Чтение онлайн

— Прошу к столу — улыбаясь, сказала Нарина.

Завтрак прошёл быстро и молча. Даже вечно болтливый Руфин сидел и ел фантастически вкусную кашу молча, да и выглядел серьёзным и очень собранным. Я тоже не решилась нарушить общее молчание, понимая, что путь нам предстоит очень опасный, ведь не зря же Нарина и Никрас были против этой затеи. И всё же, несмотря на моё очень незавидное положение, я чувствовала себя спокойно, не было ни капли страха, имелась даже уверенность, что у нас всё получится. Да и ребятам я всецело доверяла. Интересно откуда у меня появилось такое чувство. Минут через десять после сытного завтрака мы отправились в путь. Солнце уже встало и неохотно освещало ранних путников, как бы показывая что ещё слишком рано и можно ещё спать и спать, до того как запоют первые петухи и можно будет вставать и гнать скот пастись на пастбище. Но мы упорно шли вперёд, ещё ночью поставив перед собой цель, добраться до вечера до Горы Ведьм. А вот что это за Гора Ведьм я не знала и даже никогда не слышала о ней. На мои деликатные вопросы, насколько жуткое местечко эта самая Гора Ведьм, мне охотно пояснили, что на самом деле «как я сначала подумала» это никакая не гора испещрённая норами в которых живут ведьмы, а центральный торговый город, расположенный на горе. Посмеиваясь, они следили за реакцией на моём лице и, предугадав следующий вопрос, объяснили, что название этой горы не в честь обитателей города, а из-за легенды о бабке-гадалке-знахарщице, которую почему-то все звали ведьмой из-за её предсказаний, которые всегда сбывались. По словам той же Нарины эта бабулька ведьмой не являлась, у неё даже было много отличий от настоящих ведьм, но, увы, это прозвище как клеймо — навечно прицепилось к её безобидному происхождению до самой смерти. А когда в конечном итоге разобрались что к чему, решили проявить великодушие и в честь неё назвать торговый город расположенный неподалёку от её жилища. Стех пор это стал город гадалок и предсказателей. Внимательно слушая, я лишь качала головой, никогда бы не догадалась, что из-за такой мелочи можно было назвать целый город! Разъяснив, что к чему ребята замолчали, как будто бы боялись, что их кто-то услышит. Я тоже не проронила больше ни звука и сконцентрировалась на темпе передвижения. Темп надо сказать ребята взяли отменный, я хоть и привыкла ходить и бегать быстро, но стала заметно уставать, и чтобы не сбить ритм дыхания приходилось молчать. И когда я почувствовала, что сейчас свалюсь от усталости под ближайшее дерево, Мерлин скомандовал привал. Растянувшись под большим красивым кленом, я млела от блаженства. Но неожиданно посмотрев на остальных моё настроение резко ухудшилось. Эти четверо даже не запыхались! И остановились, похоже, только из-за меня! Злость на себя мигом подняла меня на ноги, и я не понимая, что делаю, подошла к Мерлину со словами:

— Вы отдохнули? Вот и ладненько, пора в путь!

Видел бы кто-нибудь глаза Руфина и Нарины, когда я проявила инициативу, отправится дальше. Я чуть было не расхохоталась, и с трудом сдерживая вырывающийся наружу смех, вопросительно уставилась на Мерлина. А тот даже бровью не повёл. Лишь пожал плечами и сказал, что в этот раз рывок будет ещё больше, но раз я «уже» отдохнула можно отправиться в путь. Он не врал, скорее, намекал, что я ещё не привыкла к таким приключениям и мне следует отдохнуть ещё, но я, проявив своё ослиное упрямство, настояла что «мне» остановки не требуются и я спокойно смогу продолжить путь наравне со всеми. Ох, и кто меня тогда за язык тянул. Чуть позже я, собрав в кулак всю свою гордость, упрямство и оставшиеся силы шла вперед, не замечая ничего. Поэтому когда мы остановились, я вместо того чтобы облегчённо бухнуться на землю, собиралась было возмутиться почему мы остановились, то заметила, что все очень запыхались от быстрого темпа и большого расстояния. А ещё я заметила, что все смотрели на меня с нескрываемым уважением и улыбкой. Но не успела я ничего сказать, как грудь и шею обожгло холодом, я стала задыхаться, в глазах потемнело. Всё отступило так же неожиданно, как и пришло. О недавнем странном приступе напоминало лишь бешено колотящееся сердце. Облокотившись об дерево, я достала из-за пазухи медальон, подаренный мне много лет назад.

— Ухты, какая красота! — воскликнул Руфин, рассматривая блестящий на солнце медальон — могу я поинтересоваться, откуда он у тебя?

— Это подарок. Он мне очень важен. Его подарила мне одна знакомая бабушка — травница, которой я помогла.

— Мм, подарок значит. Мне бы такие подарки дарили. А чем именно ты ей помогла? Ну — неожиданно смутился он — ни пойми меня не правильно, я спрашиваю чисто из любопытства. Просто обычно такие дорогие подарки за просто так не дарят.

— Ну — пожала я плечами и ухмыльнулась — а мне как видишь, подарили. Но на самом деле ничего такого особенного я не сделала. Просто помогла собрать ей нужные травы и отнести на рынок. А потом показала ей дорогу в соседнюю деревню и помогла нанять телегу. А она мне этот медальон подарила и кое-чему научила.

— А ясненько — как-то разочарованно протянул он — действительно сущие пустяки. Немного помолчав, я для поддержания разговора спросила:

— А вы, почему от вампиров скрываетесь? Руфин почернел, но всё же ответил:

— Да у нас не менее занимательная история. Мы, в общем, то, точнее наш душка Мерлинчик со свадьбы бежит. — Со свадьбы? А что невеста такая страшная, что ли?

— Да не, красивая. Вот только вредная и хитрая, как гадюка. Я с ней лишь раз встречался да и того хватило с лихвой. Теперь как представлю, что с этой расфуфыренной козюлькой Мерлину жить всю жизнь.… В общем, жалко бедолагу становится, аж слёзки наворачиваются, лучший друг всё-таки. — Он театральным жестом смахнул воображаемую слезинку с глаза, шмыгнул носом, вздохнул и, покачиваясь отошёл «горевать» дальше о своём лучшем друге.

Где-то через час мы всё же достигли Горы Ведьм. Это было совсем не то место, которое я себе представляла. С виду это был огромный город на вершине горы. Небольшие двухэтажные здания стояли близко друг к другу, да так, что со стороны казалось, что это одно большое строение. Единственное, что особо выделялось на фоне этого змееподобного городка, так это купающийся в лучах солнца храм, который возвышался в другой части города. Даже посмотрев из далека казалось, что в городе кипит бурная жизнь. Теперь я ясно понимала, о чем говорила Нарина, когда не хотела идти сюда. Ведь действительно было не исключено, что кто-нибудь узнает кого-то из моих друзей. И тут я задумалась, хмм «моих друзей», а ведь и правда, за это короткое проведённое вместе с ними время я успела сдружиться со всеми. С Нариной так вообще стали лучшими подружками. Даже хвастунишка Руфин был уже родным. А добряк Никрас старался помогать мне во всем. Единственный, о ком я мало пока что знала, был Мерлин. Он часто куда-то уходил, все время думал о чем-то своём и уходил от темы, когда его спрашивали, все ли с ним в порядке. Сначала мне казалось, что он меня недолюбливает, но потом стала замечать, что он ко всем как то холоден. Вскоре я свыклась и стала больше общаться с Нариной, что очень сильно раздражало Руфина. Пока мы шли, она успела мне рассказать много интересного об этом мире. Оказывается людей, которых я видела в таверне, были не совсем людьми. Как я поняла, их называют странниками. Так их назвали люди из того, что в далёкие времена они не жили на одном месте, а все время переезжали с места на место, но потом решили покончить со странствиями и начать оседлый образ жизни. Но название так и осталось. Настоящие их имя было — стражи. Это название им дали боги, но им понравилось больше странники, так они ассоциировались с обычными людьми и могли с ними взаимодействовать. Вот с того момента они стали странниками и остались ими по сей день. Странники — это как волшебники из сказок, которые я читала в детстве, только им не нужны волшебные палочки, ковры самолёты, метлы и прочие побрякушки, этим обычно пользуются ведьмы и колдуны. У странников же магия живёт внутри них, они были рождены с ней и у всех она разная. Как мне объяснила Нарина, существуют магия стихий и запретная магия, которая очень опасна и запрещена законом, откуда и получила название «запретная». Но самое интересное было то, что людей, которые смогли контролировать эту магию было от силы только двое: первый — это великий и Кровавый Князь Арион, а вторая — его внучка, наследница трона Милиса, но та в детстве, при кровавой битве, произошедшей в Стоунхольм — школе странников, потеряла память и до сих пор ничего не может вспомнить. В общем, разрешена только стихийная магия. Больше всего из рассказа меня заинтересовало то, что тогда в лесу, как мне показалось сначала, с одной стороны моста стояли не оборотни, а вампиры. И что самое невероятное, до этого момента вампиры никогда не ходили на границе (так Нарина назвала лес) и оказывается, вампиры добрые и без причины нападать не станут. Получается, вампиры хотели помочь или что? А главное зачем? Почему? И кто им, в конце концов, сказал, что нам нужна помощь? У меня возникло множество вопросов, но я решила остановиться на самом главном, то есть на изучении этого мира. Ведь неизвестно еще, на сколько мне придётся здесь задержаться. А лишние знания никогда не помешают. Поэтому я спросила кто такой Арион, на что Нарина вздрогнула, но всё-таки ответила:

— Ну, так сразу всё и не расскажешь. Это очень длинная история.

— Пожалуйста, расскажи, мне очень интересно.

— Хорошо, раз ты так хочешь. Есть легенда, что когда-то давным-давно, когда на земле не было ни людей, ни странников, были только боги, жившие на небесах. И вот на небесах произошло несчастье. Ужасный чёрный дракон напал на жителей и своим огнём погубил многих. И тогда разгневался владыка неба и, собрав самых сильных богов, пошёл на поиски этого чудища. Но не знал владыка, что это ловушка. На самом деле, дракон хотел выманить его из замка. Воспользовавшись моментом, дракон похитил прекрасную Венеру — дочь владыки неба и заточил её в своей пещере. Шёл день за днём, а девушка всё плакала и умоляла дракона вернуть её домой. Наконец не выдержал дракон её слёз. Распахнув двери своей темницы, он сказал ей: "Иди же! Теперь ты свободна!". Но был сильно опечален дракон. В его глазах появились слезы. «Почему же ты плачешь, Дракоша?» — спросила его Венера. «Все боятся и ненавидят меня. У меня совсем нет друзей» — ответил ей дракон. Венере стало жалко дракона, и она сказала: «А давай я буду с тобой дружить?», на что он сразу радостно согласился. И так шли день за днём, месяц за месяцем. Венера с драконом очень сдружились, и ей начало казаться, что он для неё уже не просто друг, а даже нечто большее. Но идиллия длилась недолго. Однажды, выследив пещеру дракона, пришли войны, кабы хотели освободить прекрасную принцессу. Дракон очень разозлился непрошенным гостям и испугался мысли, что потеряет своего единственного друга, и напал на воинов. Один из них смог смертельно ранить его своим мечом. Дракон упал наземь, истекая кровью. Венера кинулась дракону. По её лицу покатились горькие слёзы, и одна из них упала на рану дракона. И тогда произошло чудо: вместо огромного страшного дракона на земле лежал пропавший много лет назад Люцифер — сын Аида. Очнувшись, Люцифер поведал Венере, что его за злодеяния прокляла одна старуха и сказала, что если он не научится быть добрым, то так и останется драконом. Спустя какое-то время Люцифер и Венера поженились, и это был первый брак в истории между тёмными и светлыми, а вскоре родился у них сын и дали ему имя Арион. Но не знали боги, что мальчику дана огромная сила, коей можно было разрушить целый мир. И после этого браки между тёмными и светлыми были до поры до времени запрещены. Ариона же заточили в башне, но через некоторое время он исчез, и связь с ним была потеряна на долгие тысячи лет. Но после того как о нем позабыли, вышел Арион из тени и дал о себе знать. Спустившись на землю с примкнувшими к нему богами, решил он обустроить себе владение, где ничто не было подвластно богам. К нему начали присоединяться и кочевые странники, и принял Арион их к себе, как братьев. И выстроил он крепость великую, Стоунхольмом названную. И царство его с тех пор величалось Эльстон.

— А где теперь Арион? — спросила я, как только Нарина закончила рассказ. — Умер уже как десять лет.

— А этот новый король — Мерзен, как понимаю, его родственник?

— Да нет, если честно я даже не помню, как он взошёл на трон. А в принципе, это действительно так важно, что ли? Главное, что справедливо правит. Теперь, вспоминая весь этот разговор и стоя на пороге великого города, я восхищалась огромным трудом странников, которые не сдались и добились больших успехов в мире, где их не гнетут за то, кто они есть. Я бы смотрела на город и дальше, но как говориться ничто не бывает вечным. Слова Мерлина, что нужно двигаться дальше, заставили меня вынырнутьиз переполнявших меня чувств. Как только мы вошли в город, мы сразу свернули в какой-то переулок, которого всю дорогу и держались. Чтобы нас никто не узнал, Руфин где-то успел раздобыть длинные грязно-синие плащи с капюшоном, что пришлись как раз кстати. Этот тёмный переулок с очень неровной пыльной дорогой заметно отличался от чисто выметенных светлых улиц. Из прохожих здесь были только «бедные люди». Видимо бароны сюда не соизволивают пожаловать. Ну, в принципе ничего удивительного…. Что они забыли на пыльной и грязной улице среди нищих?

Неожиданно проулок начал сужаться. Продающие пряности лавки сменились небольшими двухэтажными зданиями. Пройдя ещё метров двадцать, мы остановились около серого дома, стены которого поросли диким виноградом, а под окном росли красные розы. Везде чувствовался уход и тепло женских рук.

— Вроде бы тут — сказала Нарина, показывая на дом.

— Значит, идём — сказал Мерлин и постучал в дверь.

Послышались шаги. Открыв дверь, на порог вышла женщина средних лет, в простом сарафане и переднике. Она без любопытства, просто из вежливости, оглядела нас и спросила:

— Вам кого?

— Мы пришли к Ванессе. У нас к ней вопросы.

Женщина даже бровью не повела. Похоже, сюда часто заглядывают люди с разными вопросами. Единственное, что она спросила:

— И что у всех пятерых вопросы?

— Нет. Только у двоих.

— Тогда остальных я попрошу подождать в передней. Госпожа не любит когда ей кто-то мешает. Передней называлась небольшая веранда, которая служила уголком для посиделок. Небольшой диванчик с журнальным столиком и немалым количеством цветов придавали комнате своеобразный уют. Служанка взглядом показала, чтобы мы оставались здесь, пока она известит госпожу о нашем прибытии. Через несколько томительных минут она вернулась и таким же ничего не выдающим голосом сказала:- Она вас ждёт. Только просила по одному.

Мерлин театрально сделал жест, показывая, чтобы я шла первой. Я, недолго думая, прошла за женщиной. Комната, в которую я вошла, была укутана, каким-то странным дымом. Повсюду были развешаны травы, от которых шёл очень приятный запах. Этот запах напомнил мне мой родной дом. Вспомнив о нём, я вдруг поняла, что, скорее всего, если я смогу найти родителей и Севера, все будет как раньше. Хотя возможно и нет. Ведь то, что я здесь увидела, никогда уже не забудешь, но, зато мы будем вместе. Я перевела взгляд на гадалку. Передо мной за широким резным столом сидела женщина преклонных лет, одетая в лёгкое фиолетовое платье, с синим шелковым платком на плечах. Ванесса меня не замечала и что-то упорно разглядывала в чашке. Неожиданно она приказным, не терпящим возражений тоном, сухо произнесла, причем, всё ещё продолжая вглядываться в чашку:

— Проходи. Садись.

Я скромно присела на стул напротив неё. Прошли минуты две, а она все продолжала вглядываться в эту дурацкую чашку. Вдруг она резко подняла свои глаза и пристально посмотрела на меня. Я почувствовала, как её взгляд скользит по моему телу. У меня даже появилось такое ничем не передаваемое ощущение, будто бы меня выворачивают наизнанку, пытаясь прочесть каждый уголок моей души. Тут её взгляд остановился на медальоне. Она долго и внимательно смотрела на него, разглядывая со всех сторон, и наконец, заинтересованно произнесла: