Чтение онлайн

– Да брось, - обронила она, делая новую глубокую затяжку.
– Было бы неудобно - не стала предлагать. А так поддержу тебя, чтоб глупостей не наделала. Будем вечерами болтать, смотреть телек и есть пиццу. Ради тебя я даже заброшу на месяцок-другой свою диету. Так что не парься, все образуется.

Она выдохнула табачный дым, и я непроизвольно поморщилась.

– Нет, курить не брошу ни за какие коврижки!
– возмутилась Светка.
– Не отнимай у меня последнюю радость. Лучше покажи еще раз...

Она кивком головы указала на фирменный пакет, в котором лежало новое платье, туфли-лодочки и сумочка для сегодняшнего вечера. Вопреки настроению, я выбрала вещи ярко-малинового цвета, и он очень шел мне. Длинное платье в пол открывало спину, обхватывало бедра и ниспадало красивыми складками атласной ткани. Искусственная белая шубка прекрасно дополняла образ. В этих вещах я походила на королеву. А вовсе не на девушку, которую собирались бросить.

Светлана оказалась так добра, что помогла мне уложить волосы и сделать макияж. А потом уселась на мягкий пуфик, закинула ногу на ногу и вновь закурила. При этом она не сводила с меня восхищенного и слегка завистливого взгляда.

– Красотка! Все же это задание очень тебя изменило. И в лучшую сторону. Подумать только, была мышь мышью... А теперь - хоть на обложку журнала.

Раньше я бы, наверное, обиделась на подобное замечание. Но сейчас, разглядывая себя в зеркале, вынуждена была признать Светкину правоту: я стала другой. Еще бы знать, как теперь жить с этим открытием.

– Может, тебе, и правда, устроиться в эскорт-агентство?
– выдохнув облако дыма, изложила она свои домыслы.
– А что, опыт есть, внешность соответствующая. Итальянский подучишь как следует и - вперед.

Я нахмурилась. Представить кого-то, кроме Сандро, в роли спутника, пусть и за большие деньги, казалось предательством себя самой. А вдруг от меня потребуют интима... Нет уж, лучше тихий архив - пыльный, но безлюдный. Кажется, за последнее время я привыкла к уединению.

– Раз тебе нравится такая работа, ты на нее и устраивайся, - не слишком любезно буркнула я.

– А вот и попробую - вдруг возьмут, - не слишком правдиво откликнулась Светка. Кинула мне сотовый и распорядилась: - Звони своему ухажеру, пусть заедет за тобой сюда. Не тащиться же тебе, такой нарядной, в дешевый мотель.

Я набрала номер такси. Пока шли длинные гудки, напомнила Светке:

– Сандро не держит при себе ни гаджетов, ни средств связи. И даже наручные часы у него механические. Так что мне придется выполнить его просьбу и вернуться в отель к назначенному времени.

– Мне кажется, он и сам у тебя механический, - недовольно буркнула Светка.
– Ладно уж, езжай. Расскажешь потом, как прошло.

– Ага, - пообещала я.

А про себя подумала: если бы Сандро был «у меня»... тогда бы все было совсем иначе.

Сандро

Ему казалось, что он разлетается на куски. Разум упрямо твердил, что вот сейчас, именно в этот момент лучше расстаться с Надеждой. Позволить ей, как изящной шхуне, нестись вопреки всем ветрам навстречу собственному счастью. Ему же, словно проржавевшему якорю, вновь опуститься на дно. Затаиться и наблюдать за чужой жизнью через объектив фотокамеры.

Но сознание упорно цеплялось за последнюю возможность побыть еще недолго возле Надежды. Насладиться ее внутренним светом и ее теплом.

Сандро видел отстраненность любимой, затаенную печаль в прекрасных глазах. И не знал, как утешить. Пытался объяснить так, чтобы она поняла: расставание - это лучшее, чем он может ее отблагодарить.

Надежда не верила. И, кажется, ненавидела орбов. Считала их монстрами, поглощающими его жизнь.

Но Сандро относился к ним иначе и пытался переубедить. Рассказал все, что знал. В том числе о Симоне и ее вещих снах.

Надежда спросила, можно ли слышать голоса орбов. И Сандро всерьез задумался. Прежде он никогда не думал о подобном, хотя перерыл массу источников, изучил множество теорий. И лишь в одном был убежден твердо: орбы показывают только то, что хотят, чтобы мы увидели. И для каждого предлагают свой метод.

От обсуждения способностей, дарованных орбами, разговор вновь вернулся к размышлениям о будущем. Сандро признался, что уезжает. Такой внутренней боли он не испытывал давно. Но понимал, что это неизбежно, и держался, подавляя свои желания и порывы.

«Она думает, я убегаю, - рассуждал мысленно.
– Но это не так. Я спасаю ее от себя самого. Больше никогда, ни одной девушке я не испорчу жизнь. А Надежда... она навсегда останется в моем сердце».

Стремясь облегчить удар, он предложил прощальный ужин. И сколько бы ни пытался убедить себя, понимал, что тоже оттягивает минуту разрыва. А как бы ему хотелось сделать предстоящий вечер другим. Вместо печальных известий преподнести Наде обручальное кольцо и предложить руку и сердце.

Но ни то, ни другое не принадлежали Сандро полностью. Он словно бы стал марионеткой в руках вездесущих орбов. А без них...

К чему Надежде нетвердая рука слепца? И сердце, заледеневшее от страданий - чужих и собственных?..

Глава 19

Вера

Вечер в ресторане прошел для меня как в тумане. Ни отменная еда, ни шикарная обстановка и услужливые улыбки официантов не могли избавить от унылого настроения. Обреченность словно витала в воздухе, проникая в каждую клеточку тела, вымораживая, кажется, саму душу.

Сандро, сперва пытавшийся меня развеселить, после нескольких тщетных попыток сдался. И сам словно оледенел, отстранился. Словом, стал таким, каким я его увидела в нашу первую встречу.

Музыканты заиграла громче, по залу поплыла романтическая, нежная мелодия.

– Хочешь потанцевать?
– предложил Сандро и протянул через столик руку.

Я ее не приняла. Покачала головой и уставилась на тарелку с ризотто. Даже любимое лакомство не радовало сегодня.

– Прости, нога немного побаливает, - прошептала неуверенно.

Конечно же, соврала. Нога меня меньше всего беспокоила. Болело сердце.

– Мы так ни разу и не потанцевали, - тем же тоном отозвался Сандро и спрятал руки на коленях.
– Но, наверное, это и к лучшему. Давно не танцевал и, пожалуй, подзабыл, как это делается.

Он невесело улыбнулся и развел руками.

– Мне казалось, все итальянцы любят и умеют танцевать, - я все же поддержала беседу, - и вообще славятся своей беззаботностью и веселостью. Ты разбил эту легенду на осколки.