Чтение онлайн

Он решительным шагом направился в сторону взбесившейся реки, потом перешёл на бег, подгоняемый нетерпением.

Люди на берегу кричали, плакали дети. Там явно что-то случилось. Неужели кто-то погиб? И могло ли это случиться по вине одной из них? Только женщины хасуры обладали достаточной силой, чтобы вот так легко управлять стихией.

Малини — мелькнула первая мысль, но Ватаур тотчас её отогнал. Это не могла быть она. Его любимая практически не обладала даром. После поступка её матери Малини достались лишь жалкие крохи родовой силы.

Но кто ещё мог явиться в глухую деревню и с какой целью устроил тут акцию устрашения? Кажется, у местных не было проблем с выплатой дани. Или он чего-то не знает?

Гадать можно было до бесконечности. Река тем временем вернулась в своё русло, а люди, образовали круг и напряжённо за чем-то наблюдали.

«Да что там творится?» — вознегодовал Ватаур, пробиваясь сквозь толпу.

Окинув быстрым взглядом, открывшуюся его взору картину, Ватаур моментально всё понял. Мать спасала утонувшего ребёнка, причём это ей удалось, судя по тихому плачу темноволосой малышки. Проблема заключалась в том, что эта женщина являлась местной жительницей, а потому не могла обладать даром подчинять стихии.

Ватаур продолжил озираться по сторонам. Его внимание привлекла девочка в голубом платье, неподвижно лежащая на траве. Что-то в ней было неправильно. Как и в поведении людей, не спешащих ребёнку на помощь.

Неужто она мертва?

Сердце Ватаура тревожно ёкнуло. Он сделал шаг, другой и опустился перед малышкой на колени.

Но стоило ему хорошенько её рассмотреть, как он не смог удержаться от ругательства: девочка не была человеком. Сомнений быть не могло, в ней текла кровь хасуров, причём очень сильная кровь. Пожалуй, он никогда в жизни не сталкивался таким мощным потенциалом. Совсем ведь кроха, а смогла управлять рекой. Да к тому же удерживала её чересчур долго, оттого и свалилась без сил, глупышка.

Ватаур протянул руку и убрал с лица девочки светлую прядь. Его прикосновение привело малышку в чувство. Она открыла глаза, а Ватаур с ужасом и неверием отшатнулся. На него смотрела Малини, вернее уменьшенная копия его любимой.

Аскила ещё бы долго прижимала Виллану к груди, но малышка вдруг начала вырываться. Она тихо сопела и упорно выворачивалась из материнских объятий. А когда оказалась на земле, неверной походкой направилась к тому месту, где лежала Лариника.

— Она моя, — заявила недавняя утопленница сорванным голосом и заслонила собой Ларинику от незнакомого мужчины, протягивающего руки к её сестре. Этот взгляд Вилланы знали все её родные. Он означал крайнюю степень упёртости. Бровки нахмурены, лицо немного опущено вниз, того и гляди начнёт бодаться, как годовалый бычок.

Ватаура сразу же отпустило. Вид решительно настроенной малышки сильно его позабавил. Он даже позволил себе улыбнуться краешком губ, чего не делал очень давно.

— Значит, её зовут Лариника, — то ли спросил, то ли просто высказал мысли вслух Ватаур.

Виллана насупилась ещё больше и сложила ручки на груди. Несколько материнских шлепков не смогли искоренить в ней собственнические чувства, особенно в отношении сестры. А этот незнакомец смотрел на Ларинику так, словно собирался забрать её себе. Второй раз за сегодня Виллана повела себя необычно. Боязнь потерять сестру оказалась сильнее страха за себя любимую, к тому же, спиной она ощущала материнскую поддержку.

— Мама! — закричала Виллана во весь голос, едва только вспомнила о матери, а потом снова зашлась в кашле, так как слишком переусердствовала, призывая родительницу на помощь.

Аскилу и звать не нужно было, она и без того стояла у дочери за спиной и с опаской смотрела на Ватаура. Взрослая женщина, в отличие от ребёнка, сразу же обратила внимание на внешнее сходство чужака с её приёмной дочерью. Не то, чтобы они были очень похожи, но бледная кожа и голубые глаза в их деревне являлись редкостью. Не исключено, что Лариника из тех же краёв, что и Ватаур. А ей это раньше и в голову не приходило. Быть может, он даже знает людей, у которых пропала дочь. Хотя, вряд ли. Ведь чужак появился у них задолго до Лариники. Её в ту пору ещё и на свете не было.

Лариника тем временем не отрывала взгляда от незнакомца. По её лицу было трудно понять, какие чувства она испытывает. Однако внимательный наблюдатель уловил бы в её глазах любопытство и толику симпатии.

Мужчина был высоким и сильным, но не жестоким. Виллану с её дерзостью не обругал и не обидел, хотя легко мог поставить зарвавшуюся девчонку на место. И заодно высказать Аскиле за плохое воспитание дочери. Но ничего этого он не сделал. Казалось, его ничто не волновало, кроме самой Лариники.

А ещё у него были странные льдисто-голубые глаза и бледная кожа. Он так сильно выделялся из толпы, что сомнений быть не могло — этот мужчина здесь такой же чужак, как и она.

В груди Лариники затеплилась надежда. Она-то думала, что угодила в отсталый мир с первобытнообщинным строем, а этот мужчина выглядел так, словно попал сюда из эпохи капитализма. Она даже заметила у него на груди серебряную цепочку, предположительно от карманных часов. На поясе незнакомца висел настоящий кинжал в ножнах, качеством исполнения многократно превосходящий те охотничьи ножи, что имелись у отца и братьев Лариники. А ведь Валх с сыновьями считали, что их оружию нет равного, и страшно им гордились.

Про одежду мужчины и говорить не стоит. Слишком дорогой материал, сложный крой и вычурная отделка. Такого в их деревне точно не шьют. Достаточно посмотреть на толпящихся вокруг людей, чтобы убедиться в правильности своих догадок.

По всему видно, что мужчина не бедствует, но почему-то предпочитает отсиживаться в этой глуши, вместо того, чтобы вернуться туда, откуда пришёл. Беглый преступник? Странствующий философ? Это ещё только предстояло выяснить, но Лариника не торопилась. Ей всего то исполнилось шесть лет. Без родительской опеки она мало что может. Да и по достижении совершеннолетия ей не помешает поддержка семьи. Девушку ведь каждый может обидеть, особенно если за неё некому заступиться.

Аскила словно услышала её мысли, шагнула вперёд и склонилась к Ларинике.

— Идём-ка, дочка, домой. Хватит вам с сестрой на сегодня. Нагулялись, поди.

— Постойте, — спохватился Ватаур, когда Аскила взяла обеих дочерей за руки и повела их к воротам. — Нам нужно поговорить. Это важно.

Удивление жителей деревни достигло предела. Никогда прежде чужак не выражал желания с кем-то поговорить. Видать, сильно девчонка его зацепила. Ишь, как засуетился. За Аскилой припустил едва ли не бегом.

Остальным свидетелям происшествия тоже хотелось бы выведать побольше. Но Аскила будет держать язык за зубами, а к чужаку так и вовсе не стоит подходить с расспросами, всё одно без толку.

— Муж вернётся после полудня, тогда милости просим, — не стала упрямиться Аскила.

Ватаур кивнул в знак согласия и зашагал своей дорогой, погружённый в какие-то мысли.

Народ ещё долго не расходился. Не каждый день в деревне чудеса творятся, да ещё такие. Начало представления застали не многие, но как река поднялась до небес, видели практически все жители деревни. Переполох поднялся такой, что и глухой бы услышал. На фоне этого спасение Вилланы не произвело должного впечатления. Никто толком и не понял, что малышка практически была мертва. Решили, что просто наглоталась воды. Такое часто случается с ребятишками. А то, что сердечко у неё не билось, знали только Аскила и Лариника, но они этим знанием делиться не стали.