Чтение онлайн

– Ты цела?

Я кивнула, подняла руки, провела ему по щеке.

“Я ведь люблю тебя!” - мысль обожгла меня, как вспышка.

Слёзы потекли из глаз. Макс расценил этот жест по-своему. Сжал и поцеловал мне руку.

– Успокойся, Михаил Наумович сейчас всё решит. И наручники снимем, не реви только.

Я замотала головой, ткнула в свою шею, где до сих пор всё болело.

– Мне укол сделали, два. Я не знаю что, может яд, может отрава, я их прошу мне кровь на анализ взять, а им наплевать. Вдруг я умру скоро или заболею?

– Синяк откуда? Он тебя ударил?
– не понял Макс.

– Я сопротивлялась, когда иглу вводил. Ты труп видел?

– Видел. Меня Нечаев сводил на опознание, вниз к машине. Я подтвердил ему - это тот мужчина, который напал на тебя после похорон, если ты про это.

– Как тебя пустили сюда?
– не поняла я.
– Это же место преступления!

– Связи, деньги и адвокат, - шепнул мне на ухо Дадиани. Быстро замотал меня в свой пиджак, скинув куртку Нечаева, поцеловал и пошёл к следователю.

Дальше был Максим Сергеевич Дадиани во всей красе, негромко и очень спокойно поинтересовался ходом работы. И на каком основании подозреваемая, то есть я, уже несколько часов сижу в наручниках без медицинской помощи, предъявления обвинения, и почему до сих пор никто даже показания у меня не взял.

Его быстро успокоил Михаил Наумович, со словами:

– Максим Сергеевич, не горячись, сейчас все решим.

Опрашивать меня вызвался Нечаев и увел на кухню. Я рассказала всё подробно и точно, начиная со звонка дизайнера, умолчала только о маленькой уборке, но в ней я и под пытками не признаюсь.

– Александр Дмитриевич, мне нужен врач, срочно! Сделайте мне анализ, пока я с ума не сошла от безызвестности! Я себя уже так накрутила…

– Ксения Анатольевна, успокойтесь, пожалуйста. С анализом не всё так просто. В бесплатное медицинское обслуживание данная услуга не входит, но у вас скоро всё будет. Дадиани уже начальство полицейское трясёт! Одно скажу, отпечатков ваших на пистолете нет, следов пороха на одежде не обнаружено, похоже на подставу, но как-то непрофессионально. Скажите мне честно, Ксения Анатольевна, ручки, когда последний раз мыли?

– Утром!
– соврала я, не моргнув.

Майор вздохнул.

– Картинка не складывается, по всем законам жанра пистолет должен был оказаться в вашей руке с частицами пороха и вашими пальчиками на пистолете. Всё как в аптеке, а у нас нестыковка. Труп есть, пистолет есть, подозреваемая есть, причём без сознания, но всё составляющие отдельно! Ксения Анатольевна, вы знаете, что бывает за сокрытие улик?

– Вряд ли кара будет страшнее, чем за убийство!
– осмелилась я, предположить.

– Мне скажи, не для протокола, руки мыла?
– не отставал Нечаев, понизив голос до шёпота.

Я сжала зубы и отрицательно замотала головой.

– Интересно получается, хрупкая девушка ходит по квартире с трупом, ни паники, ни истерики. Спокойно ручки моет, пистолет вытирает, который наверняка в руке лежал, а? Загляденье выходит! С такими нервами киллера для мужа заказать, раз плюнуть! Что скажете?

– Александр Дмитриевич, вы бредите?

– Хорошо, допустим, во всех сериалах женщина, если рядом с трупом очухается, обязательно орудие преступления схватит, в крови перепачкается, отпечатков наставит и в бега! А, вы, я смотрю, Ксения Анатольевна, сериалы совсем не смотрите, и что делать в подобных ситуациях не знаете?

– Может, наоборот, смотрю и знаю, что не делать!
– буркнула я.

– Ладно, дело твоё, я бы тоже, наверное, не сознался, - лукаво глянул из-под ресниц Нечаев.

Я продолжила молча рассматривать узор на обоях.

– Почему про тетрадь никому не сказала?

– Я только на днях сообразила, что это возможно тетрадь Вячеслава Дадиани, но значения не придала, там кроме рисунков меня в профиль и анфас, ничего не было.

– Не хочешь, значит, следствию помогать? Хорошо хоть понимаешь, что тебя подставить хотели.

Майор вздохнул, придвинул мне протокол.

– Пишите, с моих слов записано верно, число и подпись. Сейчас двигаем в отделение, там решим, в лучшем случае - подписка о не выезде, в худшем - залог.

– Почему в худшем залог?
– не поняла я.

– Чтобы внести залог, нужны деньги, а сегодня суббота. Банки не работают, - обрадовал меня Нечаев.
– Мне нужен телефон дизайнера, вызвавшего вас сегодня на эту квартиру.

– У меня телефон забрали, контакт называется “дизайнер Оксана”, если телефон не отдадут, у Макса тоже есть номер, это он давал мне координаты.

Александр кивнул, и собрался покинуть меня и кухню, но я его опередила.

– Дай мне свой мобильник, Ларке позвоню.

– Хорошо, только не забудь рассказать, как я быстро приехал и спас тебя!

– Обязательно, - пообещала я, изымая аппарат из крепких мужских пальцев.

Глядя в спину удаляющегося майора, быстро набрала номер подружки. На экране высветилось: “Лариса” и фотография. Услышав мурчащее: “Алло!”, поторопилась поделиться новостями и главное:

– Ларка, я тебя умоляю, во внутреннем кармане пиджака Нечаева скромный презент. Вытащи его тихонько и спрячь, иначе мне кранты. Подробности, когда меня из кутузки выпустят, при личной встрече.

– Всё будет в лучшем виде!
– заверила меня подруга.
– Подскажи только, что это, а то вдруг перепутаю!

– Скажем так, ради них ты уехала из родной Находки. А на этих еще и изображение президентов, не ошибёшься, я в тебя верю!

– Изымем всё, что необходимо. Главное, чтобы Нечаев ничего не обнаружил до возвращения домой!
– заверила меня Ларка.
– Может мне приехать?
– не унималась подружка.
– Для моральной поддержки.

– Спасибо, Нечаев сказал, мы скоро в отделение поедем, так что лучше не приезжай.

Я попрощалась с подружкой, положила телефон на стол.

Что происходит? Меня подставляют, все выглядит так, словно я заказала убийство Вячеслава. Что теперь будет со мной и Максом? Если он мне больше не поверит? Неизвестно, что там ему Вика говорит.

Глаза опустились на наручники. Просто замечательно, подозреваемая в убийстве, возможно заражённая инфекцией, кому ты нужна?

Вошёл Макс, протянул руку, я непроизвольно шарахнулась в сторону.

– Ты чего?
– обиделся Дадиани.