Чтение онлайн

Больше из Вильмы ничего невозможно было вытянуть — ни о Карле, ни об особенностях Суринама. Юлия подумала, что этот разговор напоминает ее диалог со швеей. Та тоже выражалась осторожно. Слишком осторожно, по мнению Юлии.

Благодаря новой знакомой время теперь проходило немного быстрее. Между тем они плыли уже четырнадцать дней. В каютах на верхней палубе в общей сложности размещалось около двадцати пассажиров. Юлия регулярно встречалась с Вильмой. А вскоре стала видеть и других женщин, отправившихся в путешествие вместе с ней. Зато мужчины очень редко появлялись на свежем воздухе, и это бросалось в глаза. Женщины ничего не предпринимали, чтобы что-то изменить. Казалось, они скорее были рады, что их мужья чем-то заняты.

Юлия старалась узнать из разговоров как можно больше о своей новой родине. Некоторые сведения звучали очень странно для ее слуха. Так, женщины главным образом жаловались на нехватку домашних слуг в Нидерландах и на их избалованность.

— Я буду рада, когда снова окажусь дома. — Лаура Фрэйкен, дочь высокопоставленного суринамского офицера, отложила вышивку в сторону. — Я было хотела взять с собой свою личную рабыню, но отец высказался против — мол, климат для нее слишком плохой, да и, как он посчитал, возникнет чересчур много затруднений с одеждой и обувью.

Юлия вспомнила Айку, который храбро шагал босиком по снегу. Она не видела его с самого отплытия и не имела ни малейшего понятия о том, где его разместили.

— Да, — вступила в разговор другая женщина, — я когда-то взяла с собой свою Хену, и она, походив в обуви пару дней, вообще не смогла становиться на ноги и все время проболела. Так что в Нидерландах действительно лучше отказаться от чернокожих слуг.

— Но разве в Суринаме слуги не носят обуви? — Юлия с удивлением посмотрела на женщин.

— Рабам не разрешается носить обувь, дитя мое, — тихим голосом пояснила Вильма.

— А почему?

Вильма пожала плечами:

— Ну, их же нужно каким-то образом… В общем, они должны всегда помнить о своем положении.

В последующие часы Юлия узнала еще кое-что о своих будущих слугах. Оказывается, рабам запрещалось не только носить обувь, но и говорить по-нидерландски и смотреть господам в лицо.

— Он просто не любит обуви, — таким было уклончивое объяснение Карла, когда Юлия однажды спросила его о босых ногах Айку.

Юлии было трудно представить себе повседневную жизнь в окружении угнетенных домашних слуг, и наконец-то она поняла, что отличало Айку от слуг дяди Вильгельма в Амстердаме: чернокожий человек был не только слугой, он был беззаветно предан своему господину. Может быть, даже боялся его. В общем, информация о новой родине скорее обескуражила Юлию, чем внесла ясность в ее представления.

Когда погода улучшилась еще больше, в передней части палубы стали появляться до сих пор не знакомые Юлии пассажиры. Она предполагала, что эта часть корабля отведена для матросов, однако эти люди не были похожи на экипаж корабля.

— Что это за люди, Вильма, и почему они только сейчас вышли на палубу? — Юлия за это время уже перестала стесняться задавать вопросы.

— Ах, это искатели счастья и братья по вере… Капитаны стараются держать их под палубой как можно дальше, чтобы не было никаких беспорядков. Кроме того, у них такой вид, что другие пассажиры… — Вильма кивком головы указала на ту часть корабля, где обычно находились пассажиры с верхней палубы, — …зачастую не в восторге от этого соседства.

Юлия наморщила лоб, и Вильма с готовностью продолжила объяснения:

— С тех пор как на некоторых реках в Суринаме было найдено золото, все больше и больше странных людей стремятся попасть в эту страну. Новым поселенцам теперь вроде бы даже выделяют целые регионы в центральной части. Среди них много немцев. Говорят, это потому, что там есть хорошие участки леса, а эти люди знают толк в вырубках, а также в плотницких и столярных работах.

Вильма задумалась.

— Я не считаю это хорошей идеей, ведь большинство переселенцев плохо переносят здешний климат.

— Однако Карл говорил, что погода в Суринаме очень приятная. — Юлия надеялась, что хотя бы не все ее иллюзии будут развеяны.

Вильма коротко засмеялась.

— Ну, это можно рассматривать и так, и эдак. Конечно, весь год в Суринаме царит приятное тепло и даже во время сезона дождей мерзнуть не приходится. Но там очень душно, и это не идет ни в какое сравнение с европейской летней жарой. — Вильма устремила взор к горизонту. — И, к сожалению, этот климат несет с собой такие болезни, которые невозможно сравнить ни с какой европейской заразой. Хуже всего — лихорадка.

— Лихорадка?

— Существует много видов лихорадки. Некоторые лишь причиняют страдания больному, другие могут убить его. — Вильма указала на нескольких незатейливо одетых людей на передней части палубы, которые как раз собирались на своего рода молитву. — Слава богу, в Суринаме есть небольшая община секты моравских братьев — гернгутеров. Члены этой общины заботятся о рабах, а также ухаживают за больными.

Юлия посмотрела вниз, на эту маленькую группу. Среди гернгутеров было несколько женщин. Почтительно опустив голову, они слушали мужчину, который громко читал какую-то книгу, вероятно, Библию. Напротив них, в другом углу, между канатами и различной корабельной утварью, сидело несколько мужчин в истрепанной одежде. Они курили и играли в карты. Наблюдение за этими пассажирами подвигло Юлию на то, чтобы задать вопрос, который занимал ее все эти дни.

— А где же находится наш раб, Вильма?

Женщина оттопырила нижнюю губу:

— Раб? Я думаю, что у него все хорошо. Наверное, вам лучше спросить об этом у своего мужа, Джульетта.

Больше из Вильмы ничего невозможно было вытянуть — она сменила тему. Юлия удивилась. Стоило ей задать хотя бы один не очень удобный вопрос, как ее тут же утешали, заявляя, что ей не стоит беспокоиться или лучше спросить об этом у своего мужа. Где-то в глубине души она начала подозревать, что эта страна далеко не такая прекрасная и романтичная, какой она себе ее вообразила. Содержание рабов в ней вызывало много вопросов.

Юлию не оставляли мысли об Айку. В конце концов, в Нидерландах он прислуживал и ей тоже. Она вскоре перестала бояться этого человека, убедившись в его добродушии. То, что она не видела Айку на палубе, вызывало у нее обеспокоенность.

Вечером Юлия спросила у Карла, который как раз собирался идти играть в карты:

— А где, собственно, Айку? Я не видела его со дня отплытия.

Карл махнул рукой, словно отбрасывая что-то:

— Ах, он находится под палубой. Существует предписание: рабы во время плавания через океан должны быть размещены в безопасном месте.