Чтение онлайн

Почему сейчас он спустился вниз босой и небритый, одетый в старую поношенную футболку и те же самые джинсы, что были на нем вчера вечером? И к тому же голой ступней гладил под столом ее ногу!

Эльвира отодвинулась и стала наливать себе кофе, но ее руки так тряслись, что она боялась пронести чашку мимо рта.

Встретив его игривый взгляд, она многозначительно спросила:

— Ты не опоздаешь, Леонардо?

— Опоздаю? — весело переспросил он. — Я директор банка, дорогая. Я могу опоздать, если считаю нужным.

— Но, папа, — вмешался Марко. — Ты всегда говорил, что раз ты директор, то должен подавать всем пример, поэтому можешь опаздывать лишь в крайнем случае. Помнишь, когда я не хотел идти в школу из-за контрольной по математике, ты меня заставил!

— По-моему, он прав, Леонардо, — поддержала мальчика Эльвира.

— Неужели? — В его глазах промелькнул опасный огонек, но он постарался улыбнуться. — И все же, — небрежно продолжал он, — сегодня я, пожалуй, поработаю дома.

Эльвира догадалась, что он задумал, но не собиралась ему подыгрывать. Чтобы сохранить душевное равновесие, ей нельзя было терять бдительность.

— Как жаль, что мне придется уйти, — промолвила она и невольно улыбнулась.

— Что ты этим хочешь сказать? — нахмурился Леонардо.

— Нам с Аделой нужно показаться врачу.

— А что с ней случилось? — встревожился Леонардо.

— Ничего. Это просто регулярный осмотр и взвешивание.

— Ну, врач может прийти и сюда. Думаю, мы договоримся!

— Нет, не надо! — твердо возразила Эльвира. — Когда я плохо себя чувствовала, это имело смысл. Но сейчас мне просто необходимо выйти на улицу, и Аделе нужен свежий воздух. Разве я не права?

Леонардо смерил ее ледяным взглядом.

— Права, — холодно согласился он.

Эльвира стелила чистую простыню на дно коляски, когда услышала, что Леонардо подошел к ней сзади. Она приготовилась к тому, что он обнимет ее, но он этого не сделал. Повернувшись к нему лицом, она заметила раздражение, которое опасным огоньком зажглось в его глазах.

— В чем дело, дорогая? — пробормотал он.

Леонардо не хотелось признавать, что впервые в жизни был так искусно отвергнут женщиной. Однако лучшего способа разжечь его желание трудно было придумать.

— Ни в чем, — спокойно ответила Эльвира. — Все в порядке.

— Утром ты пожалела о том, что мы провели эту ночь вместе?

— Нет, конечно нет.

— Тогда почему ты так настойчиво держишь меня на расстоянии?

Эльвира выглянула из-за его широкого плеча, чтобы убедиться, что поблизости никого нет.

— А чего ты ожидал? — прошипела она. — Полли здесь!

— Я дам ей на сегодня выходной, — пожал плечами Леонардо.

— С какой стати?!

— А почему бы и нет?

— Значит, сначала ты устроил выходной себе, — строго проговорила она, — а теперь решил отпустить и Полли, чтобы мы могли провести остаток дня в постели. Я правильно поняла?

— Звучит довольно заманчиво, — ухмыльнулся Леонардо.

— Ну а я думаю, что это не очень хорошая идея. Пожалуй, худшая из всех, что я когда-либо слышала!

Возможно, я слегка преувеличила, подумала Эльвира, но ей нужно было заставить его понять, как она себя чувствует.

Повисла долгая напряженная пауза.

— Не потрудишься объяснить почему?

Она тяжело вздохнула. А вот это будет не так-то просто. Ведь она тоже хочет его, причем так сильно, что это угрожает превратиться в серьезную проблему.

— Мне нужно заниматься ребенком, выполнять определенные обязанности, а не только наслаждаться любовью.

— А ты уверена, что одно исключает другое?

— Конечно нет… Но очень важно, чтобы я была с Аделой. Будь она нашей дочерью, мы занимались бы только ею, а не друг другом…

— Но она не наш общий ребенок, — заключил он и с пронзительной остротой пожалел, что это не так.

— Да, ты прав. Поэтому мне нужно уделять ей удвоенное внимание, а если я буду часами кувыркаться с тобой в постели, то на это просто не хватит времени. — Она посмотрела на него своими огромными, внезапно потемневшими глазами. — Ты же сам все отлично понимаешь.

Леонардо вздохнул. А ведь если бы она забыла о ребенке, полностью отдавшись сексуальным играм, подумал он, вскоре между ними все было бы кончено.

— Думаю, ты права. Но ночью… Я могу надеяться, что каждая ночь будет принадлежать нам? — Он окинул ее выразительным взглядом. — Согласна?

— О да. — Эльвира протянула руку, чтобы коснуться его лица, но Леонардо перехватил ее, сжав запястье, и покачал головой.

— Нет, Эльвирита, — спокойно сказал он. — Ты не можешь поцеловать меня на прощание и уйти, чтобы я мучился весь оставшийся день. — И он приник к ее губам жарким поцелуем. Она почувствовала головокружение и в растерянности заглянула в его глаза, а Леонардо улыбнулся ей какой-то опустошенной улыбкой. — Видишь, как это больно, дорогая моя девочка?

Пока она обдумывала ответ, он развернулся и быстро вышел.

К вечеру Леонардо немного успокоился, хотя подозревал, что его бодрое настроение связано с предвкушением долгожданной ночи.

По дороге домой с работы он остановился у цветочного магазинчика и выбрал изысканный букет. Еще он купил несколько плиток шоколада и новый конструктор для Марко.

Войдя в дом, он удивился царящей вокруг тишине. Марко сидел за уроками в своей комнате, а Эльвира в кресле перед камином в маленькой гостиной кормила ребенка.

Она не заметила, как он вошел, и продолжала мурлыкать песенки девочке, мирно сосавшей грудь. Леонардо захотелось подойти и поцеловать ее.

— Привет! — вместо этого спокойно поздоровался он.

Эльвира подняла голову, и глаза ее засияли еще ярче.

— Привет.

— Все в порядке?

— Вроде того. — Она заколебалась. — Леонардо, я хотела поговорить насчет сегодняшнего утра…

— Прости…

— Нет, это ты меня прости…

— Я извинился первым, — поддразнил ее он и, словно фокусник, извлек из-за спины роскошный букет.

— Это мне? — удивилась Эльвира.

— А кому же еще?

Она склонилась к цветам и с наслаждением вдохнула тонкий аромат.

— А я думала, Полли.

— С какой стати?

— Дело в том, что она… — с заговорщицким видом начала Эльвира.

— Кстати, где она? — прервал ее Леонардо. Обычно, когда он возвращался с работы, Полли готовила ужин. Но сегодня из кухни не доносилось никаких соблазнительных запахов. — Куда подевалась Полли? — уже с легким беспокойством переспросил он.