Подлец
Шрифт:
– Ну что скажешь, подследственный Щеглов? – спросил он без вступления, сухо.
– Вам нужна информация на моих боссов? Я готов её открыть в обмен на свободу.
Прокурор пристально взглянул на собеседника и какое то время раздумывал.
– Дай показания, и ты будешь проходить по делу как свидетель, - заявил он.
– Это опасно не только для меня, но и для моей семьи. Я готов тайно сдать сведения, и вам будет ясно, на чём вы сможете их поймать. Или я нём как рыба.
– Ты ставишь нам условия?
– Я спасаю свою шкуру.
Помолчав, прокурор спросил, какого рода сведениями он располагает. Предметные и лаконичные объяснения Сергея заинтересовали его настолько, что он не отклонил его условий сразу. Но прокурор ничего и не пообещал.
Прошло несколько недель. Как-то днём Сергея разбудил Гвоздь, оказавшийся на соседней койке.
– Ты готов? – прошептал он.
Сергей согласно кивнул, но от удивления не очень уверенно. Гвоздь пристально на него посмотрел.
– Нет, брат, если не уверен – не берись, - заключил Гвоздь.
– Уверен, - подтвердил Сергей.
Гвоздь ещё раз пронзил его взглядом и осторожно оглянулся.
– Это влетит тебе в круглую сумму … - он назвал цифру, которая превышала раза в два предполагаемую Сергеем, но торговаться не приходилось.
Вероятно, ему чудом повезло, что для него решились организовать побег.
Пособники не просто рисковали, побег – это ЧП, после которого у начальства тюремной охраны полетят головы, так что если уж их и терять, то за такой куш, чтобы можно было холить своё тело в остатке жизни на лазурном побережье.
– Бабки вперёд. Как только твои люди заплатят задаток – половину, я открою тебе план, накануне – остальное, наши люди тебе помогут и кое-кто из охраны.
Гвоздь перевернулся на спину, заложил руки за голову и закрыл глаза. Сергей вдруг испугался согласия, которого с нетерпением ожидал: ведь его могли и наколоть с этим побегом. «Нужно потянуть время до решения прокурора», - подумал он.
И вот превратная судьба снова проявила благоволение к нему. Вскоре его привели к прокурору, который холодно объявил:
– Мы отпускаем тебя под подписку о невыезде. Если не представишь нам обещанные сведения, вернём обратно. Сдержишь слово – закроем дело.
Всё разрешилось столь невероятно счастливым образом, что Сергею даже стало не по себе: как бы ему не уверовать после такого подарка судьбы, что он её избранник. Ведь далеко не всё ещё было позади, если вообще возможен был благополучный конец у этой истории, которая порой напоминала несущийся поезд, без остановок и станции назначения. Расслабляться рано. Все свои моральные силы Сергей пытался направить в русло холодного рассудка. Перед освобождением у него возник замысел полного избавления.
Гвоздю он сообщил, что план побега остаётся в силе, но только не для него, а для его товарища. На недоумение Сергей ответил, что так было задумано с самого начала в целях конспирации. Гвоздь потребовал назвать имя будущего беглеца, ссылаясь на то, что охрана не каждому подследственному согласится помочь бежать – это зависит от тяжести обвинения, - и через пару дней подтвердил согласие.
В первый же день освобождения Сергей встретился с подручным Базанова в своём особняке. Он открыл ему некоторые детали следствия и изложил свой план спасения всех от уголовного преследования.
– Я знаю, как избавиться от всех наших злоключений, - заявил он.
Гость поднял насмешливый взгляд.
– Для этого придётся пожертвовать Васей. Он слабое звено, из-за него заварилась вся эта каша.
Помощник босса недовольно насупился.
– Это интересно! – возмутился он.
– Я устрою ему побег, а ваши люди завершат дело, когда он окажется за стенами СИЗО.
Гость вскинул бровями изумлённо, а потом зло усмехнулся:
– Побег? Из СИЗО? У тебя ролик за шарик заехал, что ли?!
Ему доставляло удовольствие насмехаться, но Сергей не терял хладнокровия, как не теряют его мудрецы, готовые к насмешкам глупцов.
– Если бы мы хотели, избавились бы от него и там… - визитёр нервничал, встретив невозмутимость собеседника.
– Почему же не делаете этого? – спокойно спросил Сергей.
– А это не твоё дело, понял? Вася – наш человек.
– Нет, это и моё дело. А ваш Вася – дерьмо собачье. Он сдал меня, а значит и вас, - Сергей прибавил твёрдости в голосе. – По логике, уже наступила и моя очередь. Но хочу предупредить: если от меня не будет известий некоторое время, то все сведения о махинациях вашей организации попадут куда следует…
Лицо гостя зло исказилось.
– Ты что, никак пугать нас вздумал? Ещё не разобрался, с кем имеешь дело?! Дурья твоя башка!
– Я вижу, что имею дело с шутом гороховым. Не ты принимаешь решение, так что послужи хотя бы точным телеграфом. Не то я напрямик обращусь к боссу, - не теряя самообладания, говорил Сергей, не сводя с собеседника глаз, лицо которого зарделось от оскорбления, но его сдержало любопытство.
В следующую секунду ему вернулись брезгливость и насмешливость.
– Побег я готовил для себя, и это возможно. Сейчас всё можно купить, и побег тоже. Убери вы его в изоляторе – прокуратура озвереет. Если он сбежит – так сбежит. Будут искать его, а не его труп, но и трупа не будет. Потом должен исчезнуть и я, но, разумеется, только для следственных органов. Вы мне в этом поможете.
Сергей деловито поделился подробностями своей идеи. Подручный Базанова выслушал его внимательно.
В тот же день он передал боссу за ужином в ресторане содержание разговора с Щегловым.
– Ох и шельма этот Щеглов! – заключил тот, не без похвалы в адрес виновника затеи.
– Имитатор хренов, - ревниво выразился подручный. – уверен, что он нас нагрел с помощью хакеров.
– У нас нет доказательств.
– В пыточный подвал его – и будут все доказательства.
– А вдруг не он? Кости ломать невинным – не в моих правилах. Мы – интеллигентная организация. А он способный малый, ещё пригодится нам. И потом: мы будем его пасти и узнаем, вор он или нет. А коли вор, пусть вернёт украденное… по-хорошему… - он подмигнул. – Что ни говори, а план мне его нравится. В конце концов, попытка не пытка. Будем действовать по его плану, - удовлетворённо заключил Базанов, к ревностному изумлению подручного.