Чтение онлайн

– Позволь мне остаться до конца месяца, - попросила я.
– Не прогоняй. Вот увидишь, у меня не будет злобной маски вместо лица. И я не стану тебя ненавидеть. Обещаю.

Сандро уткнулся носом мне в грудь и с шумом втянул воздух.

– Ты пахнешь солнцем и светом. Мне нравится, когда ты рядом, - признался он.
– И я хочу верить, что ты выдержишь. Но пообещай, что уедешь, если станет особенно тяжело.

– Хорошо, - согласилась я. Пробежала пальцами по его волосам, обхватила ладонями шею.
– Обещаю.

Его взгляд потеплел. Ладони с моей талии переместились на лопатки, затем снова вниз, к пояснице. От этого поглаживания захотелось прогнуться в спине, как ластящейся кошке.

В этот миг послышался оглушительный раскат грома. В доме пропал свет, и теперь только пламя камина освещало гостиную.

Хотя нет, теперь стала вновь видна татуировка Сандро - ее краешек выглядывал из расстегнутого ворота рубашки. Я коснулась светящегося завитка и зажмурилась, превозмогая желание расстегнуть рубашку полностью и осмотреть татушку целиком. И не только ее.

– Тебе страшно?
– Сандро по-своему расценил мое поведение.

– Нет, - почему-то я перешла на шепот.

Но мне и правда не было страшно. Похоже, Сандро все же ошибся - не на всех его камера действует одинаково. Меня больше интересовал сам фотограф, чем его снимки.

– А я боюсь темноты, - неожиданно признался он.
– Больше, чем одиночества...

– Поэтому сделал неоновую тату?
– усмехнулась я.

– Нет, свет достался мне в дар, - в тон мне отозвался Сандро.
– От друзей. А татуировку я сделал еще подростком, по глупости, конечно.

– Представляю, как влетело тебе от родителей, - фыркнула я.

Почему-то мне казалось, что Сандро воспитывался в богатой и любящей семье. Представить этого тихого и скромного мужчину бунтарем-подростком было для меня слишком сложно.

– В юности я любил посещать бедные кварталы, - заявил Сандро.
– Меня даже приняли в местную банду. Научили воровать магнитолы и приторговывать наркотой. Тогда мне и дали кличку Цербер - за агрессию и хладнокровие.

Я отстранилась и заглянула ему в глаза: не врет ли? Никогда не считала себя знатоком характеров, но отличить отъявленного бандита от интеллигента все же могу. Понятия «агрессия» и «хладнокровие» совершенно не липли к Сандро.

– Не волнуйся, это в прошлом, - сообщил он, заметив мою настороженность.
– Жизнь преподала мне хороший урок.

– Но прозвище осталось, - горько пошутила я.
– И теперь ты Цербер, стерегущий фотографии, от которых стынет кровь в жилах.

Мне стало немного не по себе от того, как изменился в лице Сандро. Кажется, опять наболтала лишнего. Лучше бы про задание думала...

Я вновь уселась в кресло, поджав под себя ноги, и рискнула пойти ва-банк:

– Можно мне посмотреть и другие фотографии?

– Не сегодня, - разочаровал меня ответ.
– Ты очень вынослива, но не стоит так рисковать. Не лишай меня новой встречи и возможности побеседовать.

Он бросил на меня задумчивый взгляд, и в его глазах блеснули лукавые искорки. Меня не пришлось долго упрашивать.

– В ближайшие дни я совершенно свободна, так что приму приглашение с радостью. Только скажи, это будет считаться свиданием? Или только лишь продолжением работы?

Сандро неопределенно пожал плечами. Выглядел он крайне забавно, точно всерьез задумался над моим полушутливым вопросом.

– Не знаю, - протянул он.
– Я так давно не был на свиданиях, что, кажется, забыл каково это.

Вот так ничего себе! Сандро рушил все известные мне стереотипы. Даже представить сложно, что богатый, знаменитый, да к тому же привлекательный фотограф не знает, как вести себя с девушкой. Наверное, я зря сказала ему про свидание... еще отпугну ненароком.

Он потянулся к фотоаппарату, и вспышка привычно осветила мое лицо. А через секунду зажегся свет. И я немного пожалела, что гроза почти кончилась. Исчезла та романтическая атмосфера, что позволила нам с Сандро сблизиться.

Теперь же рядом сидели два малознакомых человека, связанных только контрактом. Ни о какой доверительной беседе и речи быть не могло. Сандро снова отгородился от меня своей камерой, точно не он только что обнимал меня как самую желанную женщину.

– Твой фотоаппарат такой интересный, никогда прежде такого не видела, - брякнула я первое, что пришло в голову. Лишь бы прервать повисшее в воздухе тягостное молчание.

Сандро провел рукой по объективу так заботливо, что я немного позавидовала безжизненной квадратной коробке. Все же свою фотокамеру итальянец любил больше всего на свете. И был предан ей безоговорочно.

– Это «Hasselblad», - произнес он так, словно это название должно для меня что-то значить.
– С годами она не потеряла ни шарма, ни функциональности. Известно ли тебе, что такая же фотокамера побывала даже на луне?

– Нет, - буркнула я сквозь зубы и обиженно отвернулась.

Еще бы он ходил на свидания. Какая нормальная девушка выдержит его разглагольствования о фотокамерах? Вот если бы Сандро предложил мне полюбоваться луной - тогда да.

И, словно по волшебству, мои брови сошлись над переносицей, а губы непроизвольно поджались. А ведь я обещала фотографу не меняться.

Но стоило подумать о мрачном, как у меня сильнее заслезились глаза, точно кто-то невидимый бросил в них комком пыли. И в ушах появился гул, похожий на помехи в переговорном устройстве.

– Мне пора!
– Сандро поднялся с места и бегом направился к выходу.

– Куда?
– Я тоже подскочила и с силой потерла лицо ладонями. Неужели это моя изменившаяся внешность так подействовала на него?
– Останься... Обещаю, больше не буду приставать с расспросами.

– Меня зовут, - голос Сандро донесся уже из коридора.

Я заозиралась: кто зовет? Куда? Как все же он получает сообщения о новых трагедиях?

– Не все ты мне рассказал, коварный Цербер, - сказала я Сандро, хоть его и не было рядом.
– Придется попытать тебя еще раз.

Я распахнула шторы на окнах и удивилась переменчивости погоды: после прошедшей грозы ярко светило солнце, заставляя дрожащие на листве капли переливаться всеми цветами радуги. Из ворот выехала машина Сандро - она неслась с такой скоростью, точно за ней гнался сам дьявол.