Чтение онлайн

Отрываюсь от ее губ и грубо толкаю, заставляя упасть на диван. Она снова взвизгивает, но не протестует. Как всегда, позволяет мне делать с ней, что захочу. Я быстро стягиваю с нее кружевные трусики. Запускаю руку между ног, грубо надавливая на клитор. Привычно податливая плоть отзывается вмиг обильной влагой.

Вовремя вспомнив о предосторожности, тянусь второй рукой к комоду. В верхнем ящике пачка презервативов, я закинул их туда на всякий случай. Таким внезапным визитом Аленка балует меня не впервые. Нащупав целлофановый пакетик, достаю его из ящика, срываю обертку.

— Можем без резинки, я пью таблетки, — шепчет хрипло Алена.

— Молчи, — шикаю на нее, раскатывая резинку по члену. — Тебе слова не давали.

Она закрывает глаза. Раздвигаю ей ноги и вклиниваюсь между ними. Вхожу одним резким толчком, сразу до упора. Аленка вскрикивает, немного жалобно стонет. Может, перегнул?

— Больно? — спрашиваю.

— Нормально, — жмурится она, потом снова расслабляется.

Теперь уже аккуратнее, начинаю двигаться, постепенно наращивая темп. Аленкино тело я знаю, как свои пальцев, и легко угадываю момент, когда нужно ускориться. Оргазм настигает ее всего за пару секунд до того, как моя выдержка даст сбой. Мы кончаем почти одновременно, что бывает крайне редко.

Сползаю с нее на пол, потому что на диване слишком мало места для нас обоих. Развалившись на полу, я пытаюсь успокоить сбившиеся дыхание.

— Ты грубиян, Панарин, — выдает она хрипло с дивана.

— Я думал, тебе нравится, — отзываюсь осипшим голосом.

Она тихонько хохочет, а потом сползает с дивана и укладывается мне на грудь. Терпеть не могу, когда она это делает, но всегда молча терплю. Я уже знаю, что это продлится недолго. Ведь, если есть что-то, что Аленка любит больше секса, так это сигарета, выкуренная после этого секса.

Вот и сейчас она встает и, не смущаясь своей наготы, идет по комнате. Находит свою сумочку и достает пачку сигарет и зажигалку. Я не смотрю на нее, но знаю, что сейчас она чиркнет зажигалкой, прикуривая. И, судя по звукам, именно это и происходит.

Медленно поднимаюсь с пола, натягиваю брюки. Аленка подходит к окну. В неярком освещении за тонкой занавеской из соседнего окна можно разглядеть очертания ее обнаженного тела. Затягивается и выдыхает дым в приоткрытое окно. Когда я увидел это впервые, то подумал, что ничего более вульгарного я еще не наблюдал. Но потом просто привык и смирился с этим ее ритуалом.

— Алён, а ты не знаешь, что можно подарить мальчику лет пяти-шести?

Она резко оборачивается и удивленно смотрит на меня.

— Зачем тебе? — спрашивает она, как-то быстро и неожиданно забывая про сигарету.

— Да так. В гости меня пригласили, — отмахиваюсь от ее вопроса.

— Понятия не имею, — выдыхает она. Поворачивается снова к окну и выбрасывает окурок, даже не затушив.

Отходит от окна и снова подходит ко мне. От нее пахнет дорогими сигаретами, привычно вкусный запах. Она проводит ноготком по моей груди, заглядывает в глаза, всем видом показывая, что хочет продолжения. Вот только у меня другие планы.

— Слушай, мне нужно лечь пораньше. Давай я вызову тебе такси, — обламываю ее планы на корню. Знаю, что она не в восторге от такого поворота событий. Но Аленка тем и хороша, что она никогда не устраивает сцен и не изображает из себя обиженную гордость.

— Сама вызову, — говорит она, наклоняясь за трусиками, которые все еще валяются на полу.

Быстро одевается и выходит из квартиры, бросив напоследок:

— До встречи.

Закрыв за ней двери, я вспоминаю про свой кофе, который давно остыл. Вот так «добрый вечер». Выливаю недопитый напиток в раковину и мою кружку. А потом иду в спальню и заваливаюсь на кровать, почти тут же засыпая.

На следующий день я изучаю ассортимент детского магазина игрушек. Надо ли говорить, что я в этом ничего не понимаю? Когда мне в детстве подарили машинку на радиоуправлении, я был на седьмом небе от счастья. Но теперь спектр вариантов, не считая той самой машинки, значительно расширился. Глаза разбегаются от этого пестрого многообразия. И совершенно не понятно, что с этим делать.

— Девушка, вы не могли бы мне помочь? — подзываю молоденькую продавщицу.

— Да, конечно, — подходит она ко мне. — Что вас интересует?

— Подскажите, что купить мальчику лет пяти-шести.

Она быстро окидывает взглядом сначала меня, оценивая платежеспособность, потом стеллаж с игрушками.

— Вот новинка, — протягивает мне какой-то конструктор. Я кручу его в руках, не понимая, что в нем такого интересного.

— Все сейчас берут, — добавляет продавец.

Все берут, а как по мне, так ерунда какая-то. Либо я — не все, либо девчонка врет.

— А машинки на радиоуправлении есть? — спрашиваю, возвращая новинку на место.

— Есть, пойдемте покажу.

Она идет к нужному стеллажу, а я покорно следую за ней.

Стоило подойти, как в глазах снова зарябило. Конечно, в моем детстве и близко такого разнообразия не было. Я просматриваю машинки в надежде, что взгляд сам зацепится за что-то интересное. Так и вышло. Машинка скорой помощи показалась и ближе, и надежнее.

— Я возьму вот эту, — снимаю с полки находку.

— Хорошо, — отзывается девушка-продавец, явно обрадованная тем, что ее помощь больше не нужна. — Проходите на кассу.

Оплачиваю покупку и иду к выходу из торгового центра. И, как это обычно бывает, на самом проходном месте расположена витрина с украшениями.

В любой другой день я прошел бы мимо. Но сегодня все не так, как обычно. Поэтому подхожу к витрине, чтобы рассмотреть все поближе. Особенно вот это колечко из белого золота. Маленькое, аккуратное. И будет хорошо смотреться на пальчике Анжелики. Эх, что-то я тороплю события. Наверное, рановато для кольца еще. Мне бы хоть повод для своего сегодняшнего визита придумать.

Резко разворачиваюсь к выходу и, не давая себе шанса передумать, быстро иду к машине. Купленную машинку кладу на переднее сидение рядом с собой. Эх, и как ей объяснить, зачем я ее купил?

В последнее время мое поведение вообще трудно назвать логичным. Особенно, если речь идет об одной малышке, которая все время стоит перед глазами. Даже ночью мне снится. Машина гладко плывет по дороге, а у меня все мысли только об Анжелике. О ее фиалковых глазах. Немножко испуганных, но таких ангельски чистых. Никогда не видел подобных.