Чтение онлайн

– Значит, надо было оставить ее в Лондоне с Джеффри.

– Глупости, – фыркнула Рейчел. – Элисон всегда ездит и будет ездить со мной.

– Только с моего разрешения! – угрожающе прорычал он и наклонился к ней: – Если ты еще хоть раз выкинешь подобную глупость, я лишу тебя права заботиться о ней. И на случай, если ты сомневаешься в серьезности моих намерений, позволь заверить тебя, что я подниму скандал, который будет сотрясать высший свет не один год, ты никогда не оправишься.

Когда он стоял так близко, она ощущала запах его кожи, и от томительного желания, зарождающегося в животе, ноги подкашивались, а пульс лихорадочно колотился в ушах. Сколько еще Ричард будет продолжать притворяться? Сколько будет делать вид, что Рейчел безразлична ему?

– Ты не посмеешь, – парировала она, испытывая непреодолимое желание приложить ладонь к его щеке, провести языком по губам, погладить горячее и твердое мужское тело. Рейчел сглотнула. – А как же твоя драгоценная Элисон?

– Ничто не доставит мне большего удовольствия, чем прокричать всему миру, что она моя. Тогда я получу двойную выгоду, ибо заодно освобожусь от тебя.

Рейчел бросила взгляд на Ли, чтобы посмотреть, слышала ли она его слова, но глупая девка отошла в дальний конец комнаты, без сомнения, чтобы дать им поговорить наедине.

Рейчел глубоко вздохнула, не зная, как именно ответить, до какого предела можно надавить на Ричарда. От необходимости ответа ее избавил Харрис, который вошел в комнату и приблизился к Ричарду.

– Прибыл мистер Эндерсон с Боу-стрит, Ваша светлость! Он ждет вас в вашем кабинете, – сказал дворецкий.

– Отлично. Сейчас подойду.

Хоть сердце Рейчел и колотилось как безумное, а дыхание участилось, она призвала на помощь годы тренировки и придала лицу и даже голосу безмятежность.

– Зачем тебе понадобился сыщик?

– По одному делу, касающемуся бизнеса, – ответил Ричард, но Рейчел по глазам видела, что он лжет. Зачем он нанял сыщика с Боу-стрит? Неужели она допустила какую-то ошибку? Ричард что-то подозревает? Это невозможно. Слишком много времени прошло.

По прошествии такого срока невозможно отыскать никаких доказательств.

Ричард пробормотал что-то своей жене и вышел. Рейчел послушала удаляющиеся по коридору шаги, прежде чем приблизиться к Ли, которая безмятежно наблюдала за ней, явно не сознавая опасности.

Ли сложила руки на своем выпирающем животе. Рейчел проследила за этим движением, затем с усилием перевела взгляд в окно, на лужайку, окаймленную деревьями. Куда угодно, лишь бы не думать об этом ребенке.

– Значит, ты помирилась со своим мужем, да? А он, случайно, не упоминал…

– Остановись, – прервала ее Ли, вскидывая руку. – Если ты надеешься изумить меня, заявив, что Элисон – дочь Ричарда, то не утруждайся. Мне известна эта грязная история, и знаешь, мне жаль тебя. Так отчаянно желать заполучить назад мужчину, которого ты бросила, что забраться к нему в постель, Когда он был пьян до бесчувствия… Ты погубила его жизнь и опозорила его брата.

«Она жалеет меня?» Безмозглая дурочка. Рейчел чуть не рассмеялась.

– Все эти месяцы мы были вместе. Он тебе не рассказывал? – Она наклонилась к Ли, понизила голос: – Вижу, что нет. Это меня он желал и меня имел. Он был горячим, тяжелым и огромным. Он брал и брал меня в твоей постели в лондонском доме. – Рейчел многозначительно взглянула на живот Ли. – Если б он не узнал, что ты понесла, мы бы все еще были вместе. Похоже, в конце концов, он выиграл сделку с твоим отцом.

Ли покачала головой:

– Мне правда очень жаль тебя.

– Побереги свою жалость для себя, – огрызнулась Рейчел, – он любит меня и всегда будет любить. У нас общее прошлое. Общая история.

Ли улыбнулась:

– Хочешь знать, что самое забавное в этом прошлом? Оно прошло. Закончено. Мертво. А настоящее и будущее еще предстоит написать. Возможно, у тебя общее с Ричардом прошлое… – она провела рукой по животу, – но мы – его будущее.

«Наглая дрянь!» – Рейчел взглянула на буфет, увидела нож с резной рукояткой, лежащий на доске для нарезки хлеба. Пальцы так и чесались схватить его и вонзать снова и снова прямо в пузо этой бесстыжей девки. Но Рейчел сдержала порыв. Ей надо подумать! А потом вернулся Ричард. Не обращая внимания на Рейчел, он подошел к Ли, взял ее руки и прижал к губам.

– Кое-что произошло, – сказал он. – Мне нужно уехать.

Она сжала его пальцы.

– Что-нибудь с Джеффри? С ним все в порядке?

Он поцеловал тыльную сторону ее ладоней, задержавшись на костяшках пальцев. Рейчел думала, ее стошнит.

– Ничего такого, о чем стоило бы беспокоиться, любовь моя. Просто кое-какие дела. Однако мне было бы спокойнее, если б я смог отложить свой отъезд до выздоровления Элисон.

– Не волнуйся об Элисон, – сказала Ли. – Я прослежу, чтобы о ней хорошо заботились.

– Вы забыли, что у нее есть мать, – с приторной слащавостью вмешалась Рейчел. – Поезжай, Ричард. Ты же знаешь, я никогда не допущу, чтобы с твоей дочерью что-нибудь случи лось.

Оставив без ответа ее колкость, он заключил жену в объятия и поцеловал так неистово и горячо, что Рейчел захотелось опрокинуть ему на голову кувшин с водой.

Не в силах видеть мужчину, которого она любит, в объятиях другой женщины, но решительно настроенная не показывать этого, Рейчел развернулась и с ледяным достоинством удалилась.

– Дядя Ричард дома! – закричала Элисон, вбегая в малиновую гостиную. Щечки ее раскраснелись от бега по лестнице, кудри выбились из косичек. Ли встала и прошла за ней к окну. Элисон указала на длинную подъездную аллею, обсаженную деревьями. Спустя несколько мгновений на ней показалась карета. – Вот видишь. Я же говорила тебе.

– Правда говорила. – Ли засмеялась, обняв Элисон за плечи, но улыбка быстро пропала, спазм сжал низ живота. Ли сделала глубокий вдох, стараясь, чтобы боль не отразилась у нее на лице. Вытерев рукой лоб, удивилась, что он влажный от испарины.

Ли думала, что у нее в запасе еще месяц, но этим утром повитуха сказала, что едва ли ребенок будет ждать долго.

Повитуха заверила, что бояться нечего, что некоторые дети рождаются на несколько недель раньше срока, а некоторые – позже. Ли пыталась успокаивать себя этим, но все равно боялась.

Она была рада, что Ричард вернулся. Прошло две долгих недели с тех пор, как он уехал, и Ли уже начала бояться, что он пропустит роды. Ей хотелось, чтобы он был с ней, когда придет время. Не то чтобы он мог помочь ей, но уже одна мысль о том, что он рядом, будет для нее утешением. Теперь она хорошо его понимала. У нее болела душа за его одинокое детство с холодными и неприступными родителями. Болела душа за горечь предательства Рейчел, которую он любил. Но больше всего душа болела из-за тех мук, которые он выстрадал, поневоле предав брата, и чувства вины, которое терзало Ричарда много лет.