Чтение онлайн

Иду на кухню, набираю в стакан воды и возвращаюсь к Дане.

— Вот, выпей, — приподнимая его голову, говорю.

Малыш послушно выпивает таблетку.

— А где папа? — спрашивает он.

А и правда, где? Ах, ну да, сказал же, что за лекарствами поедет.

— Он скоро приедет, не волнуйся, — успокаиваю ребенка.

— Это хорошо, — шепчет Данька. — Я ему еще открытку не подарил.

Открытку? Малыш, тебе бы выздороветь для начала. А потом уже про открытку думать. Но вслух я, конечно этого не скажу. Сама же вижу, как все, связанное с отцом, для него важно. Я просто не могу все сломать.

— Не переживай, успеешь еще подарить. А сейчас тебе поспать надо.

Он закрывает глаза и быстро засыпает. А я сижу рядом и наблюдаю, как вспотел его лоб, а потом и носик. Это таблетка начала действовать, вот и температура уже спадает.

Очнулась только от глухого хлопка входной двери. Резко оборачиваюсь.

Мой новый знакомый стоит рядом с пакетом лекарств.

— Вот, — протягивает мне медикаменты. — Дай лист бумаги и ручку, я напишу, когда и что принимать.

Я послушно встаю и подаю ему лист бумаги и ручку.

— Спасибо, — говорю тихо.

Он тут же поднимает на меня взгляд, внимательно вглядывается в мое лицо, будто хочет прочитать в нем что-то для себя важное. От этого взгляда мне снова становится не по себе, ведь я знаю, что не смогу толком отблагодарить его.

Неделю я ездил к Анжелике с Даней. И повод ведь нашелся, и мне этого дико хотелось. Приятно ощущать себя нужным. И, даже в те дни, когда я работал допоздна, старался приехать, пусть даже ночью. Лика не возражала. Понимает ли она, что тем самым дает мне надежду? Очень на это надеюсь.

Я не святой, и никогда им не был. И я уже решил, что Лика будет моей. Она привыкнет, а потом привяжется. Очень на это надеюсь, я ведь не садист. Она просто должна быть моей и точка. Потому, что без ее фиалковых глаз и мягкого голоса я уже просто не смогу.

В том, что Лика боится начинать отношения, я убедился почти сразу же. Она шарахалась от меня, стоило нам остаться наедине. Как забитый котенок, которого кто-то очень сильно обидел. Не в пример другим женщинам, которые без церемоний себя предлагают.

Лика, кажется, совсем не волновалась о том, какое впечатление производит на мужчин. Постоянные джинсы и майка ни разу она не заменила чем-то более женственным и изысканным. Мне даже стало казаться, что она бы с великой радостью надела на себя паранджу. Ведь так ее было бы вообще не видно. Такое поведение девушки отпугивало возможных кавалеров, что, к слову, мне только на руку. Вот только, как вывести ее из этого состояния?

Каждый день она извинялась, что не может пока приступить к работе. Будто она виновата в болезни ребенка?

Думает, что мне это важно? Вот глупая. Я отмахивался, каждый раз отвечая, что в этом нет ничего страшного. А сам тихо радовался, что могу видеть ее каждый день.

К Даньке я по-настоящему привязался. Даже странно стало, что когда-то переживал от того, что не смогу полюбить чужого ребенка. Такого, как Данька, очень легко и просто любить. Он забавный, немного наивный и смешной. Но при этом очень любознательный. Почему-то раньше я думал, что дети глупы и не имеют собственного мнения. Как же сильно я ошибался! Дети очень много думают, из всего делая свои выводы. И очень часто те простые доводы, которые приводил Даня, пугали своей логичностью.

Пацан тоже ко мне привязался, как мне кажется. Впрочем, он этого и не скрывает. Но вот только Анжелика иногда упрямо хмурится, когда Даня меня называет папой. Она, конечно, не в восторге от такого развития событий. Но потакает мальчишке во всем, чем я и пользуюсь.

Сегодня, спустя две недели с того дня, как она стала приезжать ко мне убираться, я хочу вернуться пораньше. В тот момент, когда она не будет ждать моего возвращения. Ведь Лика каждый раз старается уйти до моего возвращения с работы, или сбегает, как только я появляюсь на пороге. Честное слово, в жизни не встречал таких пуганных девушек. И как сделать так, чтобы она перестала шарахаться от меня? Вот, придумал схитрить и нагрянуть неожиданно домой.

С одной стороны, я, конечно, достигну цели, и она не сможет сразу сбежать. А с другой… черт, я ведь могу так напугать ее еще больше.

Поднимаюсь на лифте и замираю у двери. Может, постучать в двери? Но, разве это правильно — стучать в свою собственную квартиру? Нет, конечно, это глупо. Да и раньше я никогда не стучал. Открываю двери и захожу внутрь.

В квартире тихо, девушки не видно. Странно. Может, не пришла сегодня? Почему тогда не предупредила? Как-то не похоже на нее это, она девчонка ответственная, а тут прогул. А может, опять что-то с ребенком? Если Даня опять заболел, то почему она не позвонила? Я ведь просил звонить, если нужна помощь.

Медленно я прохожу в гостиную, заглядываю на кухню. Пусто.

Очень странно.

В ванной тоже никого. Иду в спальню и замираю на пороге.

Лика, надев наушники от музыкального центра, пританцовывает в такт музыке. Красиво выгибаясь, она повторяет, только ей слышные, ноты. Она не замечает меня. Поэтому не робеет и не стесняется. Накручивая бедрами восьмерку, девушка плавно вырисовывает руками пластичный танец.

Увиденное настолько неожиданно, что какое-то время я просто стою на пороге, не зная, как поступить дальше. Боюсь ее спугнуть и хочу прикоснуться одновременно.

Тихо, по-кошачьи, я подхожу к ней сзади. В нос ударяет запах ее волос, а в голове моей вихрь эмоций рождает такие фантазии, которые напугали бы и не такую робкую, как Лика, девушку. От ее тела исходит жар, который я так близко могу почувствовать. Стоять так близко и даже не прикоснуться — это невыносимо и жестоко. Не выдержав схватку с самим собой, опускаю ладони ей на талию.

Она не реагирует, продолжая двигать бедрами. Ей все равно? Или ей это нравится? Мозг поплыл окончательно. Наклоняюсь к пульсирующей венке на тонкой шее и впиваюсь в нее губами. Лика замирает. И я почти тут же чувствую, как напряглись ее мышцы под моими пальцами. Резко разворачиваю ее к себе лицом, заглядываю в глаза.

Ее фиалковые глаза горят диким желанием. И от этого я ощутил себя самым счастливым мужчиной на свете. Но этот миг быстро сменяется удивлением и страхом. Будто осознав, что сейчас произошло, она отходит на шаг назад и напряженно на меня смотрит.

— Извините…, — бормочет девушка, — я больше так не буду. Я ничего не сломала, можете проверить…

Что?

Мысли поплыли, и я не сразу понимаю, что говорит она про музыкальный центр, который, по ее мнению, она не должна была трогать.