Чтение онлайн

– Чёткое расписание дня, – как бы извиняясь, пояснила она.

Это что же получается, я прождала здесь почти час, и вот спустя каких-то пять минут общения моих чертенят уведут на обед, который у них по расписанию? Негодование скрыть не получилось, я вознамерилась поругаться. Маша сразу почувствовала изменения в моём настроении.

– Мама, – позвала она меня.

– Что, родная? – перевела я на неё взгляд, забывая про воспитательницу и дурацкое расписание.

– Миша же не прав, и ты приехала, потому что нас любишь, а не только за ней?

– Болтушка! Ты обещала молчать! – гневно высказался её брат.

– А я ничего и не сказала, – ответила ему Маша и показала язык.

– Девчонка!

Такого поворота событий я не предвидела, поэтому не совсем поняла, о чём именно сейчас они спорят.

– Миша, о чём она должна была молчать? – спросила я и сделала предположение. – О причине твоей драки с кем-то? Ты же знаешь, что споры не решаются кулаками.

И снова вмешалась воспитательница, не дав ответить никому из детей, хотя уже оба собирались выдать свою версию событий.

– Вы не подумайте, у нас такое вообще не происходит. Это не кто-то из взрослых, – оправдывалась она. – Мальчишки, это я не уследила. Драки строго запрещены, но Миша не захотел отдавать его, вот один из мальчиков постарше решил сам забрать. Миша подрался, Маша покусала воспитателя, которая пыталась её оттянуть от мальчиков, пока тех разнимали. Поэтому и вызвали вчера их маму.

– Та тётя не наша мама! – чуть ли не хором ответили дети.

Это они сказали воспитательнице, а мне же сказали.

– Если ты прав, нужно отстаивать свою правоту, – серьёзно произнёс Миша.

Думаю, не стоит спрашивать, чьи слова он сейчас повторил.

– Мама, я каждый день два раза чищу зубки, и вот они у меня крепкие, – похвалилась Маша. – А Мишка тому старшему мальчишке нос разбил, а второму фингал поставил. А они на него вдвоём, вот он и не сразу справился с ними, как папа учил.

А я снова не знала, радоваться или плакать.

– Так в чём же ты прав, Миша? – задала я вопрос, надеясь получить ответ именно от Белова-младшего.

Кто бы ни был кровным отцом Миши, он весь пошёл в дядю, и его ответ это подтвердил.

– Нужно защищать то, что твоё, – ответил Миша мне, а повернувшись к воспитательнице, добавил. – И не отдавать никому!

– Есть правила, Миша. Животные должны жить в живом уголке, там для них все условия, – старалась спокойно ответить ему воспитательница.

– Не отдам! – сурово ответил он.

– Вы сейчас о чём? – решила вклиниться в их спор я.

И в этот раз брат с сестрой заговорили вместе. Только Миша ответил кратко, а вот Машина фраза была длиннее и более содержательнее.

– О твоей любимице!

– Я подумала, что ты обязательно за ней приедешь, ты же любишь её ДОЛЬШЕ, чем нас.

Меня особенно зацепили слова «любишь дольше»!

– Они о своём зверке, которого привезли и отпускают по ночам, он всюду скребётся и шуршит. Мы пытались поймать, но в итоге он где-то прячется, а днем только Миша с Машей его находят, и мальчик носит его в рюкзаке. Вы должны поговорить с ними и забрать это животное.

Как только воспитательница сказала слова «зверёк» и «шуршит», я поняла, о ком она говорит.

– Так значит, Шуша не пропала? – спросила я у Маши и, посмотрев на Мишу, добавила. – Покажешь?

– Только если ты обещаешь не забирать её, – ответил Миша и немного отодвинулся от меня, но мою руку не отпустил.

– Вы должны забрать это животное, некоторые дети не могут уснуть, их пугают всякие звуки по ночам, – снова вмешалась в наш разговор девушка.

На вид для воспитательницы она была ещё молода, наверное, такая же студентка, как и наша няня Марина. И, к сожалению, я понимала и принимала её аргументы в пользу того, что нельзя просто взять и привезти сюда Шушу. Но я, в отличие от неё, знала, что просто приказы могут подействовать на каких-то других детей, только не на моих.

Моим чхать на приказы, если они идут вразрез с их планом.

Вот и сейчас, услышав слова воспитательницы и оценив моё молчание, Миша отпустил мою руку и увеличил расстояние между нами на максимум, который позволял диван. Он помнил, что в рюкзаке у него маленький пушистый зверёк, и лишь поэтому не прижался спиной к дивану вплотную.

– Так значит, ты приехала всё-таки за ней? – снова столько недоверия в его глазах и голос почти дрожит от обиды, которую он старается не показывать.

Неразумная воспитательница хотела что-то ему ответить, но я не дала. Вопрос Миша задал мне, и пока я сама могу за себя говорить, поэтому я перебила на полуслове девушку, обратившись к ней.

– Простите, я не представилась сама и не знаю, как вас зовут. Так вот, я Вера Алексеевна, – здесь я сделала паузу, ожидая услышать её имя.

Девушка сообразила и ответила.

– Ксения, – она осеклась.

Говорю же, девочка, и пусть она не знает моего точного возраста, всё равно понимает, что я старше неё.

И так как я молчала, она добавила:

– Ксения Николаевна.

– Вот и познакомились, – улыбнулась я ей и продолжила. – Ксения Николаевна, позвольте нам поговорить наедине.

Тут я увидела не то что растерянность в её глазах, а полный ступор.

– Простите, но нельзя, вы не подумайте, это не я, это правила.

Точно студентка, не испорчена ещё безразличием и правилами, как та матрона, что нас встретила здесь.

– Я не прошу вас совсем уходить, просто не вмешивайтесь в наш диалог, – объяснила я ей.

Она аж облегчённо вздохнула и отошла в сторонку, поближе к двери, у которой всё это время стоял охранник.

– Да, конечно, поговорите, но напоминаю, что уже почти время обеда.

– Да, я помню, – ответила я ей и посмотрела на своих чертенят.

Миша так и сидел на расстоянии чуть больше вытянутой руки, а Маша и не думала слазить с моих коленок.

– Ты же не заберёшь её? – задала она мне вопрос. – Мы о ней заботимся, как ты учила, и отпускаем по ночам.

Моё белокурое чудо сейчас выглядело истинным ангелочком. Не зная я, на что она способна в компании с братом, поверила бы в её ангельский образ.