Чтение онлайн

Алекс без бабочек — это не есть Алекс!

Вот только тот на них даже не смотрит… И мне до боли хочется наказать Эстер за это безразличие, поселившееся в сердце Алекса только благодаря ей!

— Неужели тебе ни капельки не интересно? — И снова: — Посмотри, как называется вон та, светло-желтая?

Он лениво глядит в указанном направлении.

— Phoebis Philea. Ничего особенного.

— Алекс, — только и могу выдохнуть я, и в этом простом выдохе столько оттенков эмоций, столько скрытой недосказанности и подспудной тоски, что он вскидывает на меня глаза, глядит с небывалой серьезностью, а потом… разворачивается и направляется к выходу.

— Алекс! — зову его на бегу, отчего-то испугавшись этого серьезного взгляда, да и внезапного бегства одновременно. — Алекс…

Он оборачивается внезапно, глядит с хлестким до одури осуждением:

— Думаешь, не знаю, чего ты добиваешься? — вопрошает меня. — Думаешь, стоит показать мне пару красивых бабочек, и дыра в моем сердце зарастет сама собой?! Только так не бывает… да и все равно.

— Алекс… — Теперь я не бегу за ним следом, только смаргиваю упрямо наворачивающиеся на глаза слезы и позволяю рукам Бастиана притянуть меня в свои медвежьи объятия. Окунаюсь в них и затихаю… Почему мы вечно влюбляемся не в тех?

Обратно в отель мы бредем задумчивые и притихшие…

— Может, не стоит? — обращаюсь я к Бастиану.

Тот медлит, но только секунду.

— Стоит. Сделаем, как задумали. — И в этот момент нас оглушает восторженный голос:

— Вот ведь удивительное совпадение. Судьба да и только!

Мы с Бастианом округляем глаза.

15 глава.

— Фрау Риттерсбах?! — Мое удивление слишком явно, и говорливая старушка грозит пухленьким пальчиком:

— Ай-ай-ай, уехали, даже не попрощавшись. Вот вам за это! — целует нас в раз запылавшие щеки. А потом продолжает: — Мы-то полагали, что увидимся поутру: выпьем крепкий кофе… посмотрим ту самую карту, — совсем тихим голосом. — А вас — раз! — и не оказалось в отеле… Сбежали, как пить дать сбежали от трех безобидных старушек! — Расстроенным голосом: — Я была так расстроена, так расстроена, только Кристина сказала, что все, что ни делается — к лучшему, и я почти поверила в это, как вдруг… встречаю вас на этой премиленькой улочке. Что, скажете не судьба?! Я так рада.

Бастиан прокашливается и глядит на Бутерброда, пританцовывающего на месте.

— Привет, приятель, как поживаешь? — обращается к псу, поглаживая его по светло-коричневой шерсти, и я понимаю, что меня бросили один на один с нашей старой новой приятельницей.

— Мы вовсе и не думали сбегать от вас, просто придерживались маршрута…

Старая леди покачивает головой и глядит на меня с улыбкой.

— Уверена, так и было, — произносит не без особой интонации, снова вгоняя меня в краску. А потом уже интересуется: — И где же мой насмешливый мальчик? Надеюсь, вы не потеряли его по дороге?

— Алекс в отеле, — разгибается Бастиан, наконец переключив свое внимание с пса на его хозяйку. — Отдыхает. Да мы и сами хотим сделать то же самое… Вы в каком отеле остановились?

Фрау Риттерсбах называет отель, и мы с Басом едва заметно дергаемся. Быть такого не может! Мы снова заселились в один отель.

— А вы? — Приходится признать очевидное, и старая леди, молитвенно сложив руки, провозглашает: — Я же говорила, это судьба. — И другим тоном: — Встретимся за ужином?

Мы с Басом синхронно киваем, едва заметно ретируясь в сторону отеля.

Фрау Риттерсбах отправляется выгуливать пса…

— Нет, ты можешь в такое поверить, — произношу я дорогой, все еще под впечатлением от этой неожиданной встречи, — мы не просто снова оказались в одном городе, мы еще и в один и тот же отель заселились… Может, и в самом деле судьба?

Бастиан улыбается.

— Судьба судьбой, а вот сбежать к вечеру незамеченными нам вряд ли удастся…

— О, я об этом не подумала.

— То то и оно.

До ужина мы сидим каждый в своей комнате, должно быть, в тайне надеясь избежать назойливого внимания трех старых приятельниц, вознамерившихся заручиться нашей поддержкой в своей кладоискательной кампании.

У нас, к слову, своя кампания… и сегодня один из ее решающих эпизодов. По крайней мере, именно так мне это и представляется…

Вежливый стук в дверь прерывает мои размышления.

— Войдите!

— Милая, мы идем ужинать, — улыбается с порога фрау Риттерсбах. — Ты как, проголодалась?

Хочу было сослаться на парней, мол, надо бы с ними согласовать, но дверь открывается шире, и я вижу смущенное лицо Баса, возвышающееся над Алексовой коляской — фрау Хаубнер и Мария Ваккер тоже здесь. Вся компания в сборе!

— Спасибо, что спросили, — хватаю рюкзак и выхожу из комнаты.

За ужином нас продолжают потчевать рассказами из жизни троих приятельниц: узнаю, например, что у Кристины Хаубнер есть сын и двое «очаровательных внуков», а сама она тридцать лет проработала врачом-гинекологом и теперь чрезвычайно скучает по своей профессии…

Мария Ваккер в противовес ей по работе не скучает, зато терпеть не может кровавые мандарины и вообще от вида крови ее изрядно мутит.

В итоге ужин обещает стать еще более информативным и продлиться не менее трех часов кряду, только на часах уже начало восьмого, и мы с Бастианом молча переглядываемся.

Улучив краткую заминку в разговоре, Бастиан соскакивает со стула:

— Нам бы прогуляться перед сном, — произносит он с решительным видом. — Надеюсь, вы не будете против?

Пожилые леди пожимают плечами.

— Конечно… идите, — по обыкновению озвучивает общую мысль фрау Риттерсбах. — Вечерние прогулки улучшают ночной сон! Наша Мария, как никто другой, знает об этом.

Фрау Ваккер подтверждает сей факт смущенной улыбкой.

— Алекс, ты с нами?

Тот как будто бы подозревает нас в чем-то и не спешит откликнуться, только Бастиан хватается за ручки инвалидной коляски и пресекает любые его доводы против.

Мы выдыхаем, едва оказавшись на улице…

— Что происходит? — осведомляется Алекс, и вместо ответа я громко ахаю:

— Забыла кошелек в номере. Вернусь через минуту!

Я действительно забыла свой кошелек в номере, но еще я жутко-прежутко нервничаю, так что сбить стресс безостановочным бегством нисколько не помешает. Оборачиваюсь за обещанную минуту… помноженную на два, а у Баса такое лицо, словно ему срочно нужно… схватиться за спицы. Успокоиться, одним словом. И в тот же миг понимаю, почему…