Чтение онлайн

– Зачем ты это сделал?
– не сдержалась я.

– Я говорил, она хотела увести тебя, хотела разлучить нас. Чего мне только стоило убедить старика, что ты нам нужна. Подумай только, он хотел выкинуть тебя вместе с мамашей.

– Мой отец, кто он?

– Надер? Драконий выродок, наёмник с севера, - Юнор отмахнулся.
– Он никто: ни рода, ни земли.

– Дракон, - повторила я.
– Его тоже убил ты?

– Конечно, любовь моя. Он думал, что я всего лишь мальчишка. Как он удивился, когда я всадил ему нож между лопаток.

Я еле сдерживала слёзы. В спину ударил, тварь! Богиня, как же я хотела сейчас сжать ладони на его горле. Первый раз за всю жизнь я желала кому-то смерти.

– Г устов знал?
– выдохнула я, боясь услышать ответ.

– Мой брат? Нет, конечно. Куда ему, дураку, - скрипящий смех заставил меня вздрогнуть и выдохнуть с некоторым облегчением. Густов не замешан в этом.

– Значит, он не знал, - шепнула я.

– Он тюфяк. Слишком много в нём от человека и так мало зверя. Но не будем о нём. Я так долго ждал тебя. Столько раз представлял, как возьму.

Дёрнув за плечо, Юнор повалил меня на спину и тут же накрыл собой.

Жадные губы впились в мою шею, грубо кусая. Всхлипывая, я запрокинула голову и потянулась к тяжёлому котелку. В голове была только одна мысль - убить.

Отомстить ему за всё.

Вся моя злость и боль сосредоточились в одном мужчине.

Но я не могла достать котелок.

Больно оперевшись коленом в моё бедро, Юнор рванул ворот платья. Материя впилась в мою кожу, не желая быть разорванной. Он снова потянул руками в разные стороны. Взвизгнув от боли, услышала характерный треск ткани.

– Мы будем вместе, любовь моя. Ты будешь стонать подо мной. Пресмыкаться! Уперевшись пятками в землю, я пыталась подтянуться повыше.

Что-то метнулось чёрной тенью на спину моему ненавистному мучителю.

Зарычав, Юнор соскочил с меня, пытаясь дотянуться до Мрака. Этого времени мне хватило, чтобы одним рывком схватить котелок. Поднявшись на ноги, я оказалась стоять за спиной одержимого волка. Он, не отрываясь, смотрел вперёд на призрак красивого статного мужчины. Дух же улыбался, глядя сквозь Юнора на меня.

– Давай, доченька, самое время, - услышав его слова, не раздумывая, размахнулась и приложилась котелком по голове братцу. А после, для верности, ещё добавила и ещё.

– Молодец, солнышко, горжусь - призрак подёрнулся и передо мной снова стоял обычный старый кот, только его глаза ярко горели голубым.

Глава 67 Розанна

Испуганно разглядывая взъерошенного Мрака, услышала доносившийся с пола протяжный нечеловеческий стон. Юнор оказался весьма силён: он медленно перевоплощался. Лицо заострялось, превращаясь в морду волка. Со стороны это выглядело ужасающе. Щёки покрывал редкий мех, надбровные дуги становились всё отчётливее, брови разрастались.

Юнор был отвратителен в своём втором лице.

Его вид заставил меня передёрнуть плечами.

Замахнувшись, я снова приложилась котелком об эго голову.

– Это за маму, - прошептала скорее себе.

Мужчина глухо застонал, но не желал впадать в глубокое беспамятство. Испытывала ли я сострадание? Нет. Мне совсем было его не жаль. Что-то во мне сломалось: наверное, моя наивность лопнула как мыльный пузырь.

"Мяу" - родной пусть и кошачий голос вывел меня из странного оцепенения.

Тяжело вздохнув, покосилась на Мрака. Он стоял у входа в палатку и выглядывал наружу. Я теперь и не знала, как правильно к нему относиться. В голове не укладывалось, что в этом мелком пушистом проныре душа моего отца.

Получается, он всегда был рядом со мной. Каждый день.

– Папа, - Мрак обернулся, по моей щеке скатились слёзы.
– Это ведь правда ты? Мне не показалось?

Мрак моргнул яркими голубыми глазами и сел.

– Ты ведь не уйдёшь теперь?
– допытывалась я.

Мне вдруг стало страшно, обретя, вновь его потерять.

Кот моргнул, и по стене палатки поползла огромная тень. Передо мной снова стоял призрак мужчины. Как я понимала матушку: статный красавец, смоляные волосы, светлые добрые голубые глаза. Как она смогла отказать ему и выйти за Огора?! Если бы она не испугалась своей любви, какая жизнь счастливая у нас могла бы быть. Плача, я осознавала, что даже не могу обнять отца. Он дух.

Закрыв лицо руками, попыталась успокоиться.

У меня могла бы быть счастливая семья. Мама бы осталась жива. Папа... у меня всё это время был папа.

– Я всегда буду с тобой, моя девочка, не плачь, - прошептал призрак.
– Даже смерть не заставит меня отказаться от тебя. Я не смог защитить при жизни, но сделаю это сейчас, моя Розанна. Ты у меня молодец, так похожа на маму. Прости уж нас, ты виноваты перед тобой. Сломали не только свои жизни, но и твою.

– Нет, - я покачала головой.
– В этих своих бедах виновата только я. Слишком наивная. Мне в лицо говорили, какая я глупая, доверчивая. А я не слушала.

Призрак приблизился и протянул руку, легко касаясь моих волос.

– Не стоит винить себя в том, что добра. Что любишь своих близких и не желаешь видеть в них врагов. Разве плохо то, что твоё сердце способно сострадать и любить?

Шмыгнув носом, я подняла на него взгляд.

Призрачная рука скользнула по моей щеке поглаживая. Отец улыбался.

– Я не увидела одержимого в Юноре, папа, настолько слепа. Я подвела и себя, и Кнесе.

– Нет, Розанна, не надо взваливать на себя чужую вину. Кнесе, эта милая молодая женщина, просто хочет быть счастливой. Она нашла силы поверить снова, да только не тому. Признаться, тут я подвёл тебя, ведь знал, что нужно возвращаться в замок, а не мчаться на помощь ей. Но кем бы я был, если бы оставил её одну в лапах одержимого.

– Ты знал, что нас поймают?
– поняла я.

– У меня было несколько мгновений, чтобы решить, как быть. Отдать её в его лапы, или попытаться спасти.

– Ты поступил правильно, - шепнула я.

– Я знаю, одна она бы не справилась, а ты очень сильная, Розанна. Истинная сила ведьмы она ведь не в способности корешки из-под земли доставать да веточки двигать. Она в ваших сердцах, в ваших душах. Вы можете одним словом подарить надежду, вселить любовь и веру в лучшее. Излечить душу израненную и тело. Ты девочкой была, а уже травки с любовью простым деревенским жителям запаривала, да настои делала. В каждом отваре крупинка твоей силы. Оглядись вокруг, как сильно тебя любят кухарки да прачки. Вспомни Харду, ведь сердце её в клочья разорвано было, а с тобой пожила и отошла женщина. Отогрела ты её. И пусть она грубит и бывает неласкова, но ведь любит же тебя, как мать за тобой присматривает, уму разуму пытается научить.