Чтение онлайн

От внутренних мыслей его отвлекло шипение открывающейся двери. И увидев, кто является капитаном этого корабля, он обреченно вздохнул. С эмоциями тут не поиграешь.

В зал медленно вошел Магос, напоминающий огромного паука. Метра 4 ростом. Большая часть его тела была сокрыта под кроваво-красной робой и лишь его инкрустированная золотом маска, в углу которой поблескивал странный символ из примитивных сельскохозяйственных орудий, да восемь адамантиевых ног, что иногда показывались из-под его одеяния, давали смутное представление о его истинном облике.

С противоположного конца стола раздался чарующий голос Колетт де Моро: «Поприветствуем капитана! Молотов фон Майер! Лорд-Магос Стигии 8!».

Лорд-Магос.

Необычный титул.

Никита попытался вспомнить запутанную иерархию механикусов, но бросил это безнадежное занятие. Сейчас его взгляд был сосредоточен на механическом чудище, что с постамента возвышалось над ними подобно мрачным жрецам Эликзархии.

— Дорогие Друзья! Братья и сестры! , — да, даже начало одинаковое.

Никита еще раз оглядел зал, отмечая, что хоть гвардейцы и не упустили случая набить себе животы едой и вином, сам Инквизитор так и не притронулся к кубку, впрочем как и Салливан. Один лишь Фродо, да Клиф Брэдли сидели с покрасневшими лицами и смотрели на Магоса с откровенно скучающим выражением лица. На мгновение он почувствовал укол раздражения, что они позволили себе такой дипломатический выпад, но понимание ситуации пришло быстро.

Вся эта пирушка имела под собой конкретную цель. Чувства Магоса были расширены, и в то время, как люди наблюдали за ним, он наблюдал за ними, оценивая каждую реакцию. Обойти его датчики для нетренированного человека было просто невозможно. Он чувствовал испуг, гнев или ложь, читая человека как раскрытую книгу. На лету анализируя сердцебиение, теплоту тела, расширение зрачка. И если Салливан и Вэбер были достаточно натренированы, чтобы скрыть все внешние проявления, не говоря уже об эльдарской хитрости Эйлада, то Фродо и Клиф этим навыком не обладали и потому не скрывали ничего, решив сразу показать все карты и не плодить ненужных подозрений, благо что и скрывать им было нечего.

Магос продолжал: «Приветствую вас сыны императора и оберегаемые агнцы Омниссии! Сегодня судьба свела нас для великих свершений… наше дело примет любые жертвы, ибо оно велико и не терпит отлагательств…

„Никита вдруг почувствовал себя неуютно. Возникло пренеприятное чувство, будто за ним наблюдают. С неприязнью он понял, что источником психических эманаций является сам Магос.“

— Этот год, этот месяц, этот день, этот час, эта минута, эта секунда и эта микросекунда, станет знаменательной во всей истории культа Омниссии и… Человечества…

Максимилиан молча слушал и иногда кивал, пытаясь понять истинную цель их приёма. Меж тем Магос возвел руки вверх, и в неровном свете ламп, что имитировали огонь святых кузен, его фигура словно стала больше, заполонив собой все свободное помещение.

— Не побоюсь сказать, что конечная цель нашей миссии может привести к концу мрачной тьме и начать новую эпоху светлого будущего

При этих словах Вебер внутренне напрягся. Слишком часто ему приходилось слышать подобное от культистов, в борьбе с которыми он провел большую часть своей жизни. Правая рука привычно потянулась к болт-пистолету. Заметив это, Салливан медленно снял с предохранителя свой лазган.

Магос удостоил их лишь мимолетным взглядом: „Это не обязательно“.

Обстановка в зале, до этого весьма дружелюбная, вдруг резко изменилась. Большинство из свиты механикусов уже потянулось к оружию, когда Магос небрежным жестом руки остановил зарождающийся конфликт. „Наши гости всего лишь неправильно поняли нас“-ответил Магос спокойным, нейтральным голосом.

Вебер оценивающе посмотрел на него и вдруг громко засмеялся: „Прошу вас простить мне мои профессиональные привычки“.

Накаленность обстановки сошла на нет, и Никита легко вздохнул, поняв, что сегодня предотвратилась очередная потасовка между людьми. Пир продолжился.

Большинство гвардейцев даже не заметили каких-то перемен. А остальные лишь ухмыльнулись, приняв его за очередное дипломатический казус.

Юный псайкер все никак не мог понять, как такое вообще может происходить?!

Почему сыны императора даже смеют думать о борьбе с друг другом? Ведь в наш тяжелый век, человечество как никогда раньше, должно объединиться против общего врага!
– » глупы люди…« подумал он, когда Саливан нехотя, но все же положил винтовку на стол -» как такое вообще возможно…? Император защити!

Мы же так и без сил хаоса перебьем друг-друга!«.

Слева раздался негромкий голос Эйлада: „Вот так, из-за случайных слов и взаимного страха, и погибла когда-то Первая Людская Империя“.

***

Банкет продолжился куда как больше одного часа. Может сами механикусы были и не самыми лучшими дипломатами, но их дипломатический корпус оказался весьма занятным. А еда была на уровне праздничного стола какого-нибудь планетарного губернатора из преуспевающих миров. Салливан еще раз вспомнил о той роскошной женщине — их лидере. Интересно, у нее есть любовник на этом корабле? Конечно, представить себе ее с кем-то из техножрецов было странно, хотя он слышал и о таких случаях.

От подобного рода мыслей его отвлек Вебер, что мерно шел рядом с ним.

— Ты им доверяешь?

— Им? — казалось, что Салливан с трудом подавил смешок.- Кто им вообще может доверять? Только механикусы наверно. Да и то через раз.

— Мудрые слова, но если мы хотим выжить, то нужно учиться работать вместе. Просто помни, что мы можем поселиться на этом корабле на долгие десятилетия. И если мы вдруг дадим им повод для подозрений…

Салливан мгновенно стал серьезным: „Если будет нужно, то я встану с ними в одном строю, в бою доверю им прикрывать свою спину. Но никогда не доверюсь им в выборе дороги, по которой я иду в этой жизни“. Он еще немного помолчал и неуверенно добавил: » Ты знаешь, после того инцидента с посланником Карамазова, по кораблю ходили слухи. Самые разные. Что мы впали в ересь, связались с демонами. Был момент, когда я боялся выходить из своей каюты без брони и без заряженного лазгана«.

— Да, я знаю.

— Я так и думал. Я много беседовал с нашим эльдаром. Пытался найти ответы, понять, что мне делать. Святая Терра, это звучит странно, но в те минуты я смотрел на него как на духовника. Наверно из-за того, что он мог знать наверняка. И знаешь, что он сказал?

На мгновение взгляд инквизитора стал туманным: „Он сказал, что они наши друзья, но не сказал, что равноправные“.

— Именно. Пусть мы и в одном корыте, но доверять я им буду не больше, чем солдат генералу. Никогда не знаешь, когда тобой решат пожертвовать ради большего блага.

Они остановились возле ряда стальных дверей. Каюты, что им выделили, были маленькими, намного меньше, чем они привыкли на своем корабле и, после роскошного зала для приема гостей, контраст смотрелся особенно заметно.

— Убого, — в голосе Салливана появилось разочарование.

— Терпи аколит, инквизитором будешь.

Теперь, когда формальное рукопожатие закончилось, можно было спокойно сесть и подумать над будущим. Их ситуация все также продолжала быть аховой.