Чтение онлайн

– -----------------------------------------------

Евгений Шестаков

Коала и охотники

– -------------------------

Ирине посвящается

Коала на заре на ветке громко песенку пел, а охотники гадовы в коалу из ружья стреляли. Коала в листве прятался и молчал сильно, а охотники его по большим ушам узнавали. Коала пять минут петь хотел и спать идти, а охотники о нем еще с весны вслух мечтали. Коала ладошками личико-то закрыл и сидя боялся, а охотники со спины подошли и зенки прищурили. Коала помереть не хотел, с ветки шмякнулся и бежать, а охотники смотрят - ушей в листьях нет, и тоже бежать. Коала-то против ветра да без сапог да неизвестно куда - плохой бегун, а охотники в сапогах да злые да с лицензиями - любо-дорого бегуны. Коала за пять минут восемь метров пробег, а охотники за десять секунд стометровку оттопали и под белы ушеньки коалу взяли. Коала какал сильно, а еще больше мочился, а еще срашнее кричал, а охотники его в сумку пихали и на пуговицу застегнули. Коала в сумке, пока шли, намаялся и заснул крепко, а охотники тропой ошиблись и заблудились начисто впрах. Коала в сумке в тепле впервые по-человечьи поспал, а охотники хреновы под дождем под ужасным до самых пиписек вымокли. Коала. выспавшись, какую бы песню заорать обдумывал и чесал себе где хотел, а охотники носами сопливыми то в один, то в другой тупик упирались. Коала-молодец из сумки им плохие слова говорил и как твердый кремень был, качку терпел, а охотники мрачные за низкие лбы хватались и непристойно маму ругали. Коала-мужик в сумке руку в локте сгибал и из сумки харкнул два раза, а охотники дубовые все побрасали и наугад через реку пошли, один тупее другого. Коала три часа потом сумку расстегивал и пять лет потом во всех деталях друзьям рассказывал, а из охотников на тот берег только один в своем уме выбрался. Так что, дети мои, маленького доброго зверька не трогай, если он огромный и злой...
– -----------------------------------------------

Евгений Шестаков

Похороны N 2

У лошадей лица скорбные, когда покойника везут. Покойник тоже не сказать чтоб сильно улыбчивый лежит. Родственники сзади идут тоже никто не радуется. Венки, платки черные, у мужиков носы красные от горя. Вдова племяннику говорит: - Поди, Ваня, глянь, крышку-то не украли? Тот прибегает, руки трясутся: - Украли, тетушка! И кутью украли! Неприятно это, конечно. Дальше идут, скорбят. Мужичок рыжий в самой середке процессии говорит: - Ай да ладушки-лады! Растуды его туды!
– подвыпил, конечно. Немножко забылся, а так скромный, наладчиком работает. Соседи по процессии задергались, зашуршали: - Не к месту, не к месту! Хорошо, конечно, но не к месту пока! Вдова племяннику говорит: - Поди погляди, туда ли идем-то. Чтой-то идем долго, пальцы на ногах устали. Тот сбегал, разнюхал.
– Туда, тетушка! Только крюка дали, теперь через танцплощадку придется. Вдова говорит: - Ой, горюшко... И вся очередь сзади: - Ага! Горе, да. Невесело как-то. Печальнее бывало, но невесело, это да. Со святыми упокой, это точно. А сам виноват! Улицу надо было правильно переходить! Красный надо было от зеленого отличать! Не отличил - горе. Отличил - сейчас бы вместе закусывали. Вдова говорит: - Смотрите, не уроните. А то неудобно получится. Ему неудобно. Мне-то плевать, я женщина пожилая. Очередь сзади не только кушает. Иные по второй бутылке достали. Семеро смелых в самом хвосте говорят: - Издалека-а-а долга-а-а течет река Во- олга-а-а! И за борт ее броса-а-ет!.. Лошади, конечно, споткнулись. Да и дорога плохая. Гроб о бортик стукнулся, рука покойницкая вывалилась, а за ней и сам лежебока выпал. Вдова кричит: - Ой, ратуйте, люди, опять уронили, помогите ему подняться, срам-то какой, такой молодой третий раз падает! Очередь его поднимает: - Ну-ка, взяли! Вставай, Петя! Ложись, Петя... Хотя нет, сиди! Вот, да, и ботинки ему в руки дайте, и глаза пускай открытые будут, флаг ему в руку, где флаг, куда флаг делся, где шарики, где плакаты?! Ой, а как головку хорошо держит! Улыбку ему сделайте, пусть речь скажет! Говори, Петя! Вдова плачет: - Покойничек он у меня! Все слова позабыл! Не молчи, Петя, язык хоть высунь, пощекочите его, чего он таким букой смотрит! Племянник кричит: - Тетя, тетя, тучи собираются, сейчас дождик пойдет, если сильный пойдет, я первый промокну, потому что я в рубашечке, тетя, тетя, купите мне плащик!
– Мужичок рыжий в середке говорит: - Ай да ладушки-лады! Хрена тебе, а не плащик! Тетя, купите ему хрена, а не плащик, а то я ему сам куплю, на-ка тебе хрена, малец! Чего нюни распусти? Не видишь - хороним!
– Вся процессия сзади: - Ах, да! Хороним же... Издалека-а-а долга- а-а!.. Вдова говорит: - А барабан где? Что, некому в барабан ударить? Почему опять барабан молчит? Обидно мне: вдова - и без барабана! Племянник говорит: - Тетя, тетя, тучи уже собрались, вон капельки летят! Ой, крупные какие! Ой, дождик! Ой, описался! Ну да ничего, я же маленький! Покойник говорит: - Ну накройте хоть чем-нибудь! Капельки уже близко, а до кладбища далеко, кстати, где мое ружье, я хочу себе салют! Мужичонка рыжий говорит: - Ха-ха-ха! Давно я так не смеялся. Хи-хи- хи! А вот так я в детстве смеялся. Вдова кричит: - Ой, не могу! Поворачивайте назад! Скажите лошадям, чтоб идти закончили! Эй. Лошади, вы что, оглохли, я, вдова, вам говорю! Да скажите им кто-нибудь! Назад! Все назад! Петя, что ты как дурак с этими в руке ботинками? Вылезай, не видишь - похороны не получились! Покойник улыбается, вылез, лошадей повернул, сам улыбается, лошади его стесняются, а он их ласково так оглоблями, а ботинки из рук не выпускает, ботинки-то у него новые, вот он и улыбается. Племянник кричит: - Я хоть и маленький, а все понимаю, а вот этого понять не могу, дядя Петя, ты что, опять с нами? Мужичонка рыжий, наладчик, из самой середки говорит: - С нами. С нами, да погодите плясать, мы еще не вернулись, гражданин майор, не беспокойтесь, он с нами, он опять с нами! Все назад! Смерти нет. ребята!..

– -----------------------------------------------

Михаил Шевелев

Приметы

Крепкие мужики

Ельцин Борис Николаевич регулярно играет в теннис. Черномырдин Виктор Степанович не курит. Сосковец Олег Николаевич - косая сажень в плечах. У Шахрая Сергея Михайловича здоровый цвет лица. Жириновский Владимир Вольфович молод. Грачев Павел Сергеевич правильно питается. Нам их не пережить.

Неумышленное

Мерзавцы, негодяи, воры, и клятвопреступники. Подонки, сволочи, бандиты и казнокрады. Гады, паразиты, хулиганы и вредители. Гниды, падлы, убийцы и поджигатели. Если кто обиделся - я извиняюсь.

Фото не обязательно

Не теряю надежды и в наше трудное время, когда случайности редки, но все же возможны для тех, кто способен на глубокие чувства и не боится преград, встретить блондинку, 90-180-360, русскую, Овен, с вредными привычками, жилищными и материальными проблемами, тремя детьми от разных браков, частично восстановившимся слухом, злобным характером, коварную, алчную, 1950, по ее словам, года рождения, не судимую, а зря, Остапенко Любовь Архиповну.

Желаемое и действительное

Поставить "мерседес" в гараж - и домой. Поужинать без холестирина. Сыграть с домочадцами партию в бридж. Почитать биржевые сводки и узнать, что показатель Доу-Джонса стабилен. С удовольствием посмотреть игру национальной сборной по футболу. Обсудить варианты рождественских каникул - Флорида или Европа. Не пить. Сладко заснуть и проснуться в хорошем настроении. А просыпаешься все там же в холодном поту.

– -----------------------------------------------

Содержание

Copyright й 1995 Совам Телепорт

Виталий Шленский

– -----------------

Открытие

Живу, любуясь белым светом, К нему больших притензий нет. Но что мне делать с интеллектом? Кому мой нужен интеллект?

Он на хер никому не нужен! И этим фактом поражен, Я то в депрессию погружен, То в детективы погружен.

Если

Если мне комбайн подарят, Стану знатным комбайнером. Соберу с полей бескрайних Стопудовый урожай! Если мне рояль подарят, Стану знатным пианистом. Я в Большом Дворце кремлевском Всех игрою удивлю! Если мне корабль подарят, Стану знатным капитаном. Бороздить морей просторы Буду вдоль и поперек! Если мне подарят деньги, Миллионов эдак триста, Стану знатным бизнесменом, Нищих кашей накормлю! Если мне подарят саблю, Стану знатным я рубакой. Всех в капусту порубаю, Никого не пощажу!

Стихи о храбрости

Вот мальчик скромный. Но при этом, Его мне помыслы ясны. Он увлечен сейчас предметом Седой, глубокой старины.

Он чью-то бабку переводит, Которой восемдесят лет, Один, при всем честном народе, На светофора красный свет.

А я, признаться честно, струшу, Вот так, держа за локоток, Вести убогую старушку, Через грохочущий поток.

Их может задавить машина. Их танком может задавить. Надежный вырастет мужчина, Из мальчугана может быть.

* * *

И мне загнуться суждено. С природой слиться воедино. Так говорят необходимо. Так у людей заведено.

Ностальгия

А хорошо пройтись по роще! Не торопясь, не впопыхах. Заметить ненароком, в общем, Рояль развесистый в кустах.

Не удержаться. Взять аккорды. Вздохнуть озон. расправив грудь. На лоне девственной природы Изобразить чего-нибудь.

И не краснея, от конфуза, Пускай негромко, но всерьез, Спеть Гимн Советского Союза, Скупых не сдерживая слез.

– -----------------------------------------------

Виктор Славкин

Курортный роман

Нет. отдыхать тут - вполне! Многим не нравится, а мне так в самый раз. А что, питание, хорошее, живешь со всеми удобствами. окна на море, комната большая светлая. воздуха много - живи. не хочу! А что номер простреливается. так об этом предупреждали, когда путвку брал: есть, сказали, один недостаток - номер простреливается. Но я согласился. И не прогадал. Да и стреляют-то только до обеда, когда все нормальные курортники на пляже. А после обеда, когда у них начинается высадка десанта в районе пункта проката водных велосипедов, ты уже дома. Лежишь, отдыхаешь. Правда, на полу. Чтобы не светиться в окне. Но это даже полезно, врачи рекомендуют полежать на жестком - первое средство от радикулита. Не советую делать это. однако, в мирных условиях, пол холодный, можно простудиться. У нас же, в санатории повышенного типа, пол с подогревом, потому что внизу у нас, к счастью, всегда пожар, то-есть всегда что-нибудь да горит, и на полу отдыхать одно удовольствие. Конечно, пожарные регулярно заливают очаги возгорания, влажность тогда резко повышается, но это тоже нам, приезжим, на руку: можно время от времени умыться и набрать ванну воды на будущее. Водопровод же давно не функционирует, весь металл тут уходит все для фронта. все для победы. В общем, отдыхаю нормально. И развлечений достаточно. Не говоря уже о фейерверках. Но из всего я предпочитаю танцы. Мне, конечно, как человеку старой школы нравится "кому за тридцать", но находится на этой танцплощадке практически невозможно. Такой там стоит грохот и вой... Нет, музыканты играют тихо вальсы там, танго, мазурки разные, однако рев фугасов, тарахтение автоматов, беспрестанные взрывы сбивают весь ритм и нарушают атмосферу ностальгии и поэзии. Так что я лучше хожу на молодежную дискотеку - музыка там заглушает неприятные звуки, издаваемые текущими событиями. А тут и курортный роман подоспел. У меня всегда так: первую неделю я активно отд ыхаю, хожу на процедуры, соблюдаю диету, распорядок дня, а на вторую неделю влюбляюсь, - и начинаются нарушения режима. Причем обычно все получается само собой, тут не мои усилия, а судьба. Вот и на этот раз мне помог счастливый случай. Когда я спускался к завтраку, как разшел бой за контроль над вестибюлем, и, выходя из лифта, я наступил на что-то мягкое. При ближайшем рассмотрении оно оказалось симпатичной девушкой, одетой в элегантный камуфляж, полностью сливавшийся с изысканным рисунком паркета вот почему я ничего не заметил, пока не наступил. Плотно прижимаясь к полу, девушка ползла в сторону сувенирного киоска. Она мне так понравилась, что я сразу лег с ней рядом, хотя форсировать события не в моих правилах... Она. в общем, не возражала и мы поползли вместе. С вражеским расчетом, укрывавшимся за сувенирным киоском, она разделалась быстро, ей понадобилось всего два метких выстрела, и, кто остался жив тут же разбежались, унося раненных на себе. Правда, она пострадала тоже - у нее поехали белые колготки, и я прямо здесь, не вставая с пола, купил ей в том же киоске новую пару. К сожалению, не белые, но зато в точности ее размер, который я уже имел удовольствие определить, пока мы ползком прогуливались по вестибюлю. Айна, так звали мою новую знакомую, оказалась родом из Прибалтики, живет она недалеко от Риги, там тоже есть море, но холодное, и Айна решила поехать отдохнуть в точку погорячей. Снайперску. винтовку она взяла просто так, для самообороны, если кто начнет приставать на пляже или на базаре. Так и случилось в первый же день: прямо на улице к ней стал прицеливаться какой-то румяный красавец с тоненькими черными усиками. Ох, и любят они блондинок!.. Но моя Айна (чувствуете, как быстро развиваются наши отношения?) его опередила, спустила курок первая. После этого ей не оставалось ничего другого, как примкнуть к группировке, противоположной боевикам красавчика, румянецц которого к тому времени уступил на его лице место смертельной бледности. Пока моя любимая (да это так!), на всякий случай не выпуская винтовку из рук, меняла колготки, я позавтракал. После завтрака - процедуры: массаж, душ-шарко, собрать-разобрать автомат Калашникова. Все это абсолютно бесплатно, поскольку входит в путевку, и, если вы не нарушаете режим, в конце срока вам на основании курортной карты и по рекомендации врача, присваивают очередное воинское звание. Еще с вечера мы договорились с Айной, что пора заняться активным отдыхъом, то-есть культурной программой. Мы выбрали зарубежную поездку с посещением местного краеведческого музея. тем более, что погода так и располагала к легкой увесилительной прогулке. Зарубежье было совсем близким, в каких-нибудь двух троллейбусных остановках от нашего санатория. Но попасть туда можно было только на бэтээре. Музей тот привлекал нас архитектурными достоинствами старинного особняка и уникальной коллекцией оружия, расположенной в подвале, вход в который, как донесла разведка, был заминирован. К тому же перед самым музеем дорогу нам преградил неприятельский танк. Но с самого утра мы так настроились на встречу с прекрасным, что пришлось вступить в ближний бой. У нас с собой, как говорится, было - я имею ввиду пару бутылок коктейля Молотова, который мы прихватили на предмет пикника. Когда злополучный танк заполыхал, мы продолжили так удачно начавшуюся поездку. Пока мы с Айной, крепко крепко взявшись за руки, переходили из зала в зал великолепного дворца, любуясь люстрами и лепниной, саперы разминировали вход в подвал, и мы спустились туда для осмотра прекрасно подобранной коллекции оружия и погрузки ее на прибившийся к тому времени через линию фронта полковой камаз. Обратно возвратились в целом без приключений. Если не считать, что последние два квартала пришлось добираться пешком, таща на себе тяжело раненого стрелка-водителя нашего бэтээра. По дороге стрелок-водитель скончался, мы опустили его в старую воронку от снаряда, прикрыли ветками деревьев, дали короткий прощальный салют, - и к обеду все-таки успели. И так день за днем. день за днем - мне и не заметили. как стал подходить к концу срок наших путевок. Надо было возвращаться в родные города. Но к тому времени мы фактически представляли из себя одну семью и решили вместе поехать в какую-нибудь горячую точку на постоянное место жительства. Потому что здесь война, собственно, была на исходе. Мы заранее дали объявление через газету "Все для вас", предложений много. но пока ничего подходящего - то жилплощадь маловата. то точка недостаточно горячая... А мы уже так привыкли к фронтовым условиям, что не мыслим без них своей мирной жизни. так что, если у кого есть варианты, пишите: полевая почта 378116/2, санаторий "Дружба народов", зона тихого отдыха, второй окоп справа, счастливым молодоженам. Это мы.

– -----------------------------------------------

Павел СМИРНОВ

Агент

– ----------------------------------------------------------

Агент из Скотланд-ярда, любитель билиарда Четыре миллиарда однажды проиграл.

Штаны, пиджак и блузу он проиграл французу, Послал шары в Тулузу, а в эту не послал.

Спасаясь от погони, с револьвером в ладони Он на вокзал в Лондоне немедленно удрал.

Агенту в Ливерпуле попали в ливер пули, Но жизнь ему вернули и он ее забрал.

Очнулся он в Париже с поехавшею крышей, Но по причине грыжи на две ноги хромал.

Но окунулся в Сене, как в собственном бассейне, И на душистом сене спокойно задремал.

Агент очнулся в Риме, забыв родное имя, Он в парике и гриме на север деру дал.

О Брюсе Ли в Брюсселе не слышали доселе, Брюссельцы обрусели, устроили скандал.

Прикинувшись однако монахом из Монако, На фабрике Госзнака он миллард украл.

А после в Монте-Карло у Клары и карла Кларнеты и кораллы на ралли отыграл.