Под защитой ректора
Шрифт:
Айя стояла у окна одной из верхних галерей и наблюдала, как во внутреннем дворе тренируются младшие адепты. Весенний ветер трепал распущенные волосы, солнце скользило по каменным стенам мягким золотым светом, а где-то внизу снова слышались чьи-то крики и смех. Жизнь продолжалась. Иногда это всё ещё казалось странным после источника, разрушенного храма и мира, который едва не раскололся на части вместе с ней.
Она машинально коснулась пальцами запястья. Свет под кожей больше не вспыхивал болезненно. Магия жила внутри спокойно: иногда сильнее, иногда тише, но больше никогда не причиняла боли. Айя научилась слышать её — не подавлять, не бояться, принимать. И именно поэтому источник теперь спал спокойно. Как и она сама.
— Если ты ещё хотя бы минуту будешь смотреть вниз с таким философским лицом, адепты решат, что ты планируешь их убить, — лениво произнёс Ренар.
Айя закатила глаза раньше, чем обернулась. Он развалился в кресле у стены с таким видом, будто вообще не понимал, зачем людям работать. На столе рядом лежала стопка документов, к которой он демонстративно не притрагивался уже как минимум час.
— Я размышляла о судьбе мира.
— А я размышляю, как незаметно сжечь отчёты нового Совета.
— Вы ужасный преподаватель.
— Зато харизматичный.
Он лениво посмотрел на неё поверх чашки с кофе.
— Кстати, Блэквуд опять в ярости.
Айя настороженно прищурилась.
— Почему «опять»?
— Потому что кто-то сегодня на практическом занятии научил первокурсников открывать запечатанные двери магией.
— Это была образовательная демонстрация.
— Они открыли винный погреб.
— Значит, демонстрация была успешной.
Ренар расхохотался, и именно в этот момент дверь кабинета открылась. Кай вошёл спокойно. Слишком спокойно. Айя сразу поняла: он уже всё знает.
Ренар мгновенно поднялся.
— Что ж. Я внезапно вспомнил, что у меня есть дела.
— Сядь, — холодно произнёс Кай.
— Нет. Мне дорога жизнь.
И исчез за дверью раньше, чем Кай успел ответить. Айя едва сдержала улыбку. Кай медленно перевёл взгляд на неё, и внутри всё равно привычно дрогнуло сердце. За эти месяцы она так и не научилась реагировать на него спокойно. Наверное, уже и не научится.
Он подошёл ближе. Тёмный плащ слегка качнулся от движения, солнце скользнуло по знакомым резким чертам лица, а тьма вокруг него теперь всегда ощущалась иначе. Не тяжёлой — живой. Тёплой. После источника что-то изменилось не только в Айе. Кай больше не выглядел человеком, который постоянно держит себя в цепях. Иногда он даже улыбался первым. Это всё ещё казалось почти чудом.
— Ты снова устроила хаос.
Айя невозмутимо пожала плечами.
— Это клевета.
— Половина адептов была пьяна к полудню.
— Они просто познавали свободу.
Кай тяжело вздохнул, но в глазах уже появилась знакомая мягкость.
— Однажды академия всё-таки сгорит.
Айя подошла совсем близко.
— Но зато станет веселее.
Кай покачал головой и всё же не смог скрыть улыбку окончательно. Айя замерла, разглядывая его внимательнее. Иногда ей всё ещё было сложно поверить, что всё это реально: что он рядом, что они выжили, что ей больше не нужно убегать. Кай заметил её взгляд сразу, как замечал всегда. Его пальцы осторожно коснулись её руки.
— Что такое?
Айя тихо выдохнула.
— Ничего. Просто странно быть счастливой.
На секунду в кабинете стало очень тихо. Кай смотрел на неё слишком понимающе, потому что сам чувствовал примерно то же самое. Потом медленно притянул её ближе за талию, совсем привычно уже, будто иначе и быть не могло.
— Привыкай.
— Это звучит почти как угроза.
— Так и есть.
Она рассмеялась по-настоящему — легко, свободно, и Кай вдруг поймал себя на мысли, что ради этого смеха действительно был готов разрушить весь мир.
Позже, когда солнце начало медленно опускаться за горы, академия погрузилась в спокойный вечерний шум. Где-то внизу спорили адепты, кто-то играл музыку во внутреннем дворе, на башнях зажигались первые огни. Айя стояла у того самого окна в коридоре академии, где когда-то впервые солгала, что находится под защитой ректора.
Тогда ей казалось, что это просто очередная авантюра, очередная попытка выжить. А в итоге именно с этого всё и началось. Весенний ветер мягко шевелил занавески. Айя смотрела на вечерние огни академии и впервые за долгое время чувствовала внутри только спокойствие.
Шаги за спиной она узнала сразу. Кай подошёл тихо и остановился рядом. На этот раз без стен между ними, без недосказанности, без страха. Айя повернула голову и посмотрела на него снизу вверх. В глазах снова появилась знакомая искра.
— И что теперь?
Кай несколько секунд молчал. Смотрел на неё так, будто всё ещё не до конца привык, что она действительно рядом. Потом очень спокойно ответил:
— Теперь живём.
Айя улыбнулась — тихо, по-настоящему. И впервые за долгое время не хотела убегать.