Под взглядом двух лун
Шрифт:
* *
Вот такие люди приходят в Зону... Но приходят и такие, которые лежали сейчас на этой поляне. И им настолько просто отнять жизнь у вольного бродяги из-за, порой, пустяковой добычи, насколько бывает сложно Студенту такому же бродяге спасти жизнь.
– Нет, нет, мужики, вы послушайте меня, это важно... – было видно что раненому говорить было очень тяжело и он испытывает адские муки, несмотря на вколотое обезболивающее – я, наверное, не выкарабкаюсь,...ладно бы пуля, а то картечь...после таких ранений шансов мало...,я это знаю, в Афгане повидал немало...да и вы, похоже, тоже...
– Командир, да он, кажется, из наших – прошептал Гаврош в ухоВакуле.
– У меня дома – продолжил сталкер, немного передохнув, – жена и сын. Жена тяжело больна. У нее больное сердце. Врачи сказали что шансов мало, очень мало. Нужна операция. Такие делают в Германии, но стоят они...в общем – продал я квартиру в Житомире, дом родителей в деревне...так даже на половину не хватило! Вот я сюда и пришел – хотел тут денег раздобыть...Раздобыл, мать твою...! – раненый простонал сквозь стиснутые зубы. Было видно, что он испытывает не только сильную физическую боль из-за ранения, но и душевную, из-за рушившейся надежды, последней надежды.
– Тебя как зовут то? – спросил Гаврош, периодически прикладывая смоченный водой из фляги кусок бинта к пересохшим посиневшим губам сталкера.
– Тут Хмурым кличут, а дома я Жердин... Егор Николаевич Жердин. Вы, наверное, последние, кого я вижу на этом свете, мужики,...поэтому на вас только и надежда. Жене моей помочь я не смог, не успел – губы у него задрожали, зубы опять судорожно сжались – сын у меня, Сашка, молодой еще, на днях шестнадцать только будет. Когда Галина – жена моя...ну... в общем – сестра моя за сыном присмотрит. Денег, которые я собрал на лечение жены, хватит и на учебу, и что б хоть как-то встать на ноги. А там повзрослеет и...как-то уж сам...он у меня смышленый...
В этот раз Хмурый замолчал на несколько минут. Когда друзья уже было решили что раненый потерял сознание или уснул и попробовали опять поднять носилки, сталкер очнулся и продолжил:
– В нашем с Жуком (Жук, по всей видимости – убитый напарник Хмурого) шкафчике, в подвале у Сыча...деньги...все что мы успели заработать за три месяца. Там же и адрес мой лежит. Отправьте...я вас прошу...отправьте эти деньги моей сестре. Галю пусть... как надо, когда...ну, в общем...там хватит. А про меня скажите...я делал все что мог...короче... придумаете чего-нибудь.
Было видно, что сталкер сильно устал.
– Ну все, браток, тихо, тихо, отдохни, надо идти – Вакула поправил на Хмуром укрывающую его накидку.
– И вот еще что – никак не успокаивался раненый бродяга – Сашка, сын мой, все рвался со мной сюда, говорил – вместе быстрее деньги соберем. Вместе с Жуком еле отговорили. Теперь-то точно принесет его нелегкая сюда....Мужики, если встретите его в Зоне – гоните, сразу же гоните..., любой ценой..., пропадет он тут, как и я. Жук – тоже вот.... Василием его звали, Жуковым...он пошел со мной, что бы помочь...детдомовский он был, у него никого...и семьей не успел обзавестись...все по горячим точкам... – Хмурый с трудом приподнял голову, посмотрел в сторону убитого товарища – надо же, столько прошли, из таких задниц выбирались...,а тут, как пацаны, с какими-то отморозками не справились...- он вдруг застонал, тело выгнулось дугой, из уголка рта вытекла струйка крови. – Оставили бы вы меня тут, мужики, не донесете ведь. Я благодарен вам за все, но... просто не выдержу. Да и нарветесь еще на беду какую, с такой обузой то...
– Да ладно тебе, Егор Николаич, – с задоринкой в голосе проговорил Гаврош, – донесем в лучшем виде, ты только потерпи и не взыщи, если где потрясет малость...
– Прав он! – раздался довольно громкий, но спокойный голос за спинами сталкеров.
От неожиданности они чуть не выронили носилки. Дергаться было бесполезно. Если их держат под прицелом,то любое резкое движение может оказаться для них последним. Поэтому друзья медленно опустили свою ношу на землю и развернулись в сторону голоса.
С противоположного края поляны к ним подошел человек высокого роста, в длинном, почти до самой земли, плаще из плотного брезента, в высоких болотных сапогах. Он был вооружен, но винтовка висела на ремне за спиной вместе с небольшим вещмешком. Коротко подстриженные седые волосы, такая же седая короткая борода и усы – сталкеры узнали пришельца. Это был Болотный Доктор.
* *
Когда Чернобыльская Зона Отчуждения после чудовищного выброса в 2006м году неизвестного вида энергии приобрела новый облик, прежде всего, существенно расширив свои границы, никто не мог предположить, насколько она изменилась внутри. Да и выброс поначалу считали очередным взрывом на АЭС, ядерным взрывом, причиной которого могла быть вышедшая из под контроля термоядерная реакция в одном из реакторов. Но затем, после детального изучения снимков со спутников, сейсмологических данных из разных лабораторий мира и природы излучений, стал очевидным тот факт, что эпицентр выброса находился не на территории АЭС, а в совсем другом месте. Примерно в полутора километрах севернее четвертого энергоблока. Да и выделенная при этом энергия мало чем походилана все известные на данный момент науке, в том числе и на радиацию.
Ну, а там где появляется что-то новое и неизвестное, туда сразу же устремляются ученые.
Первыми в преобразившуюся Зону ринулись спасательные команды – там, на момент взрыва, было много людей: военные, несущие свою службу на блокпостах и в охране исследовательских лабораторий, сотрудники этих лабораторий, обслуживающий персонал атомной станции, немало бывших местных жителей, самовольно вернувшиеся из мест эвакуации в родные дома, несмотря на строгий запрет, и другие. Сразу за спасателями последовали многочисленные научные партии, под завязку напичканные разной исследовательской техникой.
Из них мало кто вернулся. Те немногие, кому посчастливилось остаться в живых и выбраться на Большую Землю, рассказывали, как на их глазах люди гибли в ужасных невиданных образованиях, которые и описать то сложно. В одних человека разрывало на части или перемалывало в фарш, в других жертва за пару секунд превращалась в обугленную головешку, в третьих ее расплющивало как под мощным прессом, в четвертых выворачивало наизнанку и так далее. Многие первопроходцы новоиспеченной Зоны сгинули бесследно в ее глубинах и судьба многих из них не известна до сих пор.
Тем не менее – количество уходящих в аномальные земли экспедиций не уменьшалось. Они экипировались по последнему слову науки и техники, вооружались до зубов современным оружием для защиты от многочисленных ужасных порождений Зоны – практически до неузнаваемости мутировавшей местной фауны и других монстров, происхождение которых представить себе не возможно.
В состав одной из таких экспедиций и вошел тогда один весьма успешный ученый – доктор биологических наук, сотрудник одного из военных НИИ. Через какое-то время, по причине известной ему одному, доктор ушел из научного лагеря, нашел среди болот заброшенный дом, привел его в порядок и зажил там отшельником.
Продолжая в одиночку изучать Зону во всех ее проявлениях, ученый еще оказывал медицинскую помощь любому, кто в ней нуждался. Причем его пациентами могли быть не только люди, но и другие обитатели Зоны – от Чернобыльской вороны, до самого кровожадного монстра. Да, он не отказывал никому – будь то человек или зверь! Что сподвигло отшельника придерживаться такого принципа – не известно никому. Многие из сталкеров, которые побывали у доктора, рассказывали, что во дворе его дома могли находиться как люди, так и звери, как получившие помощь, так и ждущие своей очереди. И никто не смел проявлять друг к другу хоть мизерную долю враждебности. Ну, с человеком понятно – ему все можно объяснить, но как ему удавалось держать в повиновении даже самых агрессивных тварей – “сие есть тайна великая”!