Чтение онлайн

Это вовсе не гонор. Не гордость. Не уязвлённое самолюбие. Я просто не хочу меня одно плохо на другое плохо. Я не буду чувствовать себя счастливой при таком раскладе. Просто знаю это. Проходила.

И с каждым днём мне всё больше кажется, что Руслану я больше не нужна. Потому что, если бы была нужна, он бы меня давно нашёл. Я помню его слова, но с каждым днём всё меньше в это верю.

Окна офиса выходят во двор. И в моих привычках — время от времени посматривать туда, где стояла его машина, когда мы с Ваней отправились в пиццерию. Но больше я её там не вижу. Как и в других местах, включая двор дома, где живу с мамой и сестрой.

Ваня после той встречи с Русланом стал относиться ко мне иначе. Он по прежнему поддерживает дружеские отношения, но перестал флиртовать и звать на свидания. Руслан будто пометил меня своей аурой, когда мы остались вдвоём. Будто оставил на мне отпечаток "Это моя женщина". А может Ваня просто испугался продолжать свои ухаживания. Я не обижаюсь, даже рада. Мы же дружим, общаемся, иногда ходим вместе обедать. А встречаться я всё-равно бы с ним не стала.

Денис же влюбился в новую сотрудницу, Свету, которая теперь работает в одном отделе с ним. Когда я захожу в отдел продаж, то иногда виду, как он вьётся вокруг неё, и мысленно усмехаюсь. Быстро он переключился. Впрочем, она красивая, и очень. Немудрено, мужики на таких падки. Тем более, что она, в отличие от меня, активно с ним флиртует. Думаю, что секса у них ещё не было, но всё идёт именно к этому.

Так и проходят дни, один за одним. В работе и тоске по Руслану.

Но вот наступает день, который меняет эти однообразные и серые будни.

Глава 17

Синее небо. Яркое солнце. Греет оно ещё слабо, но всё равно весна уже чувствуется. Птичье пение служит этому подтверждением.

На улице — март. Несколько дней назад, восьмого марта, мужчины нашей компании подарили нам всем приятные подарки. Шампуни, конфеты и приятные безделушки. Но два подарка мне немного отличались от остальных. Потому что к ним добавили цветы. Иван и Денис решили порадовать меня в этот день розами. Мне было приятно, и очень. Особенно, хотя я и смущалась, оттого, что они сделали это прилюдно, выделив меня тем самым из остального женского коллектива. И тем самым показали мне, что я им по прежнему небезразлична. Денис, как сплетничали сотрудницы, со Светой совсем разругался. Что-то у них не сложилось. Теперь они друг друга показательно игнорировали, а в последние дни Свету несколько раз замечали в компании одного менеджера по логистике, которого я не знала, но девчонки говорили, что он красавчик и бабник. Возможно Денис своим подарком мне просто решил её зацепить, чтобы она приревновала. Возможно просто решил вновь переключиться на меня. Но мне всё равно было приятно.

Что до Вани, так его когда-то привычные взгляды на меня, в которых сквозило восхищение, я стала вновь замечать уже в конце февраля. Мы потихоньку снова стали общаться так, как прежде. Я по обыкновению держала дистанцию, а он всячески стремился её сократить.

Руслан с праздником меня не поздравил. Даже не написал. Он вообще с тех пор, как я тогда поставила ему ультиматум, не писал больше и не звонил.

И для того, чтобы перечислить ему сорок две тысячи в марте, я снова продала несколько украшений. Всё, что у меня осталось от его подарков такого рода — пара серёжек. Их я собиралась сдать в ломбард в апреле, и очень надеялась на дальнейшее повышение зарплаты. Не без оснований — возясь с документами, я часто оставалась на работе сверхурочно, и надеялась, что начальство отметит моё рвение к работе.

Пару раз я поднимала эту тему с замом гендира, и он, насколько я его поняла, в общем-то был не против поспособствовать моему повышению и, соответствующему увеличению зарплаты. Зам — сухонький и седоусый пятидесятилетний Василий Ильич, слыл человеком слова и я, видя то, что он на моей стороне, уже видела себя в должности главного эйчара юго-восточного филиала нашей компании.

В общем, дела налаживаются. Единственное, что меня огорчает — нежелание Руслана со мной общаться. Но я потихоньку отвыкаю от него, и мне кажется, что я уже не так сильно нуждаюсь в нём, как это было раньше.

Хотя иногда, думая о нём ночами, я плачу. Просто скучаю. По нему тому, которым он был со мной в начале наших отношений. Пока что я не могу воспринимать никого из других мужчин в качестве потенциального своего, но я думаю, что со временем смогу. А пока что в сравнении с Русланом все они меркнут. Я часто пишу ему письма и короткие сообщения, но никогда не отправляю. Не хочу унижаться. Понимаю, что свой выбор он уже сделал. И, услышав мой ультиматум, окончательно вычеркнул меня из своей жизни. Но я по прежнему считаю, что сделала правильно, что сказала ему всё это.

В этот солнечный мартовский день мы встретились с Ваней на ВДНХ, чтобы, заказав пообедать вместе, а потом сходить в кино, на которое он неделю, наверное, меня звал. Я уже привыкла к тому, что Ваня немного болтлив и способен трещать без умолку. И рада этому — он отвлекает меня от грустных мыслей, которые часто бывают у меня, когда я не занята работой. А в выходные дни это особенно ценно. Именно поэтому я и согласилась. Наверное, это уже можно назвать свиданием. Но я предпочитаю считать это дружеской встречей, и изначально, перед тем, как согласилась на неё, прямым текстом сказала Ване об этом. Он ответил, что это она и есть, хотя я понимаю, что он покривил душой: слишком очевидно то, что он снова ко мне неровно дышит.

И чего греха таить — мне это льстит и повышает самооценку. При этом я хорошо понимаю, что если бы не Руслан и его подарки, не факт, что я Ваню бы заинтересовала. Всё-таки до моего романа с Русланом я и вела себя и выглядела совсем иначе.

Ваня галантно открывает и придерживает передо мной дверь и я вхожу в тёплое фойе ресторана. Играет приятная музыка, вкусно пахнет выпечкой, из глубин ресторана слышатся голоса. Мы с Ваней оставляем верхнюю одежду в гардеробной и заходим в зал. Выбираем столик у окна и удобно располагаемся. Официантка приносит на меню. Определяемся с блюдами и делаем заказ. Я заранее, при обсуждении этого похода в ресторан, настояла на том, что счёт мы оплатим пополам Ваня сначала сопротивлялся и всячески отшучивался, но потом был вынужден согласиться. Потому что я ему прямо сказала, что на других условиях в ресторан с ним не пойду. Это именно что дружеская встреча, а не свидание. И пусть это не совсем так, а точнее не свидание это только с моей стороны, мне так спокойнее.

И в общем, этот поздний обед или ранний ужин проходит очень весело и хорошо. Но наступает событие, которое всё резко меняет.

Потому что, когда мы выходим из ресторана, чтобы отправиться в кино, я буквально врезаюсь в мужчину, который…

… который вдруг, сощурив глаза, заинтересованно в меня всматривается, а затем довольно осклабливается.

К своему ужасу я узнаю в нём человека, которого сейчас встретить хотела бы, пожалуй, меньше всего.

Александра.

Глава 18

— Опаньки! Какая встреча! — судя по интонациям низкого, чуть дребезжащего голоса, Александр сегодня уже принял на грудь. — У меня сегодня просто день подарков какой-то!

Выглядит он, конечно, на уровне. Дорогая ткань чёрного костюма, бордовая сорочка, чёрный, в косую бордовую полоску галстук. Когда я в растерянности опускаю взгляд, то замечаю блеск золотых часов на руке и тёмно-красные туфли из крокодиловой кожи.

Он и производит впечатление какого-то крокодила. Нет, он симпатичный мужчина. И сегодня выглядит даже, пожалуй, импозантнее, чем тогда, в питерском ресторане, когда был изрядно пьян. Но повадки, взгляд и манера одеваться — такие же. Очень хищные и тяжёлые. Он реально будто рептилия.

Высокий брюнет с напряжёнными, резкими чертами лица. Я вспоминаю его мгновенно. Прежде всего благодаря росту, взгляду, чёрной жгучести, будто крашеных, волос и конечно — крючковатому, тонкому в переносице носу, похожему на клюв хищной птицы.

Тогда, в Питере, он выглядел как-то более дружелюбно, что ли… Может быть, за счёт белой рубашки… А может потому, что у него была другая, более растрёпанная причёска. Сейчас его волосы зализаны назад, и благодаря этому он в своей одежде немного напоминает ещё и богатого гангстера из американских фильмов про Великую Депрессию.