Чтение онлайн

Ирина вздохнула.

– Ну что ж, это шанс, и я его не упущу, - глаза её просияли. – Но только начальника не надо выгонять. Я не хочу иметь репутацию гарпии.

 Уже через неделю Ирина дала первое интервью в новой должности одному их журналов. Сергей взялся его читать и был ошеломлён: с её уст слетело его тайное намерение войти в новый холдинг, о чём он ей на радостях наговорил, но о чём не следовало бы заикаться до поры до времени. И всё это накануне собрания акционеров, где он поставит вопрос о новом слиянии. Акционеры возмутятся, обвиняя его в переговорах за их спиной и попытке таким образом оказать давление на них. А что скажут магнаты? Им это тем более не понравится. Она сглазила его, и теперь слияние могло не состояться.

Сергей взбесился. «Идиотка, кто тебя тянул за язык?! Но и сам хорош, раз так серьёзно ошибся в ней. И уже не в первый раз!» - ругался он про себя. Она его подставила. Неужели только потому, что безмозгла до такой степени? Нечего продвигать подружек по служебной лестнице.

Он связался с ней и запретил в ближайшее время давать любые интервью.

– Тебе не понравилось моё интервью? – спросила она даже с обидой, не подозревая, что творится у него в душе.

– Каждое интервью тебе следует согласовывать со мной, - процедил он сквозь зубы, сдерживаясь от негодования.

– Я что-то не так сказала? – удручённо недоумевала она.

– Нет, ты всё правильно сказала, - он трясся от злости и пытался перевести её в насмешку, - за исключением одного… О слиянии в новый холдинг.

– Но ты ведь сам мне сказал об этом…

– Я же тебе сказал по секрету!

– Но, Сергей, ты меня не предупреждал, что это тайна!

Сергей изумился.

– Как? Разве я посоветовал распространяться об этом газетчикам?

– Нет, но ты и не запрещал. Ты даже хвалился этим новым проектом. Ты что забыл?

Сергей опешил. Он действительно не припоминал, что просил сохранить его планы в тайне. Смутно только помнил, как рассказывал ей об этом с ажиотажем. Неужели, надравшись, забыл предупредить, что это тайна?

– Ты могла бы и сама догадаться, - ответил он с некоторой растерянностью.

– Ну да, конечно, я виновата. Значит, я дура. Уж извини, - обиделась она и оборвала разговор.

Ярость его поубавилась, когда у него мелькнула догадка, что, может, это и не глупость вовсе, а злонамеренная провокация. Ему казалось невероятным, что, посвящая её в тайные замысел. Он не упомянул, что это тайный замысел. А ведь он был очень осторожен даже в мелочах. И зачем он ей вообще об этом ляпнул? Глупый язык развязался? Но он мог себя контролировать, даже когда напивался в стельку.

Стоп! Уж не подсыпала ли она ему какого-нибудь зелья для болтливости, от которого открывается словесный понос, а на следующий день ты уже не помнишь, что говорил. Снадобье – излюбленный способ коварных женщин. Но если это так, то она подыгрывает его врагам. Какая же ядовитая змея скрывается под этой очаровательной оболочкой! Сергей приходил в бешенство, страдал от подозрений и предпочёл бы разоблачить её, чем носить муку в сердце.

В небольшом, но фешенебельном конференц-зале собралось около пятидесяти акционеров. После прочтения Сергеем доклада о масштабах выгоды нового слияния началось обсуждение. Казалось, что интервью не имело осложнений, поскольку большинство акционеров предварительно дали своё согласие и прения были не более чем соблюдение протокольной формальности. Однако произошёл неожиданный поворот. Каждый выступающий с резкой критикой набрасывался на проект, ни одного слова в защиту. Дискуссия походила на отрежиссированный спектакль.

– Мы хорошо знаем тех, с кем нам предложено слиться. У них репутация акул, которые лакомятся жирной и доступной рыбёшкой.

И всё в таком же духе. Ошеломлённый Сергей не мог выдавить из себя и слова. Разнесённое в пух и прах предложение о слиянии было окончательно похоронено при голосовании. Ольга не выступала, а сидела, смущённо потупив взгляд. Раздражённый под конец Сергей тщетно пытался наставить акционеров, превратившихся в бунтующую толпу. Проголосовав, они торопились покинуть зал, перебрасываясь насмешками друг с другом по поводу коварно устроенного провала. Сергей вдруг устыдился того, что попытался запоздало образумить их, давая лишний повод глумиться над его самолюбием в предопределённом позоре.

Но его упрямое самолюбие и решительность не позволяли ему пасовать и перед этими кознями. Он, как всегда, принимал вызов. А компаньоны… Он их растерял, за исключением нескольких управленцев. Если бы они знали, какую школу жизни он уже прошёл к своим тридцати годам, то. может, не спешили его предавать. Придя в кабинет, он хладнокровно размышлял над причинами провала. Это Вепрь и прохиндей кинули его. Враги учились утончённости, а не пользовались каждый раз грубым нахрапом как палочкой выручалочкой. Ольга, всегдашний его союзник, видно, одолеваемая ревностью, - резкий взлёт в карьере Ирины и её вызывающее интервью указывали на её интимные отношение с Сергеем – переметнулась на другую сторону и склонила своих людей. Другие поддались давлению, третьи, похоже, просто разжирели, не желая обременять себя переменами. Были, наверное, и те, кого раздражали амбициозные планы председателя правления. Вероятно, он устроил им слишком хорошую жизнь, обеспечив высокие дивиденды. Он вспомнил одну историю про китайского императора, открывшего, что крыс кормить, пытаясь приучить, бесполезно – от этого они только наглеют, становясь ещё более изощрёнными в своей агрессии, - и обрушившего после этого свой суровый гнев на самых привилегированных вельмож.

Он не мог уподобиться китайскому императору, но в своём намерении предпринять ответные шаги имел избыток решимости. Это не было требованием уязвлённой гордости, им двигала разъярённая целеустремлённость волевого человека, поставившего раз и навсегда свою цель. Он уже продумал, как ему следует действовать.

Секретарь сообщила, что его хочет видеть Ольга, впрочем, добавив, что она не настаивает и может прийти позже. «Нет уж, пусть не думает, что уничтожила меня провалом на голосовании до такой степени, ч то я спрятался в свою нору», - подумал Сергей и пригласил её.

У неё было каменное лицо, она бросила на него короткий и острый взгляд, дабы разглядеть, насколько тягостно у него на душе. Пришла пилюлю подсластить? Однако она не нашла, что он по крайней мере внешне сколько-нибудь удручён, напротив, его лицо даже выражало любопытство и внимание.

– Та расстроен?

Ухмылка пробежала по его лицу.

– Редкий случай произошёл сегодня с нашими акционерами. Удача сама набивалась к ним, но они ей дали по рукам, как засидевшаяся в девках недотрога пылкому ухажёру. Скорее нужно злорадствовать по этому поводу, чем огорчаться.

Её лицо оживилось тонкой насмешливостью.

– Твоё сравнение как нельзя лучше попало в точку. Но, как говориться, «замуж выйти – не напасть, как бы замужем не пропасть».

«Кто о чём, а бабы о своём», - усмехнулся про себя Сергей. В её тоне и этой поговорке сквозила, возможно, ирония над собственной ревностью, таившая, однако, некоторую месть. К мотивам ревности примешивались, вне сомнения, и меркантильные интересы. Но какой из них в ней доминировал? В женщинах материальное и чувственное почти спаяно, без всяких шовчиков. Поди разбери, ч о в них сильнее. Ольга же сочетала в себе и его любовницу, и делового партнёра, бывшую, но всё же тёщу, и бабушку его сына – многое намешано в её душе, и каждое чувство теряло свой сок, как всякий овощ в баланде, брошенный туда, потому что был под рукой. С некоторых пор он гораздо реже встречался с ней, но не выслушивал серьёзных обид или упрёков. Её увлечение им умерло, но внешне безболезненно потому, что было заменено материнским инстинктом. В её душе от него осталась только тень, реально он понял это только сейчас, с облегчением. Впрочем, она не прочь была позлорадствовать над неудачами бывшего любовника.

– Акционеры просто решили, что лучше синица в клетке, чем журавль в небе. Мы медленно, но уверенно развиваемся, зачем нам риск? «Лучшее – враг хорошему».

Её афористичность ложилась, как вата на наковальню под его тяжёлый молот, - ударить по пустому – всё равно что ударить по себе.

– Успех благоволит решительным и рискованным. Именно сейчас риск может дать десятикратный результат. А акционеры твои зажрались, мозги их заплыли жиром, вот и весь сказ. С этими самодовольными индюками далеко не уедешь, - своё раздражение Сергей пытался вылить во внешнее пренебрежение.