Подарок судьбы
Шрифт:
Как-то он познакомился с мальчишкой гораздо старше себя. С ним было интересно. Его звали Мишкой. Он увлекательно рассказывал про разные страны и большие города, приезжая к своей тётке. Однажды он спросил:
– Хочешь поехать со мной в город? А к вечеру вернёмся. Что бы ты хотел привезти из города, что ты хочешь сейчас больше всего?
– Перочинный ножичек и досыта поесть! – не задумываясь, ответил Лёшка.
– Отлично, всё это у тебя будет.
На велосипеде добрались до железнодорожной станции, забрались в товарный вагон и уже через час были в городе. Пока ехали, Мишка просвещал Алексея:
– Чтобы жить хорошо, не обязательно работать! Можно просто украсть…
Он стал объяснять ему тонкости дела.
В городе они толкались у автобуса, словно хотели войти. Народу было много, и все пытались втиснуться в автобус. Мишка взглядом показал на женщину, у которой была полуоткрыта сумочка.
Лёшка протиснулся ближе и, сняв кепку и держа её над небольшой сумкой, спокойно вытащил деньги и передал Мишке. По ходу вытащил кошелёк и из заднего кармана у мужчины. Потолкавшись ещё немного, мальчишки пошли прогуляться по городу, затем – на вокзал и снова – в товарный вагон.
Мишка достал свёрток с едой и новенький перочинный нож. Лёшка был просто счастлив. Наевшись, Лёшка завернул, кусок пирога, в бумагу. Нахмурившись, сказал:
– Это мамке.
Ему очень хотелось купить туфли для матери, но Мишка запретил.
– Вот твои деньги, но пусть они пока побудут у меня! Хорошо?
– Да, так будет лучше. Иначе мать всё равно найдёт, от неё ничего невозможно спрятать.
Уже к десяти годам он стал успешным воришкой. Его ни разу не то что не схватили, а даже не заподозрили. То, что он раньше считал своим недостатком и из-за чего часто горевал – маленький рост, – это сейчас его очень выручало. Никому и в голову не приходило, что, маленький улыбчивый мальчуган с открытым взглядом мог обчистить их сумки и карманы.
Только дома становилось всё хуже и хуже. Мать пыталась образумить его, даже жестоко высекла, но Лёшка упрямо ехал в город. Однажды он сбежал из дома совсем…
И вот ему уже почти тридцать. За это время он четыре раза сидел в тюрьме, в общей сложности – двенадцать лет. Усмехнулся, вспомнив, как после очередной отсидки он снова шарил по сумкам и карманам.
Как же доверчивы и даже глупы женщины! Стоишь, прижавшись к женщине, улыбнёшься, а она и растаяла, засмущалась. А он уже из сумки взял то, что хотел, и словно нечаянно рукой задел её грудь. Извинился, смущённо улыбаясь, и в этот момент вытащил всё, что у неё было припрятано в бюстгальтере. И это срабатывало всегда.
Приходилось иногда вернуть кошелёк, незаметно подбросив, если видел, что человек просто «убивается» по потерянным деньгам. Так же поступал с документами. Документы не уничтожались и не выбрасывались, их нужно было вернуть – подбросить.
С женщинами серьёзно и долго он не общался. Не верил им, что ли. Пока не познакомился с девушкой по имени Клавдия. Она детдомовская. Из родственников только дядька в каком-то захолустном городке. Он и не заметил, как прикипел к ней. Чем-то она даже напоминала ему мать. Весёлая, шустрая, не умеющая врать и обманывать. Сказала ему:
– Ты бросаешь своё «ремесло» – расписываемся. Я хочу, чтобы была настоящая семья. Чтобы у наших детей было то, чего не было у нас, – дружная семья и достаток в доме.
Да, жить хорошо, в достатке – детская мечта Алексея. И, взвесив все «за» и «против», он решил жениться и начать новую жизнь. Было это очень непросто, руки просто «чесались», когда он видел чужие сумки и беспечных владельцев кошельков. Но он поклялся Клавдии, что, ни при каких обстоятельствах не прикоснётся…
Они зарегистрировали брак и поехали в гости к её дяде. Встретили их отлично. Родственники жили небогато, но и не бедствовали. В спальне за дверью Алексей увидел висевший на вешалке на вбитом в стену гвозде новый костюм. Он был великолепен! Отличная ткань и пошив! И его, Лёшкин, размер. Он просто кожей ощущал – как по его фигуре сшито: где нужно, свободно, а где нужно, облегает! Весь день он не мог отвязаться от мысли о костюме.
«А, гори оно всё синим пламенем! Завтра встану пораньше, прихвачу костюм и сбегу от них!» – решил он. Но тут же вспомнил про жену: «А как же Клавдия? Да сколько их было! И эта не пропадёт, – отмахнулся он от своих мыслей. – Сбегу, решено!»
Проснувшись утром, уже было хотел встать и потихоньку уйти. Посмотрел на Клавдию: она крепко спала. Стройная, просто точёная фигура, её кудрявая голова лежала на его руке. Осторожно высвободил руку. Клавдия, чуть потянувшись, повернулась и всем телом прильнула к нему. На лице безмятежная улыбка. «Да как же я её брошу? – подумал он. – У неё ведь в целом мире никого, кроме меня и дядьки, нет! Дядька рад, наверное, что на три дня приехали… Был бы хороший, в детдом не отдал бы. Да и кроме матери, никто и никогда так не любил и не заботился о нём так, как Клавдия… Провались тот костюм!»
И он снова лёг досыпать.
На следующий день они уезжали. Было небольшое застолье, их поздравляли как молодожёнов. Говорили напутствия. Дядька вынес свёрток, дал в руки Алексею.
– Теперь ты глава семьи! Вот тебе подарок от нас.
Алексей растерянно развернул свёрток и замер: в свёртке лежал тот самый костюм, который ему так понравился! Вскоре они уехали в Казахстан.
Ещё в тюрьме Алексей научился плотницкому делу. И, когда они поселились практически в пустом доме, он решил, что сам сделает мебель, своими руками. Первым делом он сделал стол. Добротный, не очень большой, но красивый и удобный. Немного ошибся, когда ставил ножки, но исправил и снизу крышки стола сделал метку. Подумал: «Это как картину подписать».
Прошли годы, Алексей ни разу не нарушил клятву, что дал Клавдии. Из Казахстана они переехали в Тольятти:
там на строящийся автозавод набирали людей и сразу давали квартиры. Здесь родились и выросли дети – Владимир и Зинаида. Хорошие дети, они даже и не подозревали о бывшей «профессии» отца. Алексей очень любил детей, но не баловал их, хотя и жили в достатке. Старался как можно больше собрать «на чёрный день» и чтобы в старости можно было жить, не считая копейки. Он всю жизнь боялся быть несостоятельным.
Женился сын, вышла замуж дочь. Они с Клавдией помогали им обустроить быт, нянчить внуков. Потом случились перемены в стране. И все накопления превратились в ничто! Но он приспособился и к этому. Он освободил одну из комнат от мебели и установил там аквариумы.
Разводил и продавал аквариумных рыбок. Это было очень выгодно. Они пользовались большим спросом. Всё это было непросто, учитывая то, что он не ушёл с постоянной работы. В субботу и воскресенье он выходил на рынок. Чтобы занять выгодное место, находился там, с трёх часов ночи. Появились новые друзья. Чтобы не морить себя ранними подъёмами, они договорились занимать места по очереди.
Добывая корм для рыбок, он однажды зимой едва не утонул. Спасся просто чудом.
Клавдия стала часто болеть: сказывалось голодное детдомовское детство. Вскоре она умерла. И он забросил разведение рыбок, посчитав, что ему одному достаточно денег, ведь, будучи уже на пенсии, он ещё десять лет работал на заводе плотником. После смерти жены он так и не встретил женщину по душе. Сделал несколько попыток, но ровесницы его раздражали, а те, что моложе, всё время пеклись о детях и внуках, что также его раздражало. Хотелось жить вдвоём и друг для друга. Из-за этого он расстался и с Татьяной, женщиной с тремя детьми.