Чтение онлайн

А так хорошо начинался вечер… Я отсмотрела видео и нашла на записи один странный нюанс. Возможно, это была новая зацепка! Но после нескольких часов за монитором глаза требовали пощады. Отложив ноут, я спустилась в мини-бар за шоколадкой. Уже предвкушая, как буду рассказывать Лёше новости, поднялась по лестнице и…

О, Дева Мария, что за жизненная проза?! Вроде с виду Зайчик, а в итоге один чёрт козлом оказался!..

— А что так быстро? — я старалась держать лицо, но голос всё равно дрогнул: — Вы не поспешили, Алексей Петрович? Вдруг девушка неудовлетворённой осталась?

— Какая девушка? — удивлённо поднял бровь он. Словно действительно не понял.

— Вероятно та, что оставила след на вашей щеке! А, или их было несколько?! — сорвалась я на тихий крик: — У вас уже гарем из охотниц на Зайчиков?!

— Постой-постой, — Лёша наконец оторвался от стены и замер напротив, выразительно подняв бровь. — Ты мне сейчас что, устраиваешь сцену ревности?

— Я?! Да иди ты к дьяволу, Зайцев!!!

Меня жгло. Незнакомое чувство бурлило и перекручивалось в груди, создавая ком в горле. Глядя на эту холёную, непроницаемую морду я не выдержала — шоколадка полетела мужчине прямо в пах. Жаль, реакция у Зайчика была на уровне — перехватил в полёте. Ненавижу! Вот даже за эту дурацкую шоколадку — ненавижу!!!

— Лина!

Но я уже неслась по лестнице, подальше от него, от этого корпуса и, в идеале, отеля! Казалось, это место полностью перекрыло мне кислород. Не разбирая дороги, я выскочила на лесную тропку. Что, куда — всё неважно, всё побоку! Я устала! Обида, разочарование, злость — клубок чувств, который невозможно сглотнуть. Ревную ли я?.. Может, и ревную. Но чем я не заслужила банальную честность?..

На миг лес будто накрыла тень — и в следующую секунду я покатилась по земле, сбитая чьим-то мощным телом.

Воздух покинул меня окончательно — и увы, не от избытка чувств.

— О, Дева Мария!

— К сожалению, пока только я, — хмыкнул Зайчик, откатываясь в сторону, — ты жива?

— Нет! — рыкнула на него. Откашлявшись, приняла сидячее положение и вцепилась в рубашку Зайцева: — Меня раскатал по земле какой-то псих! Ты с ума сошёл?!

— Встречный вопрос, — Лёша развернулся ко мне, — днём тебя чуть не убили, Лина! Какого хрена ты рванула в лес?!

— Какого?! Освободила тебе помещение для охотниц на Зайчиков!!!

И неожиданно для себя разревелась. Не из-за боли или страха — просто сдали нервы. Я отвернулась, глотая слёзы, но мужчина грубовато дёрнул меня и заключил в объятия.

Обхватила его за шею и положила голову на плечо. Солнце почти спряталось за горизонт — на отель надвигалась темнота. Удлинялись тени в свете фонарей, угрожающе шелестели деревья. Тьма несла за собой особые, ночные звуки.

Такие, что поневоле прижмёшься к лживому Зайчику.

— Всё? — мягко улыбнулся он, поставив меня на ноги: — Успокоилась?

— Я уже не планирую тебя кастрировать, но ещё ненавижу. Так что можно считать что да, успокоилась.

Алексей Петрович подцепил мой подбородок, вынуждая запрокинуть голову и посмотреть ему в глаза. Красивые, стальные глаза. В груди что-то сладко ёкнуло. Ты в самом деле мазохистка, Лина. Пусть моральная, но мазохистка.

— Карина — одна из моих ниточек в расследования. Мне нужно было понять, кто она и что у неё за роль.

— Ты себе кое-какой орган не стёр, расследуя?..

— Лина, её стоило разговорить…

— И ты, конечно, старался изо всех сил!

— У нас с ней ничего не было!

— И поэтому у тебя помада на щеке?..

Лёша машинально потёр лицо и чертыхнулся, увидев бордовый след.

Упс, промашка вышла.

— Лина! — зарычал он: — Какого хрена я вообще перед тобой оправдываюсь?!

— Перед кастрац… кхе-кхе, смертью, принято каяться в грехах, дабы облегчить душу. Ты продолжай, продолжай, очень интересно.

Зайцев продолжил… правда, почему-то прижав меня к ближайшей сосне и целуя в губы!

Второй раз у него определённо получилось лучше.

Тихо охнув, я укусила его за губу и упёрлась ладонями в широкую грудь. Но "Лёшенька" оказался упорным, как жаждущий крови комар, и моего сопротивления не заметил. Нет! Я не буду с ним целоваться! Не буду обнимать, плавясь в сильных руках, не буду запускать пальцы в его густую шевелюру, не буду пускать наглый язык в свой рот… М!

Определённо, Зайчик вспомнил, что такое поцелуи и как правильно ими пользоваться. Разум мгновенно отрёкся от хозяйки, выдав нечто вроде: "Прибить его мы всегда успеем". А может, и в живых оставим… В подвале, на широкой цепи. Голым. И будем заглядывать на огонёк с плёточкой…

От этой картинки, пусть только в моей голове, стало невыносимо жарко. Лёша развлекался вовсю, лаская мои губы, и поглаживая спину, бёдра. Когда его язык коснулся чувствительной точки за ушком я не выдержала и всхлипнула. Заяц недоделанный, что ты со мной сделал?!

— Лина, — прошептал он особым хриплым тоном, вызывающим почти наркотическую ломку, — Лина, я хочу тебя…

Дабы слова не расходились с делом, ладонь Зайцева скользнула между моих ног. Его поглаживания через мягкую ткань ощущались так остро, отчётливо, а губы мужчина бесцеремонно скользнули на мои ключицы…

— А я не хочу! Карине ты тоже самое говорил, наверное? — выдохнула я. Пальцы под мои платьем замерли, а потом без малейшего стеснения пролезли в трусы.

— Сволочь!

— Ещё какая, — промурлыкал он, — не хочешь, значит?..

Внутри было мокро и горячо, и Зайчик без сомнения чувствовал мою реакцию.

— Лина-Лина… — поцокал языком Алексей Петрович, — ты совершенно не умеешь врать.

И дёрнув трусики вниз, подхватил меня под попку и прижал к дереву.

Ох! Все мысли вылетели из головы. Я откинулась спиной на ствол и шумно выдохнула. Зайчик долбил меня, как будто в самом деле был голодным. От ворот поворот ему Карина дала, что ли?..

— Зая-я-яц! — простонала я и вздрогнула от эха: — Ты с ума сошёл! Мы же на улице!

Конечно, вокруг темень, а мы внутри перелеска, но мало ли…

— Ну и? — ритмично двигая бёдрами, проурчал мужчина: — Расслабься, Лина…

Велосипедный звонок, прозвучавший, как показалось, совсем близко, заставил меня испуганно вцепиться в Лёшу. От неожиданности мужчина вышел из меня, сделал несколько шагов назад и… запнулся!

Но видимо, Зайчик действительно был хорошо тренирован. По крайней мере приземлился он пятую точку, правда, под моим весом прилёг на землю. Финалом действия стала моя юбка, накрывшая стоящий колом член.