Чтение онлайн

– Але-оп!

Маменька еще раз задвинула и выдвинула ящичек и принялась вытягивать из него разноцветные ленты, под наши с Александрой аплодисменты. Зинаида продолжала пребывать в задумчивой растерянности.

– А где мои открытки? – спросила она, после того как ящичек опустел.

– Зиночка, произошло волшебное превращение открыток в цветные ленты. А если серьезно, то они вот же, никуда не пропали. Но если они тебе дороги, то никогда не помещай их в волшебные шкатулки, а то мало ли что.

– Спасибо! Ой! Да это же мужчина какой-то!

– Действительно мужчина, – согласилась маменька, глянув на один из портретов. – Но не какой-то, а сам Петипа [71] . Наверное, Клара эти открытки тут прятала, а с годами забыла про них. А твои тогда где? А! Нашлись. Честно сказать, я немного разучилась исполнять этот фокус, да и вообще это была Кларина часть номера, вот и сделала что-то неправильно. Но делать его очень просто. Тут в шкатулке не один ящичек, а два, один в другом очень плотно размещен. Да второй к тому же с потайным отделением. Вначале мы выдвигаем оба ящичка, но открытым получается только внутренний ящичек. Кладем туда предмет, закрываем, задвигаем, поворачиваем невидимо для публики ручку на четверть круга, выдвигаем. Внутренний ящичек остался внутри, а выдвинулся внешний пустой. Потом проделываем все в обратном порядке, и все исчезнувшее к нам возвращается. Этак можно повторить раза три, а под конец, закрыв шкатулку, повернуть ручку уже не на четверть, а на половину оборота и открыть потайное отделение, где заранее тщательно уложены ленты или гирлянды платков. Но платки у нас пока в другом месте.

– Так это не все?

– Ну вас же трое! Даша будет престидижитатором [72] и станет показывать карточные фокусы, а вы, барышни, станете иллюзионистками. Кто с каким предметом станет работать, уж сами решайте. А вот вам второй волшебный предмет. Цилиндр.

На столике появилась шляпа-цилиндр. Пустой, но маменька вдруг извлекла из него гирлянду платочков ярких расцветок.

– Здорово! – восхитилась Зиночка.

– А разве кроликов мы доставать не станем? – пошутила Саша. – Фокусники всегда кроликов достают из шляпы.

– Отчего не станем. Накрываем волшебную шляпу волшебным покрывалом, стучим, взмахиваем волшебной палочкой, убираем покрывало и достаем кролика.

Кролик оказался игрушечным, сшитым, а вернее, просто вырезанным из куска ткани, но нам всем понравилось. Но маменька сделала хитрое лицо и потянула кролика за уши вверх, за ним показался второй, а там и третий. Дюжина тряпичных кроликов тоже была сшита в гирлянду – уши нижнего пришивались к лапкам верхнего.

– Поначалу у нас был живой кролик, – сказала маменька. – Вот такусенький. Но он сбежал накануне выступления и его так и не нашли. Но и эти всем понравились, недаром мы их шили всю ночь. Итак, даю домашнее задание. Научиться укладывать реквизит в ящичек и в шляпу. Ну и доставать красиво. Обязательно пользоваться покрывалом и размахивать волшебной палочкой, без этого не волшебно и не красиво, пусть нужды в них никакой. В следующий раз станем отрабатывать всевозможные мелочи и детали, без которых потрясти публику не получится.

– Можно я цилиндр возьму? – спросила Зина.

– Мне самой хотелось шкатулку попросить, – согласилась Александра.

Вечером я несколько раз разговаривала по телефону.

Для начала позвонил Степан. Спрашивал, нет ли каких новых заданий и что слышно про нашу находку. Я пообещала завтра рассказать про находку, если сама что-то узнаю. Ну и насчет задания сообщить. Хотя задания у меня пока не было, но кто знает, не понадобится ли к завтрашнему дню помощь таких толковых сыщиков.

Следом раздался звонок от Осипа Ивановича:

– Дарья Владимировна, есть очень любопытные новости. Прямо скажу, неожиданные.

– Ох, не хочется мне неожиданностей, но что делать, слушаю вас.

– Кинжал, что был подкинут во двор дома Михаила Пушкина, измазан кровью. Скорее всего, кровью жертвы. Но при этом он не является орудием убийства.

– В самом деле, неожиданно и непонятно!

– Но это еще не все. На нем есть отпечатки пальцев. И пальцы эти не принадлежат Михаилу Пушкину.

– Ну, этого-то мы ожидали.

– Да, этого мы ожидали, хотя могло быть и так, что там будут его пальчики. Ведь кинжал ему принадлежал, и он его не раз брал в руки. И ежели преступники собирались подкинуть ложную улику, чтобы скомпрометировать именно его, и специально выпачкали кинжал в крови, не сохранив при этом отпечатки Михаила, то они совершили серьезный просчет. Как бы то ни было, но и следователь в не меньшей растерянности, чем я.

– И чем я.

– Уверен, что вы как раз придумаете всему объяснение. И я ему на этот раз поверю, даже если оно покажется мне фантастическим.

– Хорошо, если так случится, но нет у меня в том уверенности.

– Хорошо, подождем, посмотрим. Но это еще не все. У Никанора Андреевича тоже есть новости, но я предлагаю вам выслушать их из первых уст. Сможете завтра быть у меня к трем пополудни?

– Смогу.

Я решила, что, если будет нужда, расскажу завтра при встрече подробности моего сегодняшнего заполошного дня. А пока сообщила, что еще один толковый сыщик подключился к делу и что есть большие шансы и от него получить завтра интересные сведения.

Но мне этих сведений ждать до завтра не пришлось, потому что вскоре меня в третий раз за вечер позвали к телефонному аппарату:

– Добрый вечер, Дарья Владимировна. Штабс-ротмистр Ковалев. Извините, что в столь позднее время…

– Не столь и позднее, так что готова вас слушать, сколько нужно.

– Замечательно. Фролов обнаружил нечто любопытное и уверяет, что вы сумеете кое-что объяснить. И сам я после нашего сегодняшнего неординарного общения счел нужным с ним согласиться. Но лучше, если он вам все расскажет сам.

– Хорошо, только скажите, как его имя-отчество, а то неловко разговаривать будет.

– Передаю трубку Егору Григорьевичу.

– Вечер вам добрый, сударыня. Тут вот какое дело, я этого вашего неумеху и простофилю сегодня упустил. Опростоволосился, можно сказать.

– Не верю, Егор Григорьевич.

– Спасибо за веру в меня. Упустил я его, конечно, лишь на время, но и это меня обеспокоило. Он от вашего дома ушел уже затемно. Я за ним последовал, что было несложно. Довел голубчика до дверей Первой градской больницы. А вот там, внутри, и потерял на время.

– Там столько всяких коридоров и лестниц, что немудрено.

– Мудрено, сударыня, мудрено, если делаешь все правильно. Так я вроде правильно и делал. Но упустил. Если без подробностей, то довел он меня до такого места, откуда мимо меня выйти ему было невозможно. Но пропал, хоть я там все и осмотрел. И объявился почти час спустя, тоже нежданно.

– Это не мертвецкая была?

– Вот, я ж говорил, а господин штабс-ротмистр не верили. Точно сказали, рядом с мертвецкой все происходило.