Чтение онлайн

Она недоуменно сводит брови.

– Спасибо, что не сделали аборт двадцать семь лет назад.

Она вздыхает, будто из нее вышел весь воздух. Несколько секунд стоит неподвижно, потом разворачивается и идет к выходу, не оглядываясь.

А мне, внезапно, становится так спокойно.

Я не жалею. Я не хочу. Я не могу. Возможно, было бы правильным простить ее и отпустить. Принять ее помощь. Но… пока что я не могу… пока что я не понимаю.

Не смотрю на Тео, но обращаюсь к нему:

– Помнишь, ты обещал, что будешь держать меня за руку, пока я чувствую? Подержишь еще немного? Пожалуйста…

Его рука скользит по моему плечу, опускается и крепко обхватывает мою ладонь, переплетая наши пальцы.

– Клянусь, мышь.

И он держал…

Каждый день. Каждую минуту. Каждую секунду.

Держал, когда я была на гемодиализе.

Держал, когда мне дали третий шанс.

Держал, когда провожал меня в операционную, где я не теряла его обещание в тумане седативных лекарств.

Держал, когда сердце билось слишком быстро, а воздух казался вязким. Он был рядом, в моих мыслях, в сердце – и это «рядом» держала меня крепче любого обезболивающего.

Держал, когда я пришла в себя. Когда каждая крошечная боль напоминала – я здесь, я с ним, он со мной. Когда на губах был не только вкус лекарств, но и его поцелуев.

Держал, когда тошнило от иммуносупрессантов.

Держал, когда я плакала от бессилия.

Держал, когда казалось, что сил нет.

Держал, когда я училась вдыхать глубже.

Держал, когда я готова была отпустить.

Держал. Держал. Держал.

И держит до сих пор.

ТЕОДОР КАТТАНЕО

Чувствую, что я…

Люблю ее зеленые глаза.

Люблю волосы рыжего цвета.

Люблю каждую веснушку.

Люблю ее улыбку и искусанные губы.

Люблю ее прикосновения.

Люблю ее голос и характер.

Люблю запах ее волос и вкус ее кожи.

Люблю прозрачный лак на ее ногтях.

Люблю, когда она задумчиво хмурит брови.

Люблю, когда она засыпает, уткнувшись в мое плечо.

Люблю, когда она сонно улыбается по утрам.

Люблю, когда на ней моя футболка.

Люблю прижимать ее к себе и не отпускать.

Люблю ее.

– Тебе кто-то говорил, что ты со странностями? – спрашивает Скай, открывая один глаз и выстреливая в меня убийственным взглядом. – Ты видел, который час?

– Нет, я смотрел только на тебя, – хрипло отвечаю я, оставляя поцелуй на внутренней стороне ее бедра. – Только ты, Скай. Помнишь?

– А если я скажу, что на часах половина четвертого, а ты все еще не спишь? – улыбается она, потянувшись пальцами к моим волосам.

– Я скажу, что хочу наслаждаться тобой и днем, и ночью.

– Ты снова начинаешь? – шутливо возмущается она.

– Я никогда не кончу…

Пальцы скользят под мою футболку, в которой она любит спать без белья. Шикарное осознание, которое сводит с ума каждый раз, когда я об этом подумаю.

– Как это… звучит, – шепчет она.

Коснувшись ее живота своими губами, я слежу за ее реакцией: грудная клетка учащенно поднимается, нижняя губа становится влажной от ее языка, руки тянутся ко мне, а бедра расслабляются.

Улыбаюсь – люблю, когда она отдает всю себя мне.

Не останавливаюсь – люблю отдавать ей всего себя.

Провожу по шраму, оставленному после операции, и снова целую. Делаю это каждый раз. И буду делать всю оставшуюся жизнь.

Тянусь к ее груди, накрываю ладонью и приподнимаюсь к ее лицу. Губы касаются ее губ – легкое прикосновение, без намека на яростное вторжение. Но это пока… через две секунды все меняется, и я углубляю поцелуй, проникая в ее рот и забирая себе все, что она мне позволяет взять – каждый стон, каждый вдох, каждое прикосновение.

– Трахнешь меня, Теодор Каттанео? – выдыхает в мои губы, закидывает ноги мне на поясницу, прижимая нижнюю часть моего тела к себе.

Счастлив ли я? Чертовски сильно.

– Готов делать это сутками без права на отдых, Скай.

*спустя полтора года после основных событий*

– Открой.

– И что это такое? – спрашивает она, недоуменно уставившись на конверт. – Тео… если ты туда засунул размороженную мышь для Скай, я тебя…

– И я тебя, Скай, – улыбаюсь, смотря на ее милые возмущения. – Там нет мыши, мышь. Просто открой.

Скай переводит взгляд с содержимого на меня, потом снова на вещь и снова на меня.

– Объяснишь?

– Ты сказала, что в моем доме слишком много места для тебя.

– Шутишь? – хмурится она, перекатывая на ладони ключ от нашего дома.

– Нет, – отрицательно качаю головой и подхожу к ней. – Я не хочу думать о том, что ты все еще держишь дистанцию. Я четко обозначил свои намерения и желания насчет тебя. Ты со мной до остановки моего дыхания. Проверка отношений с ночевкой должна была закончиться больше года назад. Но затянулась.

Она молчит, и это бросает меня к мысли «Тео, сначала обсуди, а потом действуй». Но я привык делать наоборот… И теперь, мне кажется, я сам создал одну небольшую проблемку.

– Если ты откажешься, я поищу другие варианты. Если тебе не понравится, я готов рассматривать места в любом уголке планеты. Мне плевать, где это будет. Для меня главное, чтобы ты была рядом.

– Ты понимаешь, что заставляешь каждого таракана в моей голове возжелать тебя за такой монолог? – спрашивает она, обхватывая мое лицо обеими руками.