Подающая надежды
Шрифт:
Руки, огибающие борта ванны, напряглись, сердце сжалось до размеров вишни, дыхание вновь стало рваным, тяжёлым, глаза резко распахнулись. Было трудно, но она выровняла скорость поступления в лёгкие воздуха и, собравшись, быстро завершила водные процедуры. За волосами с недавних времён стал необходим особый уход, ведь в такой жаркой стране невозможно было и двух дней с чистой головой проходить, из-за чего волосы жирнели вдвое быстрее, а от частого мытья скоро иссохли и потускнели.
Закончив с мытьём, всеми уходовыми баночками, расставленными по личной полке и сушкой, Дома, раздражённая наплывшими поневоле картинками перед глазами, принялась готовить себе снотворный чай от Рики, а в наслаждении допив, отправилась спать, пусть и получилось это сделать не с первого и даже далеко не второго часа верчения по кровати.
Глава 16
Прошли сутки. Субботним утром Доминика проснулась, конечно, не сказать, что полноценно выспавшейся и со свежей отшлифованной ото всех шлаков головой, но всё-таки неожиданно отдохнувшей. Пусть и переодеваться при этом она всё же не спешила. И даже мысль об отсутствии в квартире соседок, что, думалось, уже занимались полезными делами, не побудила её к тому же.
Тяжёлой поступью, прижимая ладонями гудящие после резкого подъёма с постели уши, Ника прошлась по прохладной комнате, с приятным теплом в груди любуясь яркими солнечными лучами, окутывающими фиолетовые стены её квартиры. Подойдя к подоконнику, она лениво потянулась вперёд, выглядывая в окно и наблюдая за усердными подготовками тайцев к их предстоящему «празднику жизни», как его негласно назвала сама девушка. Казались все ребята на удивление дружными и работали слаженно, отчего россиянка позволила себе лёгкую утреннюю улыбку, какая очень редко появлялась на её лице в обыденные для неё выходные.
«Всё-таки просыпаться вот так — самой, без будильников и будящих соседок — и видеть светящее из окна приветливое солнце, а не хмурое и беспробудно блеклое небо намного приятнее!» — Настолько приятные мозгу мысли давно не посещали магичку, много лет назад сменившись тревожными и грустными, серыми.
Она была невероятно счастлива вновь услышать их в своей голове, отчего день этот показался ей ещё более хорошим.
Разглядывая толпы активно выполняющих какую-то свою работу школьников, темничка заметила подруг, что находились в небольшой кучке разномастевых существ, большинство из которых иностранка видела впервые. Они обговаривали какие-то известные только им темы, большую часть своей речи глядя лишь на уже знакомых Доме парней, и, казалось, от этого диалога внутри трепетали безмерным счастьем, которое очень пытались скрыть. Нежные, хрупкие и небольшие в росте Саенгдао с Мали в лёгких футболках и велосипедках с пышными голландскими косами, спадающими на плечи и стойкая, резковатая и самодостаточная Лаван в свободном топе и коротких шортах выглядели необычайно прекрасными рядом с совершенно противоположными им мальчиками, что Галицкая чуть не завизжала от умиления.
Следующей ей на глаза попалась вечно недовольная всем и вся Бунси, что нахмуренно наблюдала за смеющимися девочками в компании не менее весёлых друзей, скрестив руки на груди и, думалось, даже надув губы. На ней чужестранка задержала особо любопытный взгляд. Было интересно: только ли высказанная лучшему другу причина была виновна в её плохом настроении?
«Из того, как оказалось, даже не подслушанного, а намерено предложенного для прослушивания мной разговора между Бун и Сетом я сделала некоторые выводы… Возможно, ей нравится кто-то, с кем быть ей по статусу или чему-либо ещё запрещается, отчего ей больно? — Мелькнула в голове мысль, заставившая, к собственному удивлению, посочувствовать однокласснице. — Бун же тогда в школе про кого-то говорила, как ей его жаль, что я ему жизнь порчу… И у меня даже есть предположение, о ком была речь! Но об этом не сегодня… не сейчас. Этот день только начал казаться мне успешным и наполненным хорошими эмоциями!»
Кивнув своей идее, Доминика увидела и до неприличия улыбчивого Прасета, что свободно общался с неизвестными ей персонами. У парня от столь живого и весёлого говора на щёках даже проявились милые ямочки, что раньше всегда скрывались от глаз девушки, заменяемые либо маской бесстрастности, либо простыми ухмылками и улыбками, в которых совсем не было видно такого его. Сердце по непонятной причине ёкнуло, глаза задержались на столь замечательной особенности его лица, а сама она задумалась:
«Ему очень идёт улыбаться… И эти чёртовы ямочки, и губы бантиком. Красив, козлина! Ох, видимо, выходные традиции ТМШ открывают истинные лики её учеников, что обычно скрыты под будничными образами… А ведь сегодня почти плюс сорок, такая жара! А Тхирасак со здешними учителями рассказывали об их безалаберности, совершенно отсутствующей дружности и нежелании трудиться, особенно в дни отдыха! А может, блин, вина в их неумении сплочать школьников, в их некомпетентности?! Вот ведь гниды, так собственных подопечных принижают, хотя скорее всего сами относятся к ним на отвали! Теперь понятно, для чего сами школьники это устраивают в некоторые выходные — в такие дни они отдыхают, сплочаются, дают себе и другим хоть какие-то положительные эмоции от школьных лет… ужас, учителя в этом даже не участвуют никак!»
Устрашившись таким своим выводам о Тайской Магической Школе, Доминика наплевала на лёгкую усталость в теле, на вчерашнее желание провести утро в кровати, на боль в мышцах и с предвещающим наслаждением подобрала одежду, в которой будет удобно помогать ребятам и не так сильно плавиться при этом от жары. Разложив вещи на постели она, хоть и понимала, что совершала откровенную дурость, но нанесла на всё измученное временем и плохим сном лицо толстый слой тональной основы, консилера под глаза и придала свежести сонному взгляду чёрной подводкой, вырисовав стрелки.
В одежде остановилась на чёрных коротких шортах с завышенной талией, под которые надела топ в тон, что оголял чуть подкаченный живот. Немного поразмышляв, собрала небрежный низкий пучок, дабы не утеплять спину волосами и, надев угольно-жемчужные шлёпанцы в полоску, жизнерадостно проскользнула в коридор, с полной уверенностью намереваясь насладиться этими днями, как и остальные ученики.
Оказавшись на улице, Ника неверяще огляделась, пытаясь понять, точно ли она ещё жива или, выйдя за дверь общежития попала в ад, ибо пекло было насколько ярым, что думалось, будто она, правда, жарилась в демоническом котле. Собравшись с духом, темничка двинулась к соседкам, которых сразу заприметила недалеко от центра площади, около фонтана, но внезапно была остановлена Пхатом, что шёл точно на неё со стороны школы. Парень выглядел крайне раздражённым и смотрел на подругу, как на маленького глупого ребёнка.
— Антараи! — Резко вскричал маг, чем ускорил сердцебиение Домы раза в три.
— Упасите меня нитка с иглой! Ты умираешь?! Мне вызвать лекарей?! Или сразу катафалк?! Священники нужны?! — Взволнованно закидывала его вопросами магичка Тьмы, с натуральной тревогой взглянув на приближающегося друга.
— Что? Нет!
— Так чего ты тогда орёшь, будто у тебя Ева ребро в долг попросила или гусь причинное место с корнем оторвал и надо срочно пришивать, а я единственный хирург в округе?!
— Какой гусь?! Я, вообще-то, возмутиться хотел…
— А, ну так возмущайся, чего голову морочишь? — С шуточным негодованием ответила иностранка и вновь приняла расслабленную позу.
— Кхм… так вот. Ты чего в такой открытой одежде ходишь перед всеми?! Тут не перед кем хвостом вилять, иди, переодевайся!
— Эй, Хат-и, в тебя верблюд плюнул? Или с какого пёсика ты это считаешь «открытой одеждой»?! Я не в нижнем белье вышла! Шорты и слегка открывающий живот топ для тебя верх непотребства? К тому же, если понадобится, я в оборванном тряпье бездомного крота кого пожелаю закадрю! Ты чего какой… неразумный? Думаешь, я только об этом и думаю?..
— Просто… для чего ещё в этой еле-еле прикрывающей тело ткани ходить?
— Может, потому что на улице писец как жарко? Может, потому что… нравится? Потому что… хочу такое носить? — Девушка махала руками в воздухе, недоумевая от столь абсурдных речей друга. — И я повторюсь, она не открытая!
— Ника, я знаю, для чего обычно такое надевают! А ещё лучше я знаю, что всякие недалёкие мужики, как бы у вас сказали, любят делать с такими легкомысленными глупышками, как ты в этом наряде!