Чтение онлайн

– (Испуганно) В-в каком с-смысле?

– Давай в прямом. Та-ак, – пальцем указал в лобовуху, – вон там сворачивай. Проедемся немного по дворам.

Боже, как же я пересрала… Он точно больной. Меня одну разве что понимал шофёр, да и то по ощущениям, тоже был по-своему хорош. Кай, как всегда, молча отсиживался в сторонке. Поддержки неоткуда было ждать.

– Как ты думаешь, – отколол краешек стекла, – это правильно рождаться в стране чужим человеком? Иммигрантом? Твою жизнь фактически не признают. Тобой бесконечно помыкают и пренебрегают в отличие от другого слоя населения. Разве это не злит? Разве это не кажется несправедливым?.. По части конституции, всё более-менее ровно, но… Всегда же найдётся это злосчастное «но». Работу не дадут, кредит. Повышение не получишь. Скидок на определённые услуги не будет. Это ещё без упоминаний того, что без образования, нет смысла метить в высоты, а тут ещё и эти… дополнительные накладки. Ограничения. Это первое, что бросается мне в голову. Если покопаться чуть глубже, можно много чего интересного найти. Съём жилья. Не в каждую больницу повезут, а если и повезут – в три дорого платно. Напрокат машину не дадут. Много чего на самом деле не дадут. Тот же социальный рейтинг, который намертво отпал, однако корни его привились в другом ключе… (Сомнительно) Возможно, ваше государство обходится с вами не лучшим образом, но это задаёт некий… тон. Абсолютное большинство рождается в практически одинаковых условиях. Трудятся, пытаются. Выживают. Даже в семье с неплохим достатком, люди всё равно пыхтят не покладая рук. Хорошая эта ваша морковка, гражданство. Стимул, как минимум что-то доказать. Не только самому себе. Там и стержень внутренний со временем вырабатывается. Этакая… готовность ко всему. Кстати, какой у вас месячный коэффициент множителя? Или ты ещё не работаешь? Возможно… как-нибудь, – покрутил стёклышком, – подрабатываешь…

– (Хмуро) У нас его… нет…

– (Ухмыляясь) Отлично, ну просто отлично. Значит, заранее могу сказать – ты кайлишь не в том месте. Какой средний показатель среди граждан?

– (Отстранённо) Не знаю… 60 лет…

– Высоко берёшь, – сомкнул один глаз. – Годам к 50 появляется такой шанс. Примерно лет… 30 надо на паршивенькой работке проторчать. Желательно подряд на одном месте, а то бонусный процент при переходе сжигается. Никто точно не знает, но обычно ориентируются на это число… Один к одному – это базис. Всё, что выше – прямой наёб. Всё, что ниже – несбыточная мечта. Возьмём, к примеру, официантку. Цифры у неё набегают, что-то около… 0,98 к одному году, причём этот показатель может как повыситься, так и упасть. Если берём среднее число, то примерно нужно отработать… 29 с четвертинкой лет. Не хило. Лучше начать хотя бы в 14. Тогда к 43, все шансы есть, а если попутно с управляющим спать, то на все 0,15% могут скостить. Вот это понимаю разница практически в 5 лет. Опять, чисто условно. Гордость либо есть, либо её нет. Где это видано, чтобы в подобных местах, люди за работой пыхтели?.. Самая обычная текучка кадров на малооплачиваемых вакансиях. Жуткая смесь должностного роста и лжи. Максимум держаться год или два, зато, чуть меньше процента дают. На других и вовсе в этом плане голяк, но не везде надо отметить. В вашей школе довольно хорошо. За пропагандистские идеи года как… за 4, гражданином можно стать. Всё остальное – тупо удача. Знакомства. Связи. Кумовство. Я лично не представляю, как по-другому позволено боженькой стать. Не надо на меня злиться, – уставился в ответ. – Это не я ваши дебильные циферки считаю. Я говорю правду… Вот ты не задумывалась, почему ближайшие границы закрыты для тебя? А я скажу. У тебя – паспорта банально нет и не будет в ближайшее время. Только свидетельство о рождении и карточка с фото, где твой личный номер. Вот так ситуация обстоит на самом деле… Я не враг тебе просто... вскрываю старые раны, про которые ты явно хотела забыть.

– (Злобно) Какого чёрта вы лезете в мою жизнь?

– Я же говорю, ты меня завела. Слишком неугомонная и бойкая… Нравишься ты мне. Давненько я так… открыто не говорил. Особенно с девушками.

– (Злобно) Безумно рада за вас, но можно от ваших диалогов отдохнуть?.. Голова пухнет. Можно, хотя бы… не знаю… музыку ненадолго включить?

– У нас с тобой, кстати, уговор был, помнишь? Ты обещала. Да, обещала…

– (Устало) Я перенасытилась, – сползла по сидению вниз.

– Так тебе и не надо говорить. Слушай. Главное – слушай. Самое интересное ожидает как раз впереди. Я тебе такого нарасскажу… Хрен, где ты ещё подобного услышишь, тем более что это напрямую касается нас. (Довольно) Хватит сырой статистики. Будем пояснять за жизнь, как у нас в деревнях говорят.

Бургунд молотил практически без передышки. Его тембр голоса не менялся за исключением тех моментов, где косвенно… кричал на меня. Он почти всегда оставался таким же спокойным как в начале диалога, так и в конце. Я всё больше понимала, то охранять для него задача скорее смежная, чем основная. Мужчина явно занимался, вещами гораздо глобальнее. Бург продолжил говорить:

– Возьмём, к примеру: «Бутонских тигров» – те ещё черти. Берут напором. Лезут изо всех щелей. Им банально нет конца. Не видно края… Если припёрли к стенке, считай всё, пиздец. Всё лезут и лезут. Лезут и лезут. Дикие, полуграмотные черти… Самые бесстрашные и безмозглые, прытью бегут в ближний бой под пули за смертью. Зачастую вообще неважно с чем в руке. Главное – массой задавить. Всегда начинают малым отрядом разведчиков. Крайне избегают стычек лоб в лоб. Стараются напасть исподтишка. Как подлое зверьё, а потом… начинается реальная заруба. Массой давят из кустов. И нет им конца и края. Вот уж где действительно ненасытные… Не знаю, какие блага сулят им за это, но обычно на таком пиршестве убийц полным-полно. Громадная куча каннибалов пожирающие кровавые останки своих соратников. Самое забавное, что рекрутов – как поголовное, парнокопытное стадо. С каждым днём прибывает на убой всё больше и больше. После одной такой бойни, мяса кругом… ну просто завались. Можно накормить хоть целую деревню, а то и две. Их, наверное, даже и не кормят, не одевают, а всё, что найдёшь на поле – твоё, лишь бы только ноги вовремя унести. В ополчении сплошняком состоят полудохлые оборванцы. Совершенно обнищалый, отчаянный сброд. Даже рабство у них каким-то чудом укоренилось. В общем, не люди, а сплошное… зверьё. Своих же на цепи сажают. Те, кто поумнее будет, давно уже держит винтовку, предлагая услуги сторонней организации… А там есть кому предлагать. Сколько себя помню, они всю жизнь воюют. Всегда найдётся на замену очередной «враг».

Бургунд говорил так спокойно, чётко и беспристрастно, что не поверить ему, ну просто невозможно. Это бред, вымысел, но никак не реальность. Я не думала, что подобное… до сих пор могло существовать, да и прогрессировать тоже. Ещё одна история, которая должна переубедить в обратном. Мой маленький, уютный мирок рушился. Я сопротивлялась, но крышу дома уже снесло…

– Есть и другой люд. Зовут они себя лаконично: «Голубые воротнички». По крайней мере, раньше так звались. Может, кто-то другой кличку дал. Я уже и не помню. Много говна с того времени утекло. Те ещё надо отметить молодцы. Тоже старожилы. Ты должна была про них как минимум слышать, хотя… опять-таки, навряд ли. Если внешней политикой не интересуешься, то хрен узнаешь. Такое по телеку не говорят. Тут нужно в сети ручками пошалудить, иначе ничего толком не узнаешь… Что мне всегда нравилось в них, так это форма. Загляденье… – приятно вздохнул. – Жизнь как на параде. Правда. Одна только беда – до триумфа пришлось существовать отнюдь не честным трудом. Много было пролито крови. Что самое поганое, своих опять же… По названию с лёгкостью можно спутать с рядовыми клерками офисов, будь ты безграмотный и с наглухо отбитой головой. Они мало чего общего имеют с ними. Большинство подобных… «организаций», состоят, как ни странно, из рабочего класса. Основная массовка. Бывшая или всё ещё стоящая в цеху, не имеет значения. Людей десятками лет обманывали и в конце концов, дело просто дошло до ручки. Дальше только озлоба, ненависть и смерть. Борьбой за справедливость – это сложно назвать. Скорее… затянутая Гражданская война, где полностью потерялись идеи и ценности. Иного пути назад нет. Только наверх. Как я уже говорил – отнюдь не миролюбивым… трудо-о-ом…

На пути внезапно оказался посторонний автомобиль. Они и раньше местами были, просто этот выезжая из закоулка, чуть не врезался к нам вбок. Хорошенько так… трухануло… Я действительно подумала: «Сейчас нападут».

– (Улыбаясь) Тише, девочка, тише. Не бойся. Очередной остолоп. На лицо-о-о, – присмотрелся к соседу, – такой же, как и наш водитель. Вот ни разу не скажешь, что бандит или вор. Возможно, наркоман, но не убийца. Как ни пытается власть переубедить, но запугать банально всю страну не получается. Это самый простой, честный и миролюбивый человек, на котором зиждиться весь мир, но доведённый бесконечными подачками и завтраками до отчаяния… Правда?

– (Нервно) Д-да-а-а…

– (Довольно) Во-о-от, – отстал от бедолаги, – а тут ещё и розги приплети. Наверно, они самые опасные из всех, с кем я имел дело. Ты не представляешь, на что способен обычный человек, загнанный в угол. Отчаяние, злость, горе. А если ему нечего терять? А если таких, как он – полстраны? Маленькой, но полстраны? Точно жди беды. Из ничего появился человечек и сплотил. Это… как, вообще надо ненавидеть собственный народ, – выставил палец вверх, – чтобы зараз до истерики довести людей? Нужно ну о-очень постараться. Нужно всеми силами игнорировать реальность. Нужно бояться. Нужно чудить. Нужно слушаться старых пердунов… Нужно опять же пойти против своих… И где это видано, чтобы за один присест так обосраться? Быть условно лояльным, нейтральным и всё равно обосраться… Годы-ы-ы. Годы уже не те. Прошлые шаблоны не работают. И всё-таки сказка стала явью. Понадобилось чуть больше 3 лет на смену и становления новой власти. Граждане либо сплочённы и мощны, либо у прежней администрации окончательно отсохли мозги. Иной трактовки обстоятельств у меня нет. Остаётся, разве что, восхвалять одних и унижать других. Здесь совершенно неважен новоявленный, политический лидер. Людям просто нужен толчок… и толчок был… Что сейчас у них твориться сказать сложно… Лоя, – повернул голову, – ты как себя чувствуешь, нормально?

– Да, всё в порядке. Продолжайте.

– Точно, а то вид у тебя нехороший смотрю. Случаем, как его, – кивнул, – не укачало? А то гляди, могу открыть окно, – криво улыбнулся. – Станет лучше.

– Нет, всё нормально. Я так посижу.

– Хорошо. Говори если что. Сразу открою, хотя… чегой-то я. Сама сможешь. Не бери в голову. Слушай, что дальше было, а было, – покрутил стёклышко, – ни то, ни сё. Разваленную экономику за год не перестроишь. Да и за пятилетку тоже. Тут на вскидку 20, а то и 30 нужно лет. Чуда, как ты поняла, не случилось. Только спустя несколько поколений наступит финансовая стабильность. Может, вообще ничего не наступит. Может, вообще всё к херам развалится. Без понятия. Ещё тогда, в древние времена, когда новая верхушка успела зажиреть и покрыться слоем пыли, прослеживались неопытные шаги интервенции. Прошлых ошибок не повторяли, зато успешно мастерили свои. Голодомор, который успел всех разобщить. Мелкие отделы вроде бы ещё трудятся, но в основном занимаются идейной пропагандой в соседних странах. На удивление дипломатия играет куда более важную роль, чем бессмысленные, военные траты. Да неужели. Дошло-таки наконец. Народу поди тоже кушать хочется. Одичали жить на пресной воде… Вот как, сейчас помню эти пёстрые одёжки на злобных лицах… Каждый бой как праздник звучит. Умели же гады потешить на славу. Эх-х-х, – вздохнул, – по факту, проиграли все…

– Хотите сказать, – повернулась, – вы там… были? Принимали участие?

– А то, – ухмыльнулся. – Я же говорю, это всё практика. Жизненный опыт в бою… Лично мне против обычных людей, воевать вообще не хотелось. Выходил чисто в воздух пострелять. Тут же в два счёта схлопотал дезертирство… Что там было ещё… Два года за это отсидел. Ещё повезло, а так… в основном по мелочи. Драки, оскорбления. П-ф, ерунда… На сегодня, что плохо, история, видимо, вновь повторяется. Новые люди. Свежие идеи. Старая жажда власти и перемен. Сейчас им не позавидуешь, как, в общем-то, и всем. Слышал я относительно недавно, кто-то очень заинтересован подзабытой политикой агитации терроризма… Обильным потоком инвестиции капают из-за бугра. Чувствую опять готовиться следующий переворот. Единственный, проигранный за умы бой и всё. Каёк. Военная экспансия против своих прервана. Не получиться меньшинством, большинство перебороть. Мигом свернули свою гнилую войнушку и быстрее, быстрее по загородным домам, частным виллам на других континентах. «Мы ратуем за идею, но только не сейчас». Нужно как можно скорее дать дёру, иначе виновные будут повешены… на суках. Это больше похоже на несмешную шутку… Может, у них ещё получится отстоять своё. Кто знает, но очередного доверия больше не будет… Это я в качестве общего образования, вкратце рассказал о воротничках. Ясен хрен, что этих балбесов здесь нет. У них своих полно проблем. Им некогда совать нос в чужие дела. На этом всё.

Лучше бы осталась в неведении. Только расслабилась, как Бургунд… на тебе, продолжил. Язык и вовсе не пересыхал. Молотилка перемалывала кости.

– Нет смысла больше тянуть. Дальше пойдёт отряд «Беллы». Никогда бы не подумал, что баба способна руководить толпой мужиков. Честное слово. Серьёзно. Где-то там на кухне – да, пожалуйста; учить дошколят – милости прошу, но убивать людей слишком перебор. Зверство. Негоже женскому лицу орошать тела кровью, хотя опять же, какая эпоха – такие нравы. Тут уже не покалено вошли, а окунулись прямо с головой. Проследить стратегию насилия можно. Она тот самый, голодный, ненасытный босяк, которому чудом повезло однажды выжить. Символ постоянной борьбы, который невозможно истребить. Эта дамочка – буквально злится на целый мир. Как все её предшественники, на ножах с соседями стоит. Куда она свой только нос не суёт. В общем, туда, где хорошо платят кровавыми деньгами. Работают её псы на кого, и где угодно. Любой вид терроризма. Поджоги, хищения, убийства, подрывы и шантаж. Дело даже не то, что до-о-о… – запнулся.

– (Недовольно) Чего?

– (Неуверенно) Не знаю, можно ли вам такое… дальше услышать…

– (Недовольно) То есть, до этого всё были милые шуточки, так?.. Да вы мне психику уже сломали. Осталось только добить.

– Лоя, это вообще-то не шутки. Одно дело мгновенная кончина. Совершенно другое – насильственное рабство и медленная смерть. Там не то, что до жёсткой порнографии с изнасилованием дело дошло. Там… расчленёнка и некрофилия. Её и раньше хватало, просто именно сейчас злосчастные руки мерзавцев, дотянулись до полной эксплуатации детей. Встали на ровне со взрослыми. Во всех проявлениях и смыслах. (Настойчиво) Я не хочу в подробностях описывать её дела. У всего есть грани, а эта паскуда, – выкинул осколок в окно, – давно их перешла. (Недовольно) Возможно, будь она копошиться среди собственной грязи, но Белла – такая тварь, – стукнул по приборной панели, – начала проникать и в цивилизованные страны. Теперь аспект её бизнеса ширяется везде. Наркотики, торговля оружием, рабство и проституция как бы банально это ни звучало. Хорошо там, где её нет… (Противно) И корчит же из себя бизнес-леди так мерзко, что… смотреть на неё невозможно. В любом случае мир хоть и нехотя, но меняется так же… как она.