Чтение онлайн

“Ладно”, скрипнув зубами, зло подумал я, “Значит будем разбираться путём экспериментального тыка”.

Вспомнив, по аналогии с компьютером, что у мышки есть две клавиши – левая и правая – я решил, что до этого, подобно тупому ламеру, пользовался только левой. У правой же функций было намного больше: после её использования на экране постоянно вылезали какие-то длинные, зловещие списки – зачастую на буржуинском, в котором я не особо большой знаток. Списков этих я, разумеется, не читал и вообще считал, что до их появления работать в компьютере было намного проще и приятнее.

Что ж, похоже пришла пора учиться чему-то новому. Сфокусировав зрение на нужном умении, я мысленно представил, что щёлкаю по нему с помощью правой клавиши.

Выскочила та же самая надпись.

Мысленно её стерев, я задумался. Возможно, Система воспринимает не только зрение и ментальный посыл, но и каким-то образом считывает моторику? Что если не просто представлять, но и сделать движение пальцем, как будто и правда у меня в ладони компьютерная мышка?

Очередная попытка, и снова на экране та же самая надпись.

– Да ты издеваешься, – пробурчал я, – Херня, один хрен я тебя добью.

Я вспомнил, как Дик общался со своим искином. Помимо мысленного управления через нейросеть, он дополнительно подавал команды голосом. Может именно здесь собака порылась?

В очередной раз наведясь на умение, которое я уже начинал мысленно ненавидеть, я “щёлкнул”, одновременно дёрнул средним пальцем правой руки, изображая “клик”, и чётко вслух произнёс:

– Правая!

Выскочившая надпись нисколько не изменилась.

– Сука! – с чувством произнёс я ещё после нескольких подобных попыток, – У меня уже конец замёрз!

Почувствовав, что лежавший на холодном дне ванны вышеупомянутый орган реально окоченел, я зажал его в кулак, чтобы хоть немного отогреть. И в это самое время проявился Дик.

“Привет!”, жизнерадостно поздоровался он и, только сейчас обратив внимание на деликатность ситуации, смущённо произнёс, “Ох, прости! Я, наверное, не вовремя. Загляну в другой раз”.

– Стой, падла! – в голосину завыл я, – Вот только попробуй сейчас уйти!

Сверху привычно и радостно заколотила по трубе соседская бабка, требуя тишины. Похоже, колотить по трубам ей нравилось больше, чем пресловутая тишина, которой она добивалась.

“Ну, знаешь!”, возмутился парень, “Ты, конечно, мой напарник, собрат по несчастью и вообще классный чел, но это не значит, что мне должно нравиться всё, что ты делаешь “.

“Что я по-твоему делаю?”, мысленно прошипел я. Надеюсь, это было шипение разъярённой кобры, а не сдавленное сипение полузадушенного хомяка.

“Так понятно что”, философски заметил мой напарник, “Нормальное дело, особенно в твоём возрасте. Ты, смотри, только не переусердствуй тут. Я читал, что у возрастных, бывает, и сердечко прихватывает от излишнего усердия “.

“Слушай”, стараясь держать себя в руках, заговорил я, “Это вовсе не то, о чём ты подумал. Вообще-то я хотел активировать умение”.

“Ты хотел что?”, недоумевающе переспросил Дик.

“Активировать умение Исцеление малое, начального уровня“, понимая, насколько глупо это звучит в текущей ситуации, повторил я.

“Э-э, Дим, а ты уверен, что оно активируется именно так?”, после долгой паузы осторожно спросил парень.

В чём-то я его понимал. Иметь в напарниках не самого молодого и здорового человека – далеко не то, о чём мечтают юные пилоты его возраста. Но ещё хуже иметь в напарниках поехавшего крышей дедулю, который неизвестно что в следующий момент может учудить. Особенно, когда от того, жив твой напарник или нет, зависит и твоя собственная жизнь.

“Я вообще понятия не имею, как его активировать”, честно признался я, “Написано, что его надо вставить в слот быстрого доступа. Вот я и пытался это сделать”.

“Ты пытался вставить умение в ПСБД… членом? “, не поверил мне Дик.

“Да каким в жопу членом!”, взорвался я, “ПКМ я пытался сделать!”.

“А, так бы сразу и сказал”, успокоился парень, “Не получилось с первого раза – бывает. Решил восстановить ПКМ таким способом? Нормальный вариант! Только давай я тебя оставлю ненадолго, а ты потом, когда кончишь, сам потом ко мне стучи. Идёт? “.

“Слушай, мы точно сейчас говорим об одном и том же?”, подозревая неладное, поинтересовался я у этого молодого да раннего тролля, “Что, по твоему, такое ПКМ? “.

“Привычная картина мира, разумеется”, недоумевая, откликнулся тот, “Восстановление ПКМ может производиться различными способами. Поверь, твой – ещё далеко не самый худший”.

Похоже, парень твёрдо уверился, что я собирался вздрочнуть, чтобы прийти в себя после бурной ночи. И убеждать его в обратном будет глупо и где-то даже недальновидно. Ладно, пусть думает, что хочет, лишь бы помог. Вряд ли он побежит кому-то болтать о моих тайных наклонностях. Да и кому и что он сможет разболтать на своей помойке?

Вздохнув, я выбрался из ванны и принялся одеваться.

“Что-то случилось, Дим?”, обеспокоился Дик, “Прости, я и правда не хотел мешать. Если хочешь, я заскочу позже”.

– Не стоит, – вслух буркнул я, закончив с одеждой и направляясь на кухню.

“Но ты обязательно должен сделать ПКМ!”, настойчиво принялся убеждать меня он, “Это важно, Дим!”.

– Я передумал, – сквозь зубы процедил я, – Слушай, давай замнём эту тему. Мне она неприятна.

“Ладно”, немного неуверенно отозвался он, “Но, если что…”.

– Ага, как только, так сразу. Может мы поговорим о чём-то более продуктивном или полезном? Например, ты научишь меня перемещать умения в ПСБД.

“Можно”, легко согласился парень,”Только ты перейди на мыслеречь. Мне не очень комфортно так общаться “.

“А я, думал, ты с Искрой специально вслух разговариваешь, чтобы она тебя лучше понимала”.

“А, ты вон про что”, усмехнулся он, “Нет, тут всё немного сложнее. В основном, конечно, наше общение идёт через интерфейс. Но мыслеречь не фиксируется в лог-буке. Точнее фиксируется, но в интерпретации искина, а, значит, не может являться доказательством в суде. Поэтому, по лётному протоколу, любые команды, выводы и прочая важная информация должны быть вербально озвучены. Ну а потом со временем просто привыкаешь, и общение идёт по двум потокам одновременно – устному и через интерфейс. Кстати, я заценил твой прикол с “Бортжурналом Писюни Палкина”. Мне зашло, честно“.