить, Рори стоял и любовался ее обнаженной спиной. Она заметила, с какой сноровкой и любовью он сжимал в ладонях кнут, и ее пронзил ужас.

– Да, ты похожа на свою мать, - пробормотал он, прикоснувшись к следу, оставленному кнутом у нее на спине.
– И у Кристи рубцы появлялись так же легко. Боль, так сказать, мгновенно обретала на ней цвет. И ее тоже приходилось наказывать за недостойное поведение, но уж слишком я усердствовал. Она умерла. Но я из тех людей, которые учатся на своих ошибках. Ты будешь жить очень долго.

Его бормотание, разговоры о насилии напоминали болтовню умалишенного, и от этого Эмил не только исполнилась в очередной раз ужаса, но и пришла в недоумение.

– Моя мать умерла от болезни, развившейся после родов...

– Да, так сказал тебе отец. Он слишком слаб, чтобы открыть тебе правду. Мне кажется, пришло время рассказать, как все было на самом деле. Я помогу тебе понять некоторые особенно важные детали, и ты поймешь наконец, что самое мудрое - это склониться перед моей волей.

– Тебе никогда не быть моим хозяином, Рори Фергюсон.

– Ты глупа и упряма, как Кристи. Она умерла, пытаясь противостоять мне, но ты проживешь дольше ее и научишься подчиняться. Она тоже меня оскорбляла - прямо как ты - и тоже не хотела выходить за меня замуж. А я тогда был слишком молод и не знал еще, как сделать, чтобы она не вышла замуж за другого.
– Тут он с силой ухватил Эмил за подбородок и заставил ее смотреть ему в глаза.
– Я ждал долгие годы, пока ты подрастешь и станешь такой же, как твоя мать, а в том, что вы очень похожи, я не сомневался с того самого момента, как ты с криком вышла в этот мир. Мне пришлось ждать годы и годы, чтобы исправить те ошибки, которые я допустил с Кристи. Хотя я лишился возможности пролить кровь твоей девственности, я все еще хочу - и могу заставить тебя приползти ко мне на четвереньках. Я заставлю тебя просить у меня прощения за то, что ты раздвинула ноги перед Парланом Макгуином.

– Не дождешься. Прежде чем я приползу к тебе, я оделю своими ласками последнего бродягу в Шотландии.
– С этими словами она плюнула ему в лицо.

Рори пришел в такую ярость, что в следующее мгновение ей пришлось пожалеть о содеянном. Понадобилось вмешательство Джорди, чтобы он снова взял себя в руки. Из тех страшных ругательств, которыми Рори ее наградил, Эмил узнала, что ее поступок чрезвычайно походил на материнский. Рори уже начал путаться, забывая временами, что перед ним дочь, а не мать. Прошлое смешалось в его больной голове с настоящим.

Как бы то ни было, Эмил наконец поверила в то, что Рори убил ее мать, а отец долгие годы лгал своим детям.

Единственное, что ей хотелось выяснить: знал ли отец, кто явился виновником гибели матери, когда пообещал руку дочери человеку, запятнавшему, как оказалось, себя кровью его жены?

В одном, однако, Эмил была уверена: она не могла больше слушать, как именно Рори прикончил ее мать. Когда одна часть ее сознания взывала к выяснению истины, другая, наоборот, требовала это прекратить, поскольку правда могла оказаться непереносимой. Рори тем не менее снова ударился в откровения. Эмил подозревала, что жених, зная, как мучительно действуют на нее его признания, сознательно избрал их в качестве нового средства сделать ей больно, причем средство это разило с не меньшей силой, чем кнут. Просто оно - в отличие от кнута - не оставляло отметин на коже.

– Ты видишь, Джорди, она пытается вывести меня из себя - точно так же, как это делала Кристи.
– Снова он схватил девушку за подбородок и заставил смотреть ему в глаза, но на этот раз ему не удалось вызвать у нее столь же сильного, как прежде, приступа ярости и заставить плюнуть ему в лицо. Думаешь ускользнуть от меня, отдав концы?

Ничего у тебя не выйдет. Ты не умрешь, пока этого не захочу я. С Кристи я слишком поторопился, поэтому теперь буду сдержанным. Сначала наказание, затем обладание. Мне кажется, тебе будет интересно узнать, каким способом я овладел твоей матерью, моя маленькая шлюшка. Надо же тебе знать, что тебя ждет. Возможно, мой рассказ наведет тебя на мысль покончить с глупым сопротивлением, с нашим, так сказать, противостоянием. И первое, что тебе придется сделать в этом случае - дать согласие на нашу свадьбу.

– Лучше я выйду замуж за самого сатану и проведу брачную ночь среди мучеников ада!

Если Рори Фергюсон не был самим воплощением дьявола, то одним из его ближайших адептов - непременно. Сопровождая свои слова ударами кнута, он поведал своей жертве очередную порцию гнусностей. Внутренне Эмил сжалась и готова была заплакать, как маленькая. Ничто в жизни ее мамы не предвещало такого ужасного конца. Эмил даже подумала, что сатана во плоти не решился бы на те мерзости, на которые оказалась способна злодейская, исковерканная натура Рори.